Искатели неба - Сергей Лукьяненко

Сон не то чтобы совсем стерся в памяти, но поблек настолько, что можно было думать о чем-то другом. И взамен бессильного ужаса ко мне вернулась обычная легкая тревога.

Слишком гладко все прошло.

Слишком легко мы убежали.

Пока дилижанс, раскачиваясь и дергаясь на узких улочках, протискивался к станции, я все размышлял, где и в чем ждать беды. Что-то меня насторожило, когда я проснулся и начал рассказывать свой сон…

Марк!

Он не сказал ни слова. Не задал ни единого вопроса.

Я посмотрел на мальчика – тот сидел на диванчике по-османски, скрестив ноги. Размышлял о чем-то там своем…

– Марк, – тихо спросил я. – А тебе не снятся сны? Серые, ледяные сны?

Кажется, я попал в точку.

Марк глянул на меня и даже раскрыл рот, собираясь что-то сказать. Но толчок дилижанса и невнятно долетевшая брань кучеров помешали ему.

– Приехали? – спросила Хелен. Посмотрела в окошко, пожала плечами.

Я последовал ее примеру. Сердце вдруг принялось частить, ладони вспотели. Что-то происходило. Что-то надвигалось, стремительно, неумолимо, и вся наша поездка была лишь отсрочкой, насмешливым и ненужным подарком судьбы…

– Марк, обувайся, – бросил я. – Хелен…

Мы обменялись понимающими взглядами. Летунья прикрыла глаза, потянулась – и достала из Холода пулевик. Тот, что мы забрали у офицера Арнольда.

– Что происходит? – испуганно спросила Луиза.

Дилижанс по-прежнему был неподвижен, но ругань кучеров прекратилась. Разом, словно они поняли, что лучше сейчас внимания к себе не привлекать…

Я обернулся на Марка – тот уже обулся, лицо побледнело, но он явно был готов ко всему.

– Сейчас узнаем, сестра, – только и сказал я. – Тянуть не стоит…

Хелен потянулась к запору двери, я мягко остановил ее руку.

– Я первый.

Распахнул дверь и спрыгнул на булыжную мостовую.

Засада поджидала нас в узкой, двум повозкам не разъехаться, улочке. По обеим сторонам – высокие, приличные дома. Фонарные столбы. Из окон – свет, и силуэты выглядывающих горожан.

А спереди и сзади, уже не таясь, стояли стражники.

Путь назад преграждали пятеро, все с пулевиками. Лица напряженные, и я сразу понял – эти станут палить не раздумывая.

Впереди – четверо. И без пулевиков, трое – с мечами и дубинками, один – вообще безоружный. Но этот один стоил многих.

Я посмотрел на офицера Арнольда, при моем появлении изобразившего что-то вроде улыбки, и пулевик в руке показался мне жалким и ненужным.

– Брось оружие, Ильмар. – Арнольд медленно пошел ко мне.

Кто-то из возниц издал жалобный стон, сообразив, кого вез. Несколько полуоткрытых окон захлопнулось.

Лихая же слава обо мне пошла…

– Я пойду с тобой, – сказал я. – Хорошо. Пропусти дилижанс.

Арнольд заулыбался шире. Может, поначалу у него и была единственная цель – меня, свидетеля, хлопнуть. Но теперь-то, когда ему в руки идет слава, деньги, титул…

Это он так думает. А на самом деле, тот, кто повезет Маркуса в Версаль, – живым не останется. На всякий случай…

– Ты ничего не понимаешь, офицер, – сказал я. – Ты…

Неуловимое движение – Арнольд снял с пояса короткий широкий меч. Пулевика моего он не боялся, видно уверен был в тех, кто держал меня на мушке.

– Брось пулевик, вор. Или я прикажу…

В дилижансе раздался шум, и вслед за мной выпрыгнула Хелен. Потом, после короткой возни – Марк. Глаза Арнольда расширились, он чуть склонил голову:

– Принц Маркус, вам следует подойти ко мне. Немедленно. Графиня Хелен, бросьте свое оружие… все, включая то, что храните на Слове…

Я ожидал, что при виде Хелен в нем взыграет ярость, но, видимо, недооценил стражника. Скорее в его голосе было уважение – как к неожиданно ловкому и сильному противнику.

Никто не сделал ни шага. Стояли мы на свету, прекрасная мишень для начинающего стрелка, и деваться было совершенно некуда. Из дилижанса высунулась Луиза, с ужасом посмотрела на стражу, стала неуклюже спускаться.

– Подойдите ко мне, принц. Остальным бросить оружие, – повторил Арнольд.

Терпение в его голосе было такое, словно он способен был до утра нас уговаривать, пока мы от усталости не свалимся.

– Не делайте этого! – крикнул Марк. Посмотрел на стражников, попытался придать голосу властность: – Я младший принц Дома! Повелеваю пропустить нас!

– Сегодняшним указом Владетеля вы, принц, лишены всех прав. Смиритесь.

Арнольд сделал еще шаг, протянул руку, словно приглашая Марка взяться за нее. И я вдруг понял, что выстрелю в офицера.

Стражники начнут стрелять в ответ. И скорее всего все в меня. Пулевики у них простые, однозарядные, такие специально для Стражи делают, в городах службу нести. Начнется паника – и будет шанс, пусть маленький, у Хелен и Луизы увести Марка, скрыться, свинцом и сталью проложить себе путь…

Я поднял пулевик и спиной почуял, как притянул все стволы. Арнольд с любопытством посмотрел на меня, покачал головой:

– Тебе лучше сдаться мне, Ильмар-вор. С минуты на минуту здесь будут святые братья. С ними тебе лучше не встречаться.

– Ты не понимаешь, Арнольд. – Его лицо было на линии ствола, и я вдруг понял, что попаду, и в этот раз могучий офицер упадет бездыханным. – Не во мне уже дело…

Глаза стражника расширились. Он не верил, что я стану стрелять… не дурак же, понимаю, что с толпой не справиться… не верил, до этого мига.

– Не во мне, – повторил я, давя на крючок.

– Нет! – крикнул Марк и бросился вперед, между мной и Арнольдом, но выстрел уже нельзя было остановить, мой палец коснулся спускового крючка, потянул – в тот миг, когда мальчишка, вставший между нами, вскинул руки и губы его шевельнулись.

Я вдруг почувствовал, как судорожно сжалась моя рука, как ногти впились в кожу. В моей руке не было больше пулевика. Из рук Арнольда исчез меч.

Холод прокатился по улочке, испуганно заржали лошади, с которых исчезла упряжь. С дилижанса будто срезало передние колеса, и он завалился набок, закричали перепуганные пассажиры. Стражники, оставшиеся в один миг с голыми руками, дергались, словно в безумном танце, ощупывая себя, оглядываясь, пытаясь понять, кто же их обезоружил.

Марк забрал в Холод все, что только могло послужить смертоубийству. Забрал, даже не прикасаясь, даже не глядя – одним усилием. Но, видно, это далось непросто.

Ноги у мальчика подкосились, и он рухнул на мостовую. Луиза бросилась к нему.

Вокруг творилось что-то невообразимое. Уже и до самых тупых дошло, что Маркус сказал Слово – и Слово это невиданной силы и возможностей. Несколько стражников побежали, двое рухнули на колени, двое вдруг затеяли безумную драку друг с другом.