Колесо Бесконечности - Марта Уэллс

— Что должно происходить?

Девушка снова показала на небо:

— Вот это. Чтобы свет угасал.

Риан понял, что она имеет в виду, и улыбнулся.

— Наступает ночь. Так и должно быть. — Карающий дал своей дочери многие знания, которые, как ему казалось, помогут ей выжить, но, по-видимому, забыл упомянуть о некоторых важных фактах.

— А-а… Ну, тогда все в порядке. — Девушка приободрилась и уселась рядом с Рианом, прислонившись к его колену.

Растим неожиданно вскочил на ноги.

— Вон она!

Риан поднял глаза и увидел, что по каналу приближается барка Посланника Небес; белые полотнища навеса колебал легкий ветерок.

— Кто это? — взволнованно спросила девушка.

— Посланник Небес, — ответил Риан, поднимаясь на ноги. Теперь он уже видел, что рядом со стариком сидит Маскелль, и почувствовал облегчение.

— Неприятности? — тревожно спросил Растим.

— Не думаю. — В барке не было больше никого, кроме молодых лодочников с шестами. Посланник Небес даже не взял с собой своего обычного помощника. Подождите здесь.

Риан спустился по склону к пристани у постоялого двора как раз в тот момент, когда барка причалила. Растим выполнил распоряжение «подождите здесь», но девушка последовала за Рианом и теперь радостно прыгала на берегу. Риан, подняв брови, посмотрел на нее, и девушка объяснила:

— Отец сказал, что я должна оставаться с тобой, когда Маскелль нет рядом.

— Ах вот как! — Риан шумно выдохнул воздух. Похоже, Карающий предусмотрел любое развитие событий.

Один из лодочников выпрыгнул на берег, чтобы привязать барку; Риан помог Маскелль вынести на пристань Посланника Небес.

— О, до чего же хорошо, — сказал старый жрец, вдыхая свежий воздух, снова быть живым!

Когда Риан в последний раз видел Посланника Небес, тот был мертв. Поверить в то, что все они выжили, оказалось и впрямь нелегко.

— Это она и есть? — спросил Посланник Небес, глядя на девушку.

— Именно, — ответила Маскелль. Посланник Небес оперся на руку девушки и позволил ей отвести себя на постоялый двор.

Риан задержал Маскелль на пристани и спросил:

— Что ты им сказала?

Маскелль вздохнула и откинула косички за спину.

— Что Карающий был изувечен перемещением миров, ему нужно время, чтобы залечить раны, и до того времени его Голоса не будет.

— Они поверили?

Маскелль еле заметно пожала плечами и грустно улыбнулась.

— У них не было выбора. К тому же большая часть того, что я рассказала, — правда. Когда Голоса использовали Колесо для того, — медленно продолжала она, — чтобы закрыть Аспианский пролив и заставить Саккару исчезнуть, они ранили Карающего. Все остальные Предки — духи, которые когда-то жили на земле как люди, но Карающий был всем миром — так же, как миром является Колесо. Часть его ушла вместе с городами Саккары. Карающему пришлось долго ждать, прежде чем он смог переродиться, и он устал и сделался слегка безумен. Он послал мне ложное видение и велел уничтожить Райфа, чтобы меня отправили в изгнание. Тогда все события, которые Карающий видел в будущем, заняли бы свое место.

Он говорил с Марадой, когда та явилась в наш мир, и притворился, будто нуждается в ее помощи. Она сказала мне, что «Книга Карающего» — единственная кошанская книга, которую ей нет надобности читать. Она думала, будто и так знает все, что следует знать. Только никто из нас всего не знал.

Риан посмотрел на девушку.

— Значит, она такая же, какими были когда-то Предки. Когда она умрет…

— Ее дух воссоединится с Бесконечностью и станет новым Карающим.

Маскелль подобрала полы мантии, и они двинулись к лагерю ариаденцев. Растим явно нервничал, оказавшись вдвоем с Посланником Небес, и с облегчением перевел дух, когда к ним подошли Маскелль и Риан. Все расселись вокруг очага; девушка немедленно опустилась на землю рядом с Маскелль.

— На тебе лежит огромная ответственность, — серьезно сказал Посланник Небес, глядя на Маскелль.

— На мне всегда лежала огромная ответственность, — ответила та. Ничего нового тут нет. — Она ласково посмотрела на девушку. — А вот она новенькая.

Старик раздраженно фыркнул, но сказал только:

— Что ты собираешься делать?

Риан и Маскелль переглянулись. Этого они еще не обсуждали.

— Не знаю, — пожала плечами Маскелль. Она слегка улыбнулась, глядя на Риана, и тот понял, что ей безразлично, куда отправляться.

Карающий был мертв, и хотя Маскелль стала воспитательницей его наследницы, впервые за многие годы она была свободна. Риан улыбнулся ей в ответ.

— Оставайся с нами, — неожиданно предложил Растим, наклонившись вперед. — Мы можем объехать все большие города Небесной Империи. Дороги тут хорошие, зрители принимают нас замечательно. Когда в Дувалпуре восстановится спокойствие, мы можем вернуться сюда. — Он потер подбородок и мечтательно добавил: — Если мы все еще будем пользоваться успехом, почему бы не открыть здесь театр — постоянный театр? Все мы не делаемся моложе, и иметь свой дом было бы замечательно.

Посланник Небес покачал головой:

— Ей следует оставаться поблизости от храмов.

— Она должна как можно больше узнать о мире, — твердо возразила Маскелль. Подняв брови, она добавила: — Так хотел Карающий.

— Хм-м… — Посланник Небес с недовольным видом откинулся на подушку, явно не собираясь сдаваться.

Риан понял, что спор длится с того момента, когда Маскелль вернулась в Марай.

— Он хотел, чтобы она жила как человеческое существо, — продолжала Маскелль, — чтобы узнала сострадание и научилась справедливости — подобно Предкам, когда те были людьми. Кроме того, — Маскелль бросила на Посланника Небес лукавый взгляд, — она наполовину синтанка, так что не тебе решать ее судьбу. Карающий был воином, и она должна научиться воинскому делу у Риана.

Все посмотрели на Риана — кроме девушки, которая, не в силах долго усидеть на месте, отправилась на луг, где паслись быки. Риан попытался напустить на себя загадочный вид. На самом деле он все еще не разобрался в своих чувствах, но одно было ему ясно: девушка ему нравилась, хоть он и знал ее всего несколько часов. Он заметил в ней многие черты Маскелль, а сходство с ним самим, которое иногда проглядывало тоже, поражало его.

— Так ты позаботишься о ней? — ворчливо спросил его Посланник Небес.

— Заботиться о людях — это то, чем я всегда занимался.

Старик вздохнул и сложил руки на груди, глядя в сторону.

— Ну? — поторопила его Маскелль. — Я была воспитана в храме как жрица высокого ранга, и ничего хорошего это мне не принесло. Для нее с ее силой это будет еще хуже.