Дракон цвета смерти - Галина Дмитриевна Гончарова

— Я распоряжусь, — отмахнулся Орландо Чавез. — Своруют меньше.

Наивный.

Своруют больше, потому что будет, на кого списать. Но об этом я не сказала.

Вечером я радовалась, что мы с Марисой приготовили побольше. На огонек забрел еще и Тьяго Ледесма, и тоже отдал должное и мясу в горшочке, и оладьям с малиновым вареньем.

Мариса активно училась. Эс Чавез смотрел и на нее, и на оладьи одинаково умильным взглядом. А потом и провожать ее пошел. До общежития, ага…

Меня — меня эс Хавьер проводит. О моей репутации ректору беспокоиться не надо — зачем? Ее уже ничего не испортит.

Кажется, раэн Ледесма все понял насчет ночевок, но он умный. И воспитанный. А еще у нас общие деловые интересы.

Он промолчит.

Интерлюдия 1

Юсуф уже и с жизнью попрощался, когда его изволили вытащить из ямы. Он успел промерзнуть до костей, проголодаться, обмочиться, а уж как у него все тело затекло!

Хорошо, эс Хавьер, который его и вытащил, не стал вытаскивать кляпа, только путы на руках-ногах разрезал. А то бы Юсуф своими воплями половину Академии перебудил и драконов распугал.

Кровообращение восстанавливалось медленно, мужчина корчился на гальке, словно раздавленный червяк. Эс т-Альего ждал, пока на него не соизволят обратить внимание.

— Ну что?

— Эс… эс…

Что сказать, Юсуф не знал. и для чего его вытащили — тоже. Но не убивать же7 Зачем такие сложности? Убить его можно было и так — оставить еще на пару дней, и все. Без воды человек не живет, сколько б он не нахлебался на допросе.

— Послушай меня, насекомое. Твои дружки убиты, а эсса, которую вы хотели похитить — спасена.

Юсуф так рот открыл, что желудок видно стало.

— Аааа… ээээээ…

— Понимаю, что твой принц не успокоится, поэтому ты передашь ему письмо от эссы Кордова.

Юсуф дернулся.

Письмо передашь?

А вот знаете — не хочется. Его высочество гневен и жесток, Юсуф сам себе приговор повезет, что ли, и своей семье тоже?

Не-не, так дело не пойдет.

— Ознакомься. Читать умеешь?

На колени Юсуфу упал лист пергамента.

Ваше высочество!

Прощу прощения, но я вынуждена отклонить ваше приглашение в гости. Сейчас и в дальнейшем.

Я хочу жить в Равене, у меня здесь семья и друзья.

Я благодарна вам за столь высокую оценку моих душевных и прочих качеств, но я не готова ответить вам взаимностью. Я люблю другого человека и собираюсь выйти за него замуж.

Ваше внимание навсегда останется самым ярким моим воспоминанием.

С уважением.

Эсса Каэтана Кордова.

Юсуф задумался.

Выглядело письмо достаточно вежливо. Правда, принц все равно будет в гневе, но хотя бы Юсуфа сразу не казнит. Даст рассказать… о чем?

— Эс…

— Запоминай, — Хавьер долго обсуждал ситуацию с Каэтаной, и сошлись они на одном и том же. Если принц не получит весточку от своих подонков, он пришлет еще один корабль.

И еще один.

И снова…

Такие люди — упорные в достижении своей цели. И то, что корабль не вернулся, не поможет.

Пропал без вести?

Так это могло быть и случайно. Наткнулся на риф и затонул, в шторм попал, да мало ли что? Те же пираты…

А вот если раз его людей уничтожат. Два уничтожат. Три… да еще и ему напишут, мол, хватит? Раз напишут, два напишут…

Ты неинтересен. Не нужен, не важен… может, поможет?

Эс Хавьер в этом искренне сомневался, но спорить с Каэтаной не стал. Хотя сам бы придавил поганца и думать забыл, как его зовут.

Мужчина молча забрал письмо из рук негодяя, вложил в футляр, щелкнул застежкой, приложил к нему печатку.

— Деньги на проезд на корабле. И пошел вон.

Юсуф поклонился и пошел. Может, дойди письмо до Баязета, что-то и поменялось бы, кто знает? Но судьба решила по-своему.

До города еще надо было добраться. А ночью, на побережье, тем более, рядом горы…

Хватило всего одного шакала. Только — бешеного.

Будь он нормальным, и не подошел бы к человеку, и не кинулся. Но бешенство границ не разбирает, а Юсуф и опомниться не успел. Сам шел, едва тащился, от ветра шатался. Вот и получил сильный укус в ногу, и не один.

Шакала он прибил.

И даже дойти до города успел, и на корабль сел.

В море его и похоронили. Вместе со всем имуществом. Страшно же… если кто знает, как выглядит бешенство — ОЧЕНЬ страшно.

Моряков можно было и понять, и оправдать, только вот до адресата письмо не дошло.

Интерлюдия 2

Орландо Чавез чувствовал себя счастливым.

Бывает же такое состояние… уже несколько раз — было.

После сытного обеда, ужина, после разговора с приятными людьми… он уж и забыл, как это бывает — дома.

Забыл, когда последний раз кушал что-то домашнее.

Давно. Еще когда женат был, но это было и давно, и недолго, и вспоминать об этом сильно не хотелось.

Любовь же!

Молодость, когда любовь отросла, а мозги не проснулись, к сожалению. Вот и женился, на свою голову. А потом и оказалось, что семьи довольны, родители счастливы, а дети… а дети друг другу везде чужие, кроме постели.

Там-то все было хорошо, а стоило выбраться из кровати, и начинались ссоры, споры, скандалы… два года они прожили вместе, но за эти пару лет Орландо приобрел просто неизбывное отвращение к браку. Никакого здоровья на эти семейные отношения не хватит! Домой приходишь, как на войну! Иди и думай, за