Военачальник - Евгений Щепетнов

– Идиот проклятый! Разве можно так обращаться с инструментом! Чтобы тебе демоны в зад засунули этот инструмент, когда ты сдохнешь, а потом сыграли тебе на нем похоронную мелодию, придурок!

Артисты быстро, как вымуштрованные солдаты, переоделись. Борин надел костюм менестреля – весь в кружавчиках и блестках, сообщив, что вначале будут выступать жонглеры, а уж потом он переоденется в костюм акробата.

– Кстати, Олег, я тебя попрошу, – Борин погладил свою тратину, – когда мы будем выступать с акробатическим номером, поиграй нам, пожалуйста. Так будет и красивее, и нам удобнее. Когда мы в ритм попадаем – выступать легче. Сделаешь?

– Сделаю, почему нет, – пожал могучими плечами Влад и тут же уточнил: – А ничего, что я буду по пояс голый?

– Да какая разница! По-моему, им чем артист более голый, тем лучше. Кстати, богачи обычно обожают, когда девушки выступают совсем голыми – так сказать, товар лицом. Иногда даже требуют, чтобы мы сняли с себя все, что на нас надето. Видимо, они настолько уже пресыщенны, что их мало чего возбуждает, вот и надеются усилить свое желание таким способом. А нам что? От нас не убудет…

Арина и Марка схватили булавы, ножи и факелы и побежали на сцену, следом за ними вышел Борин, в гримерке остались Грина и Шаван. Они спокойно переговаривались, обсуждая какие-то пустяшные проблемы, а Влад лихорадочно думал, как ему подобраться к барону, не взбаламутив омут и не подставив артистов. Оставалось только одно, и оно ему не нравилось. Ему нужен был не только, и не столько барон, а еще и его жена. Ее не так усиленно охраняют, она имеет влияние на мужа, значит, если он доберется до нее – доберется и до самого барона. Ему нужно соблазнить баронессу, другого пути нет.

Музыка стихла, и со сцены прибежали разгоряченные потные жонглерши – они были совершенно обнажены и немного задыхались, вероятно, от физических перегрузок.

– Заставили раздеться! Я так и знала! – мотнула головой Арина.

– Ты какого рожна такой темп взяла, – буркнула недовольная Марка, – я в таком темпе давно не работала! А если бы выронила булавы и факелы?

– Ну не выронила же! Мы несколько дней до этого работали, ты в форме – так что я на тебя понадеялась. А зато как выглядело со стороны, а, Борин? – подмигнула Арина.

– Молодцы – такого темпа я давно не видал! Вы настоящие артистки! – Борин легонько похлопал в ладоши. – Теперь наша очередь, девчонки! Готовы? Олег, держи инструмент. Если ты его сломаешь, я даже с того света к тебе приползу и вцеплюсь зубами в задницу. Или еще куда. Все равно куда. Но будет очень больно. Понял?

– Ага, – усмехнулся Влад, – я готов. Пошли?

Они прошли по коридорчику, наводящему на мысль о тех тоннелях, по которым пропускают на арену зверей, и скоро оказались на большой сцене, метрах в десяти – двенадцати от стола барона. Влад встал чуть поодаль, сбоку и, приготовившись играть, как бы ненароком обвел глазами зал, запоминая каждую мельчайшую деталь.

Барон был мужчиной лет сорока пяти, с властным губастым лицом и черными густыми бровями. Он производил впечатление человека не очень далекого, но хитрого и вероломного, способного на любую гадость для достижения цели. Он был довольно высокого роста, крепок, и только его красный в прожилках нос указывал на не вполне здоровый образ жизни и пристрастие к зеленому змию.

Напротив, баронесса – женщина лет тридцати пяти, с остатками былой красоты – была довольно мила, и ее большая грудь так и норовила выпасть из низкого декольте. Она почти ничего не ела и обмахивалась веером – не потому, что тут было жарко, а чтобы подчеркнуть свою принадлежность к высшей касте. Ее миловидное лицо было умело накрашено, а то, как она осматривала вышедших на сцену мужчин, облизывая полные красные губы, доказывало, что она довольно сладострастна и не прочь поразвлечься с понравившимся ей самцом.

Впрочем, ее муж не отставал в этом деле от супруги и, шепнув что-то на ухо слуге, послал его на сцену. Тот подбежал к изготовившимся акробатам и что-то начал им говорить, после чего Борин, пожав плечами, стал снимать с себя обтягивающие лосины, оставшись совсем нагим… Девушки последовали его примеру.

Оставив одежду у выхода со сцены, акробаты выстроились в причудливую фигуру, и Борин кивнул Владу – начинай!

Влад слегка растерялся: что играть? Они как-то не договорились, что именно он будет играть. Он подумал и заиграл что-то ритмичное – попурри из различных песен, решив, что потом подстроится под акробатов.

Две девушки и парень, стройные и спортивные, начали исполнять такие кульбиты и прыжки, что Влад удивленно поднял брови: Борин действительно был отличным акробатом – сальто, кувырки шли один за другим.

Почувствовав, что артисты начинают уставать, Влад сменил мелодию на плавную, медленную, и акробаты, как будто послушные его руке, перешли к эротическим движениям, изображая что-то вроде группового секса. Все выглядело настолько натурально, что Влад не удивился бы, если б узнал, что так все и было на самом деле…

Наконец номер закончился, и все ушли со сцены, подхватив одежду с пола. Влад с отвращением подумал, что, возможно, и ему придется исполнять номер голышом, тогда как карьера стриптизера его как-то не особенно прельщала.

Однако снимать штаны ему не потребовалось – барон на сей раз не дал распоряжений слуге, а Арина и без того была без всего, как только что родилась, за исключением золотой раскраски.

Влад внимательно следил за баронессой – она смотрела на него, покусывая губы и время от времени высовывая изо рта кончик язычка. Ее взгляд скользил по его телу, опускаясь ниже пояса, а лицо раскраснелось, став похожим на бутон цветка. Даже отсюда, со сцены, Влад чувствовал исходящую от нее волну похоти – она неистово хотела его. Ну как же, играет на тратине, метает ножи… А какие у него плечи! А ноги! А попа! А… в общем, она наверняка решила для себя, что этого самца должна будет заполучить в свою постель, причем сегодня же!

Баронесса наклонилась к мужу и сказала:

– Дорогой, пусть они сегодня переночуют в замке, хорошо? Девушкам надо будет отмыть краску, и парням тоже не помешает вымыться как следует. Они хорошо поработали, мы добавим им за выступление, а утром все решим, верно? Пусть все видят, какие мы добрые и щедрые господа!

– Конечно, милая! – Барон буквально прожигал взглядом промежность Арины, и едва слышал, что ему сказала баронесса. – Пусть ночуют. Мы позаботимся о них… обо всех.

Через час сытых и отмытых в бане артистов развели по комнатам – каждому выделили отдельную. Так будет удобнее – сказал мажордом.

Влад понимал, для чего удобнее, но, конечно, ничего не сказал и скоро с удовольствием вытянулся на чистых накрахмаленных простынях, ожидая развития событий. Шли минуты, часы, ничего не происходило, и Влад уснул.

Проснулся он оттого, что кто-то поглаживал его между ног, зажав ему рот рукой:

– Тише, глупый! Не кричи! Тебе со мной будет хорошо!