Хранитель Мечей. Война мага. Том 3. Эндшпиль - Ник Перумов

Восемь остроносых драккаров плыли на юго-запад. День сменялся ночью, бесчисленные звёзды поворачивались на незримых хрустальных сферах, в свой черёд уступая место всевластному солнцу. Дымящий исполин Громотяг остался далеко позади; свежий попутный ветер надувал паруса, и гребцам капитана Уртханга почти не приходилось браться за вёсла.

Орки-кормчие вели своих морских коней давно известной дорогой, где, словно на обычном тракте, подробно сосчитаны и учтены дни пути, повороты и тому подобное. Ветра и течения, положения Солнца, Луны и звёзд – из года в год хаживавшие на крутобоких грозных красавцах старательно заносили это на чистые берёзовые дощечки – раскалённым остриём ножа, чтобы уж наверняка не стёрлось и не затерялось.

По ночам, не боясь никого и ничего, на мачтах поднимали сигнальные огни в раздутых и засушенных рыбьих пузырях. Путь хоженый – через закраину Моря Ветров на середину меж полуднем и закатом, к берегам Левой Клешни, туда, к широко распахнутой пасти морского залива, в самой глубине которого затаилась столица жуткой Империи.

«Всё возвращается на круги своя, – думала Клара, стоя на самом носу головного драккара и обхватив руками высоко взнесённую шею деревянного чудовища, покрытую затейливой резьбой. – Мы едва унесли ноги из Великой Пирамиды и, не успев оглянуться, опять туда лезем. Услуга за услугу – орки хотят погулять напоследок, хотят пустить дымом столицу Клешней и… и я их понимаю. Это будет справедливо. Одна пирамида взорвалась, но это только одна, только один камень, только один жертвенник. Других тоже хватает. Конечно, пирамиды, к сожалению, не сжечь. Но ничего; мы что-нибудь придумаем». Кормчий Дарграт хитро подмигнул Кларе, когда в порту на «длинных» закатывали целые вереницы пузатых бочонков; наверняка с какой-нибудь орочьей огневой смесью, составлять которые они великие мастера.

«Хорошо бы захватить парочку этих, как их, правящих и распоряжающихся, – продолжала размышлять чародейка. – Да, и в уличных разговорах там упоминали и ещё каких-то синдиков. Тоже неплохо бы словить. Все разговоры о том, что они „сдерживают Тьму“, разумеется, полный вымысел. Они собирают силу всеми доступными способами, не гнушаясь ничем, даже магией крови. Строят свои жуткие эскадры, набивают корабли оживлёнными мертвецами… Эх, эх, и почему Кицум решил там остаться? Почему не перебил их всех и не догнал нас?..»

Сейчас Клара уже совершенно не сомневалась, что тому, кому оказалось благоугодно принять личину старого мельинского циркача, по плечу любые армии. Хотя, с другой стороны, над той же Сильвией Кицум так и не смог взять верха… Так что, может, он всё сидит в тех жутких бараках?.. Жаль, и весть-то никак не подать…»

После того как они расстались с клоуном, Клара несколько раз подступала с расспросами к Бельту и его дочери, мол, кто такой Кицум? То, как они держали себя на Дне Миров и в других местах, явно говорило о том, что они знают об их загадочном спутнике куда больше, чем весь их отряд и сама госпожа Хюммель.

Однако её ждало разочарование. Ниакрис с отцом упорно отмалчивались, ссылаясь на то, что, мол, он сам всё скажет – когда придёт время. И Клара в конце концов оставила напрасные попытки.

– Кирия Клара, – это Шердрада.

– Слушаю тебя, доблестная.

– Берег близко, кирия. Ещё ночь, и минуем Распах. Распахом обитатели Волчьих островов называли устье залива, из-за которого остров, собственно говоря, и обретал вид крабьей клешни.

– Войдём во вражьи воды. Здесь почти не бывало «длинных», наши всё больше шарят по открытому взморью. Почти наверняка наткнёмся на галеру. Разреши мне охранять твою спину, кирия. Твои спутницы – великие воины, они должны идти вперёд, их славе нужна кровь. Ты победила меня и вернула обратно жизнь. Прошу, разреши мне встать у твоего плеча. Если я паду, мои сестры встанут на моё место.

Клара невольно вздохнула. Молодые орчанки изъяснялись исключительно высоким штилем. «Сестры» Шердрады, как и следовало ожидать, никакими сестрами ей не приходились. Ещё один красивый оборот – все, кто сражается на одном драккаре, становятся братьями. Ну, или сестрами, как в этом случае.

– Хорошо, Шердрада. Если суждено случиться бою, ты встанешь у меня за левым плечом.

– Благодарю щедрую кирию, – слегка поклонилась орка. – Ей не придётся пожалеть об этом.

«Не придётся, не придётся», – проворчала про себя Клара. Конечно, задержка в Империи Клешней – это потеря времени; но, с другой стороны, может, действительно удастся разузнать что-то о Западной Тьме. Ведь нельзя же просто подплыть к завесе мрака и рубануть её разом и Алмазным, и Деревянным Мечами – к сожалению. Увы, столь простые решения встречаются только в сказках.

Яркий день, и восемь низких хищных теней тихо пробираются вдоль молчаливого побережья. Кормчие отворачивают от серых скал – тут часто натыканы сторожевые башни, там заметят, пошлют весть, и десятки чёрно-зелёных галер устремятся наперерез.

Улучив минуту, Клара спросила капитана Уртханга, в самом ли деле драккары Волчьих островов не ходят к столице Клешней.

Старый орк выпустил корявую короткую трубочку, пристально взглянул на чародейку.

– А что ж с того, госпожа Клара? Ну да, не хаживали тут наши. Смелые, что рискнули, так и не вернулись к Громотягу. Так ведь с ними тебя не было, верно? Так что прорвёмся. А по чуть-чуть отщипывать, – он помотал головой, – не для меня. Бить так бить.

– Может статься, встретим их галеры, – вставила Клара.

– Может, и встретим. Тут дозорных хватает – и не только на башнях. Скажи, госпожа чародейка, можешь ли ты сделать так, чтобы моих «длинных» только мы с тобой да моя команда видели?

– Трудно, – покачала головой Клара. – Постараюсь отвести глаза береговой страже…

– Не только им, кирия, не только им. Клешням и птицы служат, и морские змеи, и прочие гады. Только китов им подчинить не удалось. Да и всей их магии поганой не хватит – морскими царями управлять. А так-то да, если до столицы дотопаем – первыми с Волчьих островов будем.

– Погоди хвалиться, ар, другие, может, тож дотопали – да только тут и остались, – вставил кормчий.

– Твоя правда. Ну, ничего – мы первыми станем, кто тут погуляет и обратно… гм… ну, просто от Клешней уберётся, – несколько смешался Уртханг.

Он хорошо помнил слова Клары, что, очень возможно, назад они не вернутся вообще.

Берега глубоко врезавшегося в сушу залива были густо заселены. Тут и там попадались небольшие рыбачьи посёлки и городки покрупнее; но над каждой прибрежной деревушкой, над каждым хутором, всюду, поднимаясь выше скал, вздымались серые, или коричневатые, или чёрные вершины рукотворных гор – пирамид.