Вор и убийца - Сергей Куц

После известия о смерти Антуана де Сош внутри меня образовалась непонятная пустота. О, Харуз! Что происходит? Мне в общем-то плевать на кардинала, он мертв, и клятвы больше нет. Но отчего-то я знал, что все равно пойду в Запустение. Почему?

Из-за неё? Она сказала, что любит меня, и после поцелуев во мне вспыхнула страсть. Но, черт возьми, не она тянет меня в проклятые леса! И люблю ли я стоящую предо мной девушку? Могу ли я полюбить убицу в черной, сливающейся с ночной мглой одежде? Нужна ли мне такая любовь?

– Ты слышишь меня, Николас? Ты понимаешь, о чем я говорю?

– Понимаю. Но…

Как задать следующий вопрос? Так, чтобы он прозвучал без резкости? Я боялся услышать ответ, но не мог не спросить.

– Сколько жизней ты отняла?

Алиса пристально посмотрела в мои глаза и тихо произнесла:

– Ты в самом деле хочешь узнать?

Я кивнул.

– Я избранная уже три года, и давно сбилась со счета. Но это не важно, – Алиса вновь заулыбась, только другой, не скромной, а какой-то хищной улыбкой, и положила руки мне на плечи.

– А что важно? – во мне бушевало желание оттолкнуть её, но одновременно я жаждал нового поцелуя.

– Ты мой!

– Но ты не принадлежишь себе.

– Я избранная и я свободна!

– Ты убиваешь, когда тебе велят.

– Ты тоже убиваешь.

– Чтоб защититься!

– И я защищаю! Но не себя. Верь мне Николас, и тогда ты узнаешь, что у кинжала сиятельных гораздо больше свободы, чем ты можешь вообразить.

– Верить тебе, Алиса? Тогда расскажи, как сиятельные проведали о замыслах Антуана.

– Хорошо, – девушка на краткий миг прильнула к моим губам, заставив позабыть, кто она есть. – Я расскажу тебе, что знаю, чтобы ты верил мне. Хотя мне известно не столь уж и много. С чего начать?

– С какого времени ты следишь за мной.

– Помнишь даму в черном в таверне 'Гусь и окорок'?

– То была ты?

– Я. Мне приказли помешать планам Антуана. Я ждала его приезда и разговора, который он будет вести со своими людьми. Оливера Фоссата я знала в лицо и догадывалась, что ты делишь с ним номер неспроста. Однако именно после приезда кардинала и твоей клятвы, мне велели остановить именно тебя, и каждый день я благодарю Низверженного, что не услышала тогда одного короткого слова. Убить! Я…

– Постой, – я перебил Алису, – кто стоит за тобой? Маркиза ди Регель? Как ты прознала о содежании моего разговора с Антуаном? Ведь в таверне Кампо невозможножно следить или шпионить.

– Сколько вопросов, – улыбнулась леди Кайлер, – и снова ты спрашиваешь, кто повелевает мной, но я не отвечу. Даже не пытайся больше узнать. Но это не Даон ди Регель, она Тиму не покидает.

– И все же, как ты узнала разговоре?

– Все проще, чем ты думаешь. Каждый, с кем ты разговорариваешь, может являться сиятельным или избранным.

– Фосс? – я покрылся холодным потом. При той беседе с покойным кардиналом присуствовал лишь Оливер.

– Нет, не он. Лека! Она избранная.

– Но…, - я поптылася возразить, однако смолк. Что я мог сказать о слепой эльфийке?

– Великий господин наградил её тремя Дарами. Хоязин таверны ведает лишь о двух: о том, что её близость гасит чужое колдовство, и что эльфика чувствует, когда рядом пытаются шпионить. Но она также в силах услышать любое слово, сказано в таверне. Для этого ей нужно лишь запомнить голос нужного человека.

Умно. Я мысленно ругнулся. Выходит, шпионы ордена знают о содержании всех тайных переговоров, что ведутся в гостинице 'Гусь и окорок'. А перворожденная тоже неспроста появилась близ номера, где жил я и Фосс. Ей требовалось услышать мой голос. Я вспомнил, что использовал магию в таверне и посдлушивал собрание масок, но эльфика не выдала меня. Теперь понятно почему: чтобы не угодил в чужие руки. Вероятно, тогда Лека и Алиса еще не получили указания на мой счет.

– Лека появилась в окрестностях Ревентоля не случайно и не также он не случайно подялся мастера Кампо, – Алиса словно подслушала мои рассжудения:

– Он тоже?

Девушка покачала головой.

– Не знаю. Я всего лишь кинжал.

Проклятый пепел! Она сказала, что она всего лишь убийца! В семнадцать лет быть убийцей, какой не помнит, скольких убил… Я чуть не оттолкнул её от себя, но ведь её душа в чужой власти. Её обратили!

– А что же ты? Как тебе удавалось преследовать меня?

Алиса сняла вторую перчатку. Безымаянный палец украшало кольцо. Точно такое отец Томас снял с руки мертвой тени.

– Тогда в лесу… – я по-настоящему испугался.

– Вы убили другую, – Алиса кровожадно ухмылялась. – Она тоже кинжал, но всегда была дуррой и подставилась по-дурацки. Её прислали поторопить меня.

– Я видел, как она появилась из ничего. Ты тоже шагнула из воздуха.

– Кольцо, – она подняла кисть с темным камнем на золоте, – в нем моя магия. Я могу укрыться облаком невидимости и миновать расстояния в дюжину раз быстрее, чем обычный смертный. Если я хочу кого-то догнать, время словно замедляется, когда я в пути и использую магию кольца.

– Оно делает тебя почти неуязвимой.

– Это не так. Когда становлюсь незримой, то как будто превращаюсь в бесплотный дух. Я чувствую свое тело, могу потрогать свою одежду или оружие, что при мне, но более ничего, что окружает меня. Я не могу ухватиться за какой-нибудь предмет, пальцы проходят насквозь. Но в то же время я не в силах пройти сквозь стену или запертую дверь, да и просто через обычный бурелом либо другие преграды. Мир вокруг погружается в серые краски, нет ни дня, ни ночи, а только вечные сумерки, какие бывают в самом их начале, когда окружающее вокруг еще хорошо различимо.

– Вот как ты появлялась из ниоткуда, – пробормотал я.

Нужное кольцо. Вору пригодиться невидимость, пускай и отрезанная от воздействия на мир. Зато я смогу пробраться незамеченным до любой двери или замка, а там сниму кольцо и продолжу по старинке. Очень скоро отец Томас не найдет кольцо убитой тени.

– Магия кольца доступна лишь избранным, – Алиса опять угадала, что у меня на уме. Девушка вновь коснулась мой щеки кончиками пальцев и, проведя ими вниз, коснулась уголка губ.

Скольких она убила этой самой рукой? Кольцо на безымянном пальце притягивало взор.

– Теперь понятно, как тень все время настигала меня.

– Я могла бы вовсе не следить за тобой, и все равно знала, где ты находишься.

Вора внутри меня напрягся. Висеть на чьем-то крючке есть верная смерть для ночной крысы. Это и сгубило всех нас, когда Старик опрометчиво связался с тем таинственным незнакомцем, что нанял буквально всех ночных крыс, чтобы в одну ночь обчистить дома тридцати главных богатев Лерпо. Каждому из нас отводился свой странный заказ. Мне, например, статуэтка Богоматери с младенцем из дворца магистрата Дерлини, внутри коей якобы запечатали бумаги особой ценности для нашего нанимателя. Однако бумаги внутри не оказалось. Я сломал статуэтку, когда выбрался из ловушки в дома Дерлини.