Дисгардиум 13. Последняя битва-1 - Данияр Саматович Сугралинов

за обычного демона, но, в отличие от нас, Бездна объявила имя босса смертных еще вчера — верховный жрец Ларион. Подумав об этом, я вспомнил важную информацию, оглашенную Октиусом: смерть от рук босса вражеской фракции станет финальной. Возможно, мне стоит посвятить завтрашний день прореживанию рядов смертных…

— Нет. — Аваддон качнул головой, прищурив огненные глаза. — Боевыми группами командуют разные лидеры, но сильнейший альянс сколотил гном Хинтерлист. А вот Скиф… — он помедлил, словно подбирая слова, — действует особняком. Что-то в нем настораживает других вожаков, а некоторые и вовсе питают к нему лютую ненависть. Да и среди освобожденных из Чистилища единства нет: я своими глазами видел, как прямо посреди схватки варвар Гейзерих и темная эльфийка Юйлань всадили клинки в спину троллю Роману, а потом безжалостно расправились с его товарищами: певицей Мишель, ювелиром Мейстером и поэтом Цветиком! Не удивляйся, что я назвал их имена, — запомнились по прошлым Играм.

— По моим прикидкам, призванные потеряли несколько десятков бойцов, — добавил Молох. — Но у них по три жизни, поэтому число выбывших определить невозможно.

Агварес, до этого хранивший молчание, вдруг подался вперед и проговорил:

— Думаю, это уже не столь важно. После рассказа Ааза очевидно, что демониаки не просто превосходят нас числом — они быстро становятся сильнее. Вот кто наш истинный враг!

В воздухе повисла тяжелая тишина. Я обвел взглядом своих соратников: каждый нес на себе печать этого бесконечного дня, полного сражений, боли и потерь.

— Еще нужно решать, что делать с этими… неумирающими, — нарушил молчание Молох, бросив косой взгляд на группу Деспота. — Если они действительно связаны с ним узами соратничества, то формально являются частью нашей фракции. Но можем ли мы им доверять?

— Время покажет, — сказал я, мысленно откладывая эту тему до разговора с освобожденными из Чистилища. Сейчас были дела поважнее. — Давайте обсудим, как действовать дальше. Наши потери слишком велики!

— Они были неизбежны, — буркнул Молох, но в его голосе я уловил нотки неуверенности.

Во мне вскипело раздражение. Эта бессмысленная бравада уже стоила нам десятков жизней.

— Нет, это ваша ошибка, — отрезал я. — Я же просил не лезть на рожон! Если продолжим в том же духе, к завтрашнему вечеру некому будет сражаться.

— Ааз, нам отрезали путь к отступлению… — смущенно проворчал Аваддон.

— И вы, опытные военачальники, должны были это предусмотреть!

— Ты сам призывал показать им силу истинных демонов! — возмутился Агварес.

— Это было до открытия Игр. Утром я четко обозначил приоритеты: выжить и усилиться, а не красиво развоплотиться. Где была ваша демоническая хитрость? Куда делось прославленное коварство?

Странное чувство охватило меня. Я, по сути еще молодой демон, отчитывал древних военачальников, проведших тысячелетия в битвах. Но они молчали: они действительно увлеклись, позволили гордыне затмить разум.

— Чтобы победить, нужно прежде всего выжить, — подвел я итог, смягчив тон. — Тактику придется менять. Как именно — решим позже. — Мысли невольно вернулись к предстоящему разговору с Иритой. — У меня есть несколько идей, но многое зависит от того, что принесет эта ночь и грядущее утро. К тому же стоит выслушать, что хотят сказать наши неожиданные союзники.

— Зачем что-то менять? — неприятно удивился Молох. — Да, мы понесли потери, но без них не бывает! Будем биться! Или ты предлагаешь нам прятаться в ожидании конца?

Следующие минут десять я пытался уговорить их отказаться от риска и не вступать в бой. Они со мной не соглашались, напирая на то, что это остановит прогресс, но я напомнил, что со второго дня активируется захват этажей. Чтобы уровень Провала окрасился в цвета фракции и начал давать бонусы, нужно пробыть на нем, очищенном от врагов, час. Твари Преисподней нам не враги, а потому…

— Спокойно спускайтесь, оставляя по демону на каждом этаже, — приказал я. — Чем больше захватим, тем сильнее станем. Если все пройдет по плану, к концу дня у нас будет как минимум триста этажей. Не знаю, что именно они нам дадут, но это точно поможет.

Молох вгляделся мне в глаза, словно пытаясь прочесть в них что-то, потом кивнул.

— Хорошо, сын Азмодана. Но ты же понимаешь, что этим мы лишь оттягиваем неизбежное? Если сегодня мы хоть как-то могли противостоять врагам, то через день-два они настолько опередят нас в развитии, что мы их никогда не догоним.

— Это я как раз понимаю очень хорошо…

Я взвесил в голове все за и против, после чего, поколебавшись, решил пока не делиться подробностями: слишком многое было завязано на случай, везение и Хаос.

— Поэтому завтра… мы положим конец этим Играм. Я убью боссов обеих фракций.

— Как? — синхронно спросили генералы.

— Я «вспомнил» способность телепортации. Если за ночь разовью ее, наведаюсь сначала к боссу демониаков, а потом, если успею, доберусь и до Лариона. Есть у меня… метод.

Глаза генералов распахнулись, а Агварес отвесил челюсть. Что-то в этой сцене было таким знакомым, что я невольно посмотрел на группу призванных из Чистилища.

В этот момент ключ-кристалл, выданный эльфом Фаэлондиром, завибрировал. Когда я его достал, он начал мерцать, а в воздухе высветилась руническая вязь.

Я жестом подозвал генералов — такую информацию стоило изучить вместе.

Итоги первого дня XX Демонических игр

Призванные

Безвозвратные потери: Ада… Гейзерих… Глиф… Клык… Мейстер… Мишель… Мотарк… Нертагош… Роман… Цветик… Юйлань… Ягами…

В строю: 589 из 700 призванных.

Демониаки

Безвозвратные потери: Вер’Шалох… Габихт… Горхрат… Зараш… Зирия… Малшехт… Нирмех… Нур-Шаррур… Рашхат… Шарифа… Шегарх…

В строю: 1 136 из 1 200 демониаков.

Демоны

Безвозвратные потери: Ашкалон… Даруикинар… Даг’гон… Жег… Заган’Нахаш… Ивхор… Кунда… Лилит… Ницал… Таргиш… Ферхациус… Шав’катхот…

В строю: 32 из 93 демонов.

Пока мы осмысливали эти шокирующие цифры, руны замерцали, являя новое сообщение:

Активирована возможность связи ключа-кристалла!

Ааз, ты как босс фракции получаешь возможность голосовой связи с носителями ключей-кристаллов твоей фракции.

Едва я успел осознать эту информацию, как кристалл в руке снова завибрировал и вспыхнул изумрудным светом. Витиеватые эльфийские руны сложились в личное послание:

Аазу, сильнейшему среди демонов

Народ Перворожденных с равным презрением взирает на демониаков и тех, кто преклонил колено перед Бездной. И те и другие стали врагами демонов Преисподней. Пусть века вражды между нашими народами отступят перед общей угрозой — истинным Врагом всех разумных.

Прими эту подсказку не как милость, но как