Невеста без места - Наталья Сапункова

Большим оказался городом Карияр, шумным. Людей в нем жило много, поболе, должно быть, чем в Верилоге. Удивило это Вельку, ей-то казалось, что Карияр где-то в лесной глуши затерялся, куда ему до отцовского города!

Рассказала брату — он только рассмеялся…

Не у главных кариярских причалов, оказывается, стали корабли, а так, на окраине. И двор, куда проводили вериложцев, тоже на окраине был, как раз неподалеку, большой, просторный, во много теремов, со всеми службами, что только можно пожелать. Хозяйкой на дворе была красивая, статная боярыня в богатом повое, которая первая вышла гостям навстречу, из-за ее спины выглядывала экономка в темном платке, на галку похожая. Поклонилась боярыня, боярин Мирята ей так же ответил, потом попросту обнял, повернулся к Воевне, пояснил:

— Жена моя, Вышана Даревна. Люби и жалуй, матушка. И вы все, гости дорогие, как дома будьте, не взыщите, если что не так. Мой домишко, и слуги мои ныне ваши.

То есть это боярин Мирята у себя их принимал, не князь. Что ж, его «домишко» это позволял, княжеским хоромам в Верилоге он не уступал ничуть. И хоть не упускал случая боярин седины свои помянуть, а жена у него была молодая, чуть постарше Любицы, может быть.

— Она, Вышанка, тоже тебе сестра, нашего деда внучка, — тихо сказал Вельке брат, — она с рысьей кровью, он с лисьей, вот и гляди, каковы у нас сестричи…

Они позади стояли, могли видеть всех, а на них никто и не смотрел.

Велька улыбнулась. Боярин Мирята с лисьей кровью — а что, похоже. Нет, лицом на лиса он совсем не походил, но повадкой, взглядом, речами уклончивыми — лис он и есть лис. А сестра, племянники — это уже куча родни получается. И с Мирятой они, выходят, родня!

— Что же раньше не сказал? — упрекнула она брата.

Тот только заулыбался:

— Многое еще узнаешь…

Воевну и Чаяну, покрытую пеленой, с большим почтением проводили в главный терем, самый большой и высокий. Обо всем распорядившись, Вышана сама подошла к Горибору.

— Наконец-то тебя вижу, Горыня! Ты не ранен ли был? Нож твой потемнел у меня так, что не знала, как думать…

— Был ранен, сестрица, да выздоровел. Вот, она лечила, — показал он на Вельку, — ведунья она, волхва, огневуха.

— Надо же, — всплеснула руками боярыня, — ну, великое тебе спасибо, ведунья! За брата уже сердце изболелось. А ты не?.. Не себе ли он тебя добыл? — лукаво улыбнулась она, глянув на княженку оценивающе, как взыскательная старшая сестра.

— Не я, Венко ее себе добыл…

— Венко?! — изумление легло на лицо боярыни. — Ее, волхву? А как же?..

— Это Велья Велеславна, меньшая дочь князя Велеслава. А Венко… он ее себе в невесты вез, да не довез. Жена она ему теперь. Только об этом, сестрица, пока молчок. К тому же вот еще тебе новость: Велья сестра нам, тоже деда Старха внучка.

— Ох, ну удивил так удивил! — покачала головой Вышана, обняла Вельку. — Ну, сестрица, все, что пожелаешь, твое. А отчего же ты… так вот, в стороне? — она показала взглядом на главный терем, куда сама только что увела княжну и старшую боярыню с их челядинками.

— Долгий разговор, захочешь, потом расскажу, — пообещала Велька.

Но, видно, Горибор или сам Мирята в чем-то просветили Вышану, потому что она поселила Вельку и Любицу далеко от остальных, в одном из дальних теремов. Что ж, разницы никакой, и там горницы были светлые. Вот с Чаяной бы хоть словом перекинуться, а не позволяли…