Заря над бездной - Александр Рудазов

— Я хочу увидеть его, — твердо заявила Ванесса. — Хочу сама это увидеть.

— Конечно, хочешь, — грустно кивнула Инанна. — Но для тебя это может быть опасно. В таком состоянии… вполне возможно, что он просто убьет тебя.

— Рискну.

— Тогда поспеши, дитя мое. Не знаю, возможно ли еще как-то ему помочь, но если возможно — это под силу только тебе…

— Только мне?.. — насторожилась Ванесса. — Почему?..

— Знаешь, почему у меня никогда не получалось соблазнить Креола? — задала встречный вопрос богиня.

— Нет, — сухо ответила Ванесса.

На самом деле она и сама множество раз спрашивала себя об этом.

— Он стопроцентный однолюб. В его сердце может найтись место для одной и только одной женщины — зато уж ей он отдает себя без остатка, до последней капли. Такие люди чрезвычайно редки, и мне они неподвластны…

Вон никак это не прокомментировала, но внутри у нее стало как-то особенно тепло.

Правда, она тут же вспомнила, что все еще мертва. И в данный момент это первостепенная проблема.

— Я ведь… оживу?.. — уточнила она. — Меня убили каким-то особенно паршивым заклинанием…

— Я отобрала тебя у Смерти, — с видом оскорбленного достоинства ответила Инанна. — Конечно, ты оживешь. Не важно чем тебя там убили.

— А если адамантом? — тут же прищурилась Ванесса.

— Давай не будем углубляться в ненужные подробности, — уклонилась от ответа Инанна. — Через минуту ты вернешься к жизни. Но перед этим я хочу дать тебе вот эту диадему…

Богиня сняла свой драгоценный обруч, и у Ванессы округлились глаза. Украшение было… божественным. Бесподобно красивое, филигранной работы, да еще и светилось неземным светом.

— Вы мне ее дарите?.. — ахнула Вон.

— Нет, даю на время. Потом вернешь.

— О.

— Понимаю твое разочарование, но эта реликвия слишком много значит для меня, чтобы я могла уступить ее кому-то насовсем.

— Да я и не претендую, — чуть обиженно сказала Ванесса. — А что она делает? Это же не просто украшение, верно?

— Она защищает от Тьмы и ее порождений. Пока ты будешь носить ее, ни один демон Лэнга не сможет причинить тебе вреда.

— О-го-го!.. — присвистнула Ванесса. — Это же… это же… А почему она так странно светится? Она не радиоактивная, случайно?

— Ну что ты, — обиделась Инанна. — Я экологически чистая богиня. У меня все только натуральное. Посмотри, какие тут сбоку камушки.

— Какая прелесть… — засмотрелась Ванесса. — А почему вы не одолжили ее Креолу?

— А ты думаешь, он согласился бы ее надеть?

Ванесса Ли представила своего мужа в этой короне диснеевской принцессы и невольно прыснула.

— Да, он бы выглядел в ней чертовски глупо… — кивнула она. — Но все-таки… Если она такая мощная…

— Это Диадема Матери, дитя мое, — пояснила Инанна. — На голове мужчины она будет всего лишь украшением. Она и для женщины чудесна, лишь если та уже познала радость материнства… или готовится познать…

Последняя фраза донеслась до Ванессы уже откуда-то издалека. Она уже слышала какие-то другие голоса, перед глазами забрезжил свет, и у нее… забилось сердце.

— Есть пульс! — раздался чей-то выкрик. — Повелитель Торай!..

Ванесса попыталась привстать. У нее кружилась голова, во всем теле была невероятная слабость. Несколько секунд она моргала, пытаясь сфокусировать взгляд. Она помнила, как дралась с Троем… если те ее жалкие попытки сопротивления можно так назвать. Потом он… кажется, он запульнул в нее каким-то мерзким заклинанием, и она… судя по тому, что рядом суетятся Мурок с Тораем, положение было серьезным.

Но они ее вылечили. Разумеется. Интересно, сколько времени она пробыла без сознания?… схватили этого засранца Троя или он сбежал?.. Надо намылить всем головы — а то это же уму непостижимо, покушение на первую леди посреди правительственной резиденции!..

Куда вообще охрана смотрит?!

— Всех уволю к чертовой матери, — произнесла Ванесса, сжимая кулаки.

Ее пальцы сомкнулись на чем-то жестком, холодном… что это, какая-то корона?.. Интересно, откуда она здесь…

И тут Ванесса вспомнила. Все еще не очень отчетливо, как смутный сон, но вспомнила то, что с ней происходило там, в потустороннем мире. Вспомнила Черного Слепца, Инанну… и то, что Инанна ей рассказала!

Вернувшиеся к жизни обычно забывают большую часть увиденного за порогом, но у нее-то осталось вещественное доказательство.

Порядком ошалевшая, она спустила ноги с операционного стола. В плечо вонзилась игла — Ванесса ойкнула. Мурок нажал поршень, впрыскивая какую-то биомагическую гадость, и предовольно улыбнулся.

— Рад видеть, что ты все-таки очнулась, деточка, — просюсюкал он. — А я уже собирался приступать к аутопсии…

— Я же говорил, что ее еще можно вернуть, — устало сказал Торай, отряхивая ладони от остаточной праны.

— Да ты всегда так говоришь.

Торай взял Ванессу за запястье, измеряя пульс, осторожно приподнял ей веко, попросил высунуть язык и с явным недоумением произнес:

— Однако я тоже удивлен, повелительница Ванесса. Вы были мертвы… то есть совсем мертвы. Полностью. Необратимо. Вас убили очень скверным заклинанием, понимаете ли. Должен признать, я пытался вас воскресить из чистого упрямства — ненавижу терять пациентов. Как вы ожили?

— Это имеет какое-то значение? — поджала губы Вон.

— Нет, это чисто профессиональное любопытство, но…

— Давайте потом. Как-нибудь в другой раз мы все вместе соберемся, выпьем чаю с оладушками, и я расскажу всю эту историю в подробностях. А сейчас у меня есть вопрос поважнее. Я беременна?

— Конечно, — пожал плечами Торай. — А вы разве не знали?

— У меня и правда была задержка… — задумалась Ванесса. — Но я как-то не обратила внимания… Да черт возьми, мне же не до этого было!

— Ну в таком случае позвольте вас поздравить с радостной новостью. В вашей матке уже четыре с половиной восьмицы созревает эмбрион. И с ним тоже все в порядке, не беспокойтесь.

— Хотя я предлагал его вырезать, — добавил Мурок.

— Вырезать?! — схватила его за грудки Ванесса. — Моего ребенка?!

— Да, вырезать! — возмутился биомаг. — Я был уверен, что тебя уже не спасти, и хотел вырезать эмбрион и поместить его в репликатор! Так мы могли спасти хотя бы его!

— Ой… простите…

— Ничего страшного. Меня часто неправильно понимают.

Ванесса помотала головой, пытаясь избавиться от нахлынувших чувств. Ее неожиданно начало мутить. Ее уже несколько раз мутило в последнее время, но она приписывала это закатонской кухне… просто не желала замечать очевидного.