Своенравный подарок - Кира Стрельникова

— Пройдёмте, — скупо бросил Ив и свернул в ближайшую дверь.

Потом обернулся к графу, смерил его взглядом и поднял бровь.

— Я вас слушаю, милорд, — сухо произнёс Ранкур, сунув папку с бумагами под мышку.

Инсальф сразу перестал улыбаться, подобрался и прищурился.

— У нас с вами остался незаконченный разговор, племянничек, — сквозь зубы процедил он, не скрывая презрения. — Надеюсь, в этот раз вы проявите благоразумие в вопросе отказа от престола, ибо в противном случае Ариго узнает, что его наследник не так уж чист и хорош, как ему хочется думать.

Ив демонстративно посмотрел на часы, стоявшие на каминной полке.

— У вас осталось семь минут, — обронил он, сдержав эмоции, его голос звучал ровно и бесстрастно.

— У меня имеются свидетели вашего преступления в некоей маленькой деревне в Ровенне, — не стал ходить вокруг да около граф. — Вы тогда сумели избежать наказания, но это вам не поможет…

— Вашему так называемому свидетелю я мозг наизнанку выверну и заставлю признаться в том, что это вы убили того беднягу, — перебил Ив, не желая дальше выслушивать беспочвенные обвинения. — Здесь вам не безымянная деревня, и не толпа тупых крестьян, которых легко убедить даже в том, что небо — зелёное, — герцог шагнул к Инсальфу, нависнув над ним, и тот невольно отступил, впервые, пожалуй, отметив, что наследник — опасный противник. — Если не хотите неприятностей, граф, утихните и убирайтесь обратно к себе в поместье, — равнодушно произнёс Ранкур. — Ещё раз попытаетесь вмешаться в мою жизнь, я всерьёз возьмусь за расследование той истории в деревне, и поверьте, сухим из воды вы не выйдете. Хорошего дня, ваша милость, — обойдя застывшего статуей Инсальфа, Ив вышел из комнаты и поспешил к дяде, досадуя на то, что с очередными кознями графа всё-таки опаздывает на важную встречу.

Ив опасался, что граф последует за ним, не желая отвязаться, но — обошлось. То ли внял угрозе, то ли решил, что с наскока упрямого родственничка не возьмёшь, и такими нелепыми и грубо сляпанными обвинениями в Айвене не получится убрать Ранкура с политической арены. Мысленно фыркнув, герцог углубился в изучение бумаг по пути к кабинету Ариго, и следующие несколько часов занимался исключительно делами и беседой с просителями. В какой-то момент король Айвены замолчал и лишь изредка вмешивался в разговор, наблюдая со стороны за Ивом, с головой ушедшим в исполнение роли наследника. И если поначалу на лицах просителей сквозило пренебрежение, когда они узнавали, кто перед ними сидит рядом с Ариго, то дальше способность Ива легко распознать ложь и докопаться до настоящего положения вещей, даже несмотря на собранные доказательства и свидетельства вызывала уже совсем другие эмоции и реакцию. Ариго же, наблюдая за племянником, убедился, что ему нравится заниматься разбором прошений, наводить справедливость. Тем более, его ментальный дар позволял в самом деле добиваться оной, как бы ни противились решению якобы виноватые, пытаясь убедить, что всё совсем не так. Одного пронзительного, тяжёлого взгляда Ива хватало, чтобы окоротить самых неугомонных и возмущённых.

Когда через пару часов они сделали короткий перерыв, Ариго, наклонив голову, одобрительно обронил:

— Молодец, Ив. Хорошо справляешься.

Ранкур рассеянно кивнул, отпив глоток вина.

— Ты знаешь, что бабуля проявила интерес к Тони? — известил он родственника. — Ты ей сказал?

— Зачем? — усмехнулся Ариго. — Наринна всегда в курсе всего, что происходит во дворце, пусть и отстранилась от активного участия в придворной жизни. Зато твоя супруга в надёжных руках, можешь не сомневаться.

— Да не сомневаюсь, мой Огонёчек тоже, знаешь ли, не даст себя в обиду, — на губах Ива мелькнула ответная усмешка.

Ариго снова подметил, как назвал свою жену Ив, и лишь уверился в том, что увидел ещё в первую встречу с четой. Возможно, герцог сам ещё не осознавал, но к Антонии он испытывал серьёзные чувства, не просто привязанность и благодарность за полезный третий дар. Король откинулся на спинку стула, прикрыл глаза и потёр лоб. Вдруг навалилась усталость, захотелось лечь и побыть некоторое время в тишине, а по телу разлилась противная слабость.

— Дядя? — Ив сразу отреагировал на состояние короля и осторожно дотронулся до его сжатой в кулак второй ладони. — Всё хорошо?

— Ив, — Ариго открыл глаза и посмотрел на мужчину. — Я хочу, чтобы завтра ты присутствовал на совещании без меня.

Ранкур нахмурился. Не то, чтобы его испугала такая просьба, он не сомневался, что сможет справиться с советниками и министрами, и всё же, не рановато ли для такого решения?

— Почему? — прямо спросил герцог, с беспокойством поглядывая на дядю.

Тот криво улыбнулся, не отводя взгляда.

— Ты прекрасно знаешь, почему. Мне остался самое большее, месяц, Ив, я уже говорил. Чем быстрее ты примешь на себя мои обязанности и займёшь моё место, хотя бы для начала в управлении страной, тем лучше будет для всех. И дар твой — отличное подспорье, я давно хочу вывести на чистую воду кое-кого из советников, — Ариго поморщился. — Больно наглыми они стали. Пора проредить состав и обновить кровь.

Ив помолчал, не видя смысла спорить с дядей — он тоже чувствовал, насколько сильно устал король, хотя и старается не показать этого. Да, пожалуй, месяц, может, полтора, это всё, что ему осталось. Ранкур сдержал вздох: Ариго не любит жалость, как и проявлять свою слабость, даже перед близкими людьми.

— Хорошо, — Ив отставил пустой бокал. — Тогда давай продолжим. Сколько там ещё осталось?..

Оставалось много — Ариго хотел освободить время для подготовки к предстоящему вечеру, которым, кстати, тоже предстояло заниматься и Иву тоже, что, конечно, не привело его в восторг. Мелькнула мысль, а не попросить ли бабулю, потому как Ранкур мало разбирался в нюансах украшения парадной залы и выборе закусок к торжеству. Можно было бы и Антонию, она-то уж точно справится, но супруга только-только осваивалась во дворце, и Иву не хотелось увеличивать ей поводов для беспокойства. Пусть обживётся, познакомится с обстановкой, а дальше потихоньку и обязанностей у неё прибавится. Бабушка наверняка просветит насчёт них. Антония… Неугомонный Огонёчек, неизменно радовавший Ива яркими эмоциями и трогательной заботой, искренней нежностью. Мысли герцога перескочили с работы на жену, и последние часы он то и дело отвлекался, не в силах сосредоточиться на разговоре и обсуждении. После обеда прошло уже много времени, стрелки подходили к восьми вечера, и всё сильнее хотелось увидеть Тони. Расспросить, как прошла прогулка, как ей бабуля, как успехи в изучении левитации. Да просто обнять её, вдохнуть аромат ванили и мёда и поцеловать мягкие, податливые губы.

— Всё, иди уже, — ворчливо произнёс Ариго, когда за очередным посетителем закрылась дверь. — Ты не здесь мыслями, это и без ментального дара понятно, — он широко улыбнулся. — На сегодня хватит. Завтра утром в моём кабинете встретимся, я бумаги передам, дальше без меня, — король перестал улыбаться и вздохнул. — После приёма, на следующей неделе, надо бы обговорить твоё путешествие по стране с инспекцией, как будущего наследника. Проверишь, как обстоят дела на местах, заодно наместников и управляющих городами тоже посмотришь, насколько они честные. Хорошего вечера, Ив, — Ариго протянул племяннику руку.