Ночная кобылка - Пирс Энтони

Теперь королеве Айрин предстояло заняться организацией обороны Ксанта. Волшебное зеркало показало, что жители Мандении располагаются лагерем, чтобы подготовиться к ночевке. На месте, которое они выбрали для лагеря, горело уже по крайней мере несколько костров, и зеркало особенно четко отразило свет их пламени. Все остальное было скрыто непроницаемой тьмой. Если карфагеняне возобновят продвижение на рассвете, то тогда у них уйдет по меньшей мере два часа, чтобы добраться до невидимого моста – Всадник, очевидно, знал о его существовании, – но еще больше времени уйдет у них на то, чтобы добраться до замка Ругна.

Айрин повернулась к Аймбри:

– Этот самый мост – что с ним делать? Не могла бы ты сегодня вечером как-то ликвидировать его?

– Я могу попытаться, – ответила Аймбри, – но тогда я рискую свалиться в Провал, так как я не могу воспользоваться какимнибудь инструментом вроде рычага или топора. В этом случае мне придется встать на мост, материализоваться и попытаться ногами выбить из-под него опоры. Для этой работы как нельзя лучше подошли бы человеческие руки и инструменты. – Аймбри неудобно было признавать, что люди оказываются тут более способными, чем лошади, но ничего другого ей не оставалось.

– Я поеду с тобой, – сказала Хамелеон, – силой я не отличаюсь, но сноровка кое-какая имеется. У меня есть очень острый нож, которым можно подрубить опоры!

– Но... – запротестовала Айрин.

– Ночью жители Мандении не представляют такой опасности, – напомнила ей Хамелеон, – да и всякие наши чудовища тоже ведут себя спокойно, когда я иду по заклятой дороге или еду на ночной кобылке. Если нам удастся разрушить этот чертов мост, то тогда карфагенянам придется искать какую-то другую переправу и все время находиться возле Провала, а мы сможем выиграть время и как следует подготовиться к возможной осаде нашего замка!

– Но если со мной что-то случится во время твоего отсутствия... – упорствовала Айрин.

– Со мной ничего не случится! – заверила ее Хамелеон.

Айрин развела руками:

– Конечно же, ты права. Это я боюсь оставаться наедине с такой огромной ответственностью, но я не могу позволить себе такую роскошь. В отличие от матери, я никогда не помышляла становиться повелительницей. Я пока займусь тем, что высажу подходящий набор растений для защиты замка, но я не стану их проращивать до вашего благополучного возвращения!

Хамелеон села на Аймбри, ночная кобылка прошла сквозь стену и направилась к ближайшей площадке с тыквами.

– У меня есть для тебя еще одно поручение, – сказала кобылке Хамелеон, едва они остались одни. – Я лично не верю, что отсутствие моста через Провал или посаженные Айрин растения смогут надолго задержать жителей Мандении, а нам не удастся обезвредить Всадника до тех пор, пока мы не заманим его в ловушку и не дадим ему удрать. Для этого нам нужно подготовить такую приманку, на которую он обязательно клюнет, да и, конечно, самые решительные меры!

– У меня только одно желание – убить Всадника, как только я встречу его где-нибудь, – сказала Аймбри раздраженно, – к тому же я совсем не уверена, что он раскроет нам свою тайну, как ему удается заколдовывать людей. Однажды ему уже удалось меня обмануть, но теперь-то уж ему ни за что не удастся поймать меня на удочку! – и ночная кобылка резво взмахнула хвостом, отгоняя назойливых насекомых.

– Всаднику всегда удается ускользнуть, и я, кажется, знаю причину этого, – задумчиво сказала Хамелеон. – Если окажется, что я ошибаюсь, то тогда нам придется за это крупно поплатиться. К тому же сейчас еще не наступил пик моей сообразительности, поэтому мне пока что лучше не высказывать своей догадки вслух. Но если я все-таки права, то тогда ему удастся добраться и до меня, и до королевы Айрин, и сделает он это без особых затруднений. И тогда наступит момент, когда Всадник решит, что теперь все преграды на его пути рухнули и он спокойно может становиться десятым королем Ксанта и замкнуть цепь теряемых королей, но мы все-таки можем сорвать все его планы, если будем действовать быстро и решительно. Все равно придется назначать еще одного короля, того, кого Всадник просто не сможет упрятать в тыкву. Это и есть тот самый король, который разорвет цепь!

– Да, это так, пророчество волшебника Хамфри говорит, что десятый король останется невредим, – согласилась Аймбри, входя в это время в тыкву. При этом обе они уже не обращали внимания на разные чудеса ночного мира, которые сразу же дали о себе знать – для обеих все это стало уже обыденным, к тому же обе были поглощены важным разговором, – но кому теперь быть королем? Кого не выбери, любого все равно можно заколдовать!

– Любого, кроме одного! – загадочно сказала Хамелеон.

– Кто же это тогда?

– Это ты!

Аймбри тут же врезалась в стену Медного города, одного из подразделений тыквенного мира, где производились разные металлические принадлежности для составления плохих сновидений. Конечно же, удар о медную стену не причинил ночной кобылке никакого вреда, так как сейчас она была в нематериальном состоянии, но Аймбри потревожила звоном стены нескольких оказавшихся поблизости обитателей города.

– Кто? – не веря своим ушам, переспросила Аймбри.

– Кого вы ищете, кто вам нужен? – поинтересовался потревоженный обитатель Медного города, решив, что вопрос Аймбри был обращен к нему.

Все еще не оправившаяся от удивления Аймбри назвала ему имя одного из местных жителей, который, как она знала, бывал в реальном мире.

– Позови Блиту! – попросила она.

– Вы не здесь ее ищете, это не то здание! – ответил житель. – Блита в доме Б-4.

– Тогда передай ей, что мне, возможно, скоро понадобится ее помощь, – сказала Аймбри, внезапно осознавая: эта ее оплошность может обернуться большим везением. Еще бы: Блита ведь может помочь ликвидировать угрозу Ксанту! – Я сейчас просто не могу сама увидеть ее, я спешу по одному очень важному делу! – сообщила ночная кобылка.

– Да, ты, очевидно, везешь мусор на свалку! – заметил другой обитатель Медного города, глянув на Хамелеон.

Аймбри поспешно постаралась проскочить сквозь другую стену, почувствовав, что ее уши совсем не по-лошадиному начали наливаться краской стыда.

– Местные жители вообще народ некультурный и невежливый, – сообщила она Хамелеон, – они же тоже сделаны из меди, и поэтому у них нет душ!

– А, я привыкла к такого рода обращению, – ответила Хамелеон, – всем людям обычно кажется, что если я безобразно выгляжу, то я обязательно должна быть еще и плохим человеком, и потому они стараются обращаться со мной не очень тактично. И, естественно, находят подтверждение своему ошибочному мнению, видя, что я не реагирую на подобное часто хамское обращение с восторгом. Но если они видят меня в период красоты, то им всегда кажется, что со мной удивительно приятно общаться!

Аймбри поняла, что это было не преувеличение, а чистая правда. Она припомнила, как все считали людоеда-великана Удара злодеем и вообще жестоким созданием из-за одного лишь роста и внешности, хотя в действительности он совсем таковым не был. Люди часто принимают внешность человека за его внутренний мир. Хотя, быть может, это тоже было очередное чудо волшебной страны Ксант, кто знает.