Дыхание власти - Степан Мазур

— Да верю, верю. Включай уже свои машины.

Евгений гордо расправил плечи:

— Господа, добро пожаловать в эру жестких кристаллов и жидких носителей информации нового типа!

* * *

Космодром «Свободный».

Электронный циферблат с точностью до миллисекунды отсчитал до нуля.

Время!

— Ключ на старт! — Рявкнул Дмитрий.

— Есть ключ на старт! — Донес динамик.

— Вперед, мужики. — Прошептал Дмитрий уже сам себе.

Гул самой большой в мире модернизированной ракеты класса «Энергия» катился по космодрому. Люди замерли, затаив дыхание. Не ревело, как при старте ракет с жидким топливом. Огонь полыхнул не так яростно, как если бы баки были полны горючего. На ракетах баки отсутствовали, вместо этого существовали два больших отсека с твердотопливным составом. Мощностей хватило для старта, и ракета с пятью спутниками и двумя космонавтами взмыла в небо.

Дмитрий подхватил бинокль, вышел на площадку и приник к окулярам.

А может, проще было самолетами Мрией или Русланом вверх подкидывать? Тогда мощностей бы хватило для посадки и взлета с Луны. Если сбросить спутники, а взяв на борт полезный груз, из которого будем строить базу… Ладно, есть только здесь и сейчас. Лети, красавица, лети.

Ракета бодро резала небо маленькой белой иголкой. Через несколько минут в стратосфере скинет ступень, вместо прежних трех, и поднимется ввысь, набрав достаточную скорость, чтобы вращаться вокруг Земли.

Дмитрий отложил бинокль, не смог сдержать слез. Те покатились по щекам и застряли в недельной щетине. Все-таки получилось. Новые технологии вывели на орбиту без сучка и задоринки.

«Свободный» вновь замер, прильнув к динамикам, что вещали голос из космоса на всю базу.

«Если случиться что-то непредвиденное, этого нет смысла скрывать, все спутники мира направлены на космодром и не одна сотня станций зрит в небо, разглядывая, получится или нет? Узнают стразу. А если успех, то свои единомышленники узнают первыми».

— Антисистема, мы в космосе! — прорезался динамик. — Сейчас освоимся и прибьем к небу на серебряный гвоздь пару спутников.

Дмитрий дрожащими руками поднял микрофон, снова улыбка растеклась по лицу:

— Вас понял! Выполняйте!

* * *

В небе над Атлантикой.

Блондин поправил очки и растекся по кожаному креслу.

— Говорю тебе, она в юсе у Золо. Он же сам сказал: «На другой конец света». А юса от нас как раз на другом конце света. Расслабься, меченосец, неделя-другая и найдем. Если Эмиссары нас отпустили, то неспроста. Нежить и Мертво ненавидят Золо. Не прочь вонзить нож в спину.

Скорпион рефлекторно пощупал грудь, словно Пустоты, что показал Родослав, были именно там. Но пустоты между атомами — это не что-то в груди или другой части тела. Переводя на физический язык, меч растворился в нем, как вода впитывается в сухую кожу.

Человек и меч слились в одно целое.

Трансконтинентальная железная птица уверенно несла их через Атлантику в царство капитализма. Двухъярусный Боинг, что мчал их в Нью-Йорк, был последним оговоренным пунктом из беседы с Эмиссарами.

— Нет, Семка, все слишком просто. Приготовься.

— К чему?

Самолет затрясло, народ в салоне закричал. Динамики донесли встревоженный голос первого пилота:

— Дамы и господа, воздушная яма. Ничего страшного. Сохраняйте спокойствие.

— Не приняли, Семка, они твоих пунктов. Не пускают нас к Золо.

— Что будем делать?

— Для начала попытаемся выжить, а там глядишь и спросим: «Почему?».

— Говорила мне Маша: «Не летай на Урал».

— Хочешь еще раз увидеть Машу?

— Что за вопрос, витязь? Куда я без нее?

— Тогда скажи карме: «Не в этот раз».

— Как, опять?

— А ты думал?