Слуга чародея - Галина Львовна Романова

Эх, малыш-малыш, что же ты натворил?

Медленно открыл глаза. Смотреть ни на что не хотелось. И так ясно, что я сейчас увижу — свой застарелый ночной кошмар. Голая бесприютная равнина и…

Я лежал на земле, все тело ломило и ныло, словно после целого дня работы в каменоломне, а шершавый бычий язык смачно облизывал мне лицо и щеки. Что?..

Резко сел, отпихнув тянущуюся ко мне морду. Так и есть! Бык сдвинулся с места. Ворота разломались окончательно и висели на нем, как подобие ярма. В том месте, где они стояли, из земли торчали гнилые пеньки, сами ворота покачивались на мощных бычьих плечах, не касаясь спутанной поникшей травы.

— Малыш, малыш. — Бык смотрел так печально, что мне захотелось расплакаться, как маленькому ребенку. — Что же мы наделали?

— Я… ты…

— Я свободен и должен уйти. Уйти и оставить тебя здесь. Одного. В опасности.

— Я… мне…

— Тебе грозит опасность намного большая, чем прежде. Можно сказать, ты на волосок от смерти. Могу даже предположить, что мы скоро встретимся в Иных мирах, и пообещать, что подожду тебя там…

— Можешь, но не скажешь, — киваю, заглядывая в печальные глаза. Здесь и сейчас они уже не похожи на бычьи — другой разрез, другой цвет. Я знаю, в чьи глаза смотрю — в глаза того, кто заменил мне отца, кто стал мне вторым отцом в ту ночь, когда спас от разорившей нашу деревню орды медиан, ибо подарил мне жизнь. Запоздало понимаю, что он и остался-то не только потому, что собирался защищать мою деревню — надеялся отвлечь медиан на себя, дать мне шанс спастись, ибо медиане охотились за нашими магами и вырезали даже деревенских знахарок. У них вся война была построена на магическом превосходстве над противником — почему и расплодилось в мире столько демонов.

— Не скажу, — кивает бык и опять принимается облизывать мое лицо и волосы языком. — Потому, что больно это говорить. И потому, что… я готов рискнуть… Меня ждут, — он на миг отвернулся, глянув куда-то через плечо, — но… Я не учил тебя этому, но любой маг за свое могущество платит большую цену. У каждого она своя. Твой учитель готов рискнуть тем, что у него осталось, но ты должен мне помочь… Держи меня!

Клешнявые копыта вдруг оторвались от земли, словно бык стал легче воздуха. Я вскочил, цепляясь за него, обхватил лобастую голову руками, уперся ногами в землю.

— Ты любишь жизнь? — просопел мне в ухо его нос.

— Д-да…

— Тогда ты должен обменять свою жизнь на мою. Сейчас! Немедленно, пока еще можешь меня удержать.

— Но… я не понимаю… Разве вы живы, учитель? Ведь крысюк…

— Жизнь в Иных мирах! Мою жизнь там на свою жизнь здесь…

— Но, — до меня начало доходить, что происходит, стало жарко.

— Давай живее! — проревел он мне в ухо. Его словно тянули за хвост — задние ноги продолжали подниматься, и лишь передние еще отчаянно скребли землю.

— Ну?

— Как? — изо всех сил впился ногтями в бычью шкуру.

— Пожелай!

Ах да! Как я мог забыть?

— Желаю! — заорал что было сил. И клешнявое копыто дотянулось и шкрябануло по траве: — Исполнено…

В следующий миг бык под моими руками лопнул. То есть просто исчез, растворился в воздухе, и лишь трухлявые обломки ворот упали на траву, чудом не «приласкав» меня по голове и спине.

Переведя дух, осмотрелся по сторонам. Мир странно преобразился. Если прежде это была довольно бесприютная местность — просто пространство, поделенное на две половины линией горизонта, — то теперь оказалось, что я стою на равнине. На обычной равнине, поросшей густой зеленой травой. Вокруг меня степь, точь-в-точь такая, как в землях медиан (они ведь кочевники). И только далеко на самом горизонте что-то виднеется — то ли поросшая деревьями балка, то ли роща, то ли какие-то развалины.

Откуда-то пришло ясное ощущение опасности. Здесь, на равнине, я как на ладони, и ищущий меня враг легко углядит свою жертву. Спасение может быть там, в том месте на горизонте — если успею добраться…

А почему «если»? Должен успеть!

Ощущение опасности стремительно нарастало. Не оборачиваясь, почувствовал приближение чего-то ужасного. И сорвался с места, прекрасно осознавая, что не успею, что обречен, что…

Я не услышал шума снаружи, лишь вздрогнул от громкого хлопка выбитой двери. Что за демоны?

На месте двери бледно-голубым светом переливался ее контур. В дверном проеме показалась плечистая фигура. Взметнулась вверх правая рука — с кончиков пальцев сорвалась молния, осветив пространство кладовой и зажегши несколько факелов на стенах. В тот же миг под потолком что-то оглушительно хлопнуло. Я ощутил знакомый «запах» магии, и волна силы ударила по незваному гостю. У того «щит» был уже поднят, брызги смертоносного заклинания дождем разлетелись во все стороны. Из-за его спины показалась еще одна фигура, вооруженная мечом, но клинок этого оружия светился в полутьме бело-голубым светом — он был наполнен магией от кончика до рукояти.

Из-за холода, к тому времени сковавшего мое тело, я не смог повернуть голову и внимательно посмотреть, что делают незваные гости, но внезапно все вокруг содрогнулось от мощного взрыва. На меня посыпались какие-то горячие обломки, и боль от ожогов сразу вернула способность чувствовать.

А в следующий миг две фигуры, окутанные дымом, шагнули внутрь.

— Ищи! Живо! Он должен быть где-то здесь! — коротко отдал приказ незнакомый молодой голос. Незваные гости принялись быстро шарить по полкам, безжалостно сбрасывая на пол предметы.

— ВСЕМ СТОЯТЬ! — загремел откуда-то с потолка невыразительный глухой голос. — ВЫ ПРОНИКЛИ НА ЧАСТНУЮ ТЕРРИТОРИЮ! НЕМЕДЛЕННО ПОКИНЬТЕ ЭТО ПОМЕЩЕНИЕ ИЛИ ОСТАВАЙТЕСЬ НА МЕСТЕ ДО ПРИБЫТИЯ ОХРАНЫ!

— Вот, демоны! Уходим! — распорядился тот же голос, — кажется, ошибка… Ничего нет!

— Нет! — взвыл я, увидев, что они уходят. — Помогите!

Долю секунды обладатель молодого голоса смотрел на меня, а потом шагнул в мою сторону. Голову даю на отсечение — он заметил меня только что.

— А это что такое? — промолвил в удивлении.

— ПОВТОРЯЮ! ВСЕМ ОСТАВАТЬСЯ НА МЕСТАХ ДО ПРИХОДА ОХРАНЫ! ПОПЫТКА БЕГСТВА БУДЕТ РАСЦЕНЕНА КАК СОПРОТИВЛЕНИЕ ВЛАСТЯМ! ОСТАВАЙТЕСЬ НА МЕСТЕ! ИНАЧЕ…

Какое-то время мы просто пялились друг на друга. Не знаю, что чувствовал этот человек, а я отчаянно пытался вспомнить, где уже видел парня, на вид моего ровесника, в куртке военного покроя, с забранными в хвост волосами.

— Скорее, Ларт! — чуть ли не взвыл его напарник с мечом. — Сюда сейчас примчится охрана…

И мне неожиданно вспомнилось заседание Совета со-ректоров.

Ученик Оммера-Полукровки!

Тот, видимо, сообразил, что его узнали, и начал действовать. С пальцев сорвался целый сноп искр, которые ударили во все стороны — и по ошейнику на горле, и по моему многострадальному телу. Я завопил, но голос сорвался до визга, когда Ларт одним точным ударом перерубил цепь и, не тратя времени на выяснение, могу ли я ходить, забросил меня на плечо, как мешок.