Огненный трон - Рик Риордан

Я выбрал стул подальше от Ра. Не хотелось, чтобы он чавкал у меня под ухом и брызгал слюной (даже если это слюна древнего повелителя богов!).

– Нет, не сюда, – сказала мама. – Садись рядом со мной. Этот стул для… другого гостя.

Последние два слова она произнесла так, словно ей не очень хотелось видеть этого гостя.

Я оглядел стол. Стульев было семь, а нас пока что шестеро.

– Кого еще вы пригласили? – спросил я.

– Анубиса? – с надеждой в голосе подхватила Сейди.

– Не Анубиса, – усмехнулся отец. – Впрочем, если бы он смог, то обязательно пришел бы.

Сейди стала похожей на надувную игрушку, из которой вынули затычку. [Да, Сейди. Тогда ты именно так и выглядела.]

– А где он? – Тон у сестры сразу стал унылым.

Отец ответил не сразу. Чувствовалось, вопрос поставил его в неловкое положение.

– Далеко, – наконец сказал он. – Прошу, угощайтесь.

Я сел. Призрачный официант подал мне кусок торта.

Думаете, после всего, что случилось, я хотел есть? Мир накануне гибели, наша миссия провалилась. Мы оказались в Стране мертвых, за столом из моего прошлого. Семейное торжество, когда маму невозможно даже обнять, а кожа отца – цвета голубики. Но моему желудку было наплевать. Он напоминал мне, что еще жив и нуждается в еде. И я принялся за шоколадный торт с начинкой из ванильного мороженого. Я даже не заметил, как съел кусок и потянулся за пиццей со специями. Статуи Гора, Изиды, Тота и Собека молчаливо наблюдали за нашим пиром. А за верандой простирались поля Иалу, создавая иллюзию бесконечного мира в пещере. Зеленые холмы и луга, стада тучного скота, поля золотистой пшеницы, рощи финиковых пальм. От реки Дуата отходило множество рукавов и протоков, создавая иллюзию дельты Нила. По воде скользили парусные лодки. На островах стояли картинно красивые селения для душ, удостоенных райского блаженства.

– Так древние египтяне представляли себе идиллию загробной жизни, – сказал отец, словно прочитав мои мысли. – Но каждая душа видит поля Иалу немного по-своему.

– Вроде нашего лос-анджелесского дома? – спросил я. – Вся наша семья собралась за столом. Но реально ли это?

Отцовские глаза погрустнели. Так было всегда, стоило мне завести разговор о маминой гибели.

– Надеюсь, праздничный торт удался? – поинтересовался отец. – Моей девочке уже тринадцать. Даже не верится.

Сейди вдруг смахнула свою тарелку со стола. Та ударилась о каменный пол и разлетелась на осколки.

– Верится, не верится – кому это теперь важно? – закричала Сейди. – Проклятые солнечные часы, дурацкие врата… мы провалили миссию!

Она закрыла лицо руками и заревела всерьез.

– Сейди, успокойся, – сказала мама, нависнув над ней заботливым облаком. – Все в порядке.

– Лунный пирог, – обнадежил всех нас Ра.

Его рот был перемазан глазурью. Еда отняла у него силы. Ра начал сползать со стула. Бес осторожно усадил бога солнца в прежнюю позу.

– Сейди права, – сказал я. – Состояние Ра хуже, чем мы предполагали. Даже если мы и доставим его в смертный мир, ему ни за что не одолеть Апофиса. Разве что змей лопнет от смеха, глядя на него.

Отец недовольно наморщил лоб.

– Картер, он по-прежнему остается богом солнца и повелителем богов. Относись к нему с должным уважением.

– Не люблю пузырей! – заявил Ра и хлопнул по огненному шару, пытавшемуся вытереть ему рот.

– Господин Ра, ты помнишь меня? – спросил отец. – Я – Осирис. Ты каждую ночь останавливался у меня для трапезы и отдыха. А потом продолжал путешествие. Вспоминаешь?

– Хочу горностая, – сказал Ра.

– Что за бредятина? – Вспылив, Сейди хлопнула кулаком по столу. – Мы уже в который раз слышим это от него.

Бес пододвинул к себе блюдо с непонятным угощением. Мне показалось, что это кузнечики в шоколаде. Зачерпнув горсть странного лакомства, гном отправил его в рот.

– Мы не закончили читать «Книгу Ра», – напомнил он. – Нам еще необходимо найти Хепри.

Отец пощипал свою бородку.

– Да, вам надо найти бога-скарабея – ипостась Ра, которая символизирует восходящее солнце. Если вы отыщете Хепри, Ра возродится полностью. Но для этого вам необходимо пройти врата восьмого дома.

– А они закрыты, – удрученно сказал я. – Словом, нужно повернуть время вспять. Мы этого не умеем.

Бес перестал хрустеть кузнечиками. Глаза его округлились, будто на него снизошло откровение. Потом гном в полном недоумении поглядел на моего отца:

– Он? Вы пригласили его?

– Кто – он? – не выдержал я. – Можно без загадок и иносказаний?

Я ждал объяснений. Отец упорно отводил глаза.

– Пап, что все это значит? Ты понимаешь, что мы упустили время? Можно каким-то иным способом добраться до восьмой области? Ну, с помощью телепортации или чего-нибудь еще?

– Я бы с радостью телепортировал вас, – тихо сказал отец. – Но в этом путешествии нельзя «срезать дистанцию». Таковы условия возрождения Ра. Я не имею права вмешиваться в ход событий. В одном ты, безусловно, прав: вам нужно дополнительное время. Способ есть. Вот если бы ставки не были такими высокими…

– Это опасно, – добавила мама. – Даже слишком опасно.

– Что слишком опасно? – спросила Сейди, которой тоже надоели эти «загадочные» разговоры.

– Не что, а кто. Полагаю, это я, – послышалось у меня за спиной.

Я обернулся и увидел человека. Он стоял, держась руками за спинку моего стула. Или он сумел подойти так тихо, что я не слышал, или возник прямо из воздуха.

На вид ему было около двадцати. Высокий, худощавый, не лишенный обаяния. Никаких звериных или птичьих голов; его лицо выглядело совершенно человеческим, если не считать серебристых глаз. Прическа седьмого гостя соответствовала моде древнеегипетской молодежи: бритая голова, за исключением оставленного с одной стороны пучка волос, завязанного в конский хвост. Покрой серебристого костюма выдавал в юноше поклонника итальянской моды (я знаю это потому, что отец и Амос всегда сходили с ума по костюмам). Ткань переливалась, будто шелковые нити переплетались с алюминиевой фольгой. Рубашка была черная, без воротника. На шее висело несколько фунтов платиновых цепочек. На самой крупной из них покачивался серебряный амулет в виде полумесяца. Пальцы седьмого гостя были унизаны кольцами, наручные часы «Ролекс» в платиновом корпусе поблескивали, отражая свет. В смертном мире я бы принял его за американского индейца, невероятно разбогатевшего на игорном бизнесе. Но здесь, в Дуате, с этим странным амулетом в виде полумесяца…

– Лунный пирог! – радостно выкрикнул Ра.

– Кажется, я тебя знаю, – сказал я. – Ты – Хонсу. Бог луны.

Он хищно улыбнулся, глядя на меня, как на живую закуску.