Богадельня - Генри Лайон Олди

Совет продолжал заседать.

Чудеса! – У гильдейцев с деканом Белого капитула нашлась уйма тем для разговора. Очень важных. Очень нужных. Никто из собравшихся не замечал, что ночь на исходе. Серая, мутная вода, качая ожидание зари, робкими струйками затекала под своды капитула, еще бессильная соперничать с огоньками свечей. Жутковатый налет инфернальности: мерцанье пламени выхватывает из темноты лица, словно разыскивая одно-единственное, нужное позарез. Колеблются тени на стенах: сойти? остаться?! Невидимый, но ощутимо давящий купол над головами, куда не в силах добраться жирные, масляные отблески. Сизые пряди ползают по полу. И – уверенные слова ораторов: свет грядущего, величие его, опоры и фундамент Столпа…

Трагедия?

Фарс?!

Действо слегка напоминало «Тайную вечерю» безумного живописца Фонтанальи, изобразившего вокруг Первоответчика с учениками толпу бюргеров – тупые, самодовольные, с вилками и ложками в руках, они меньше всего внимали печальной мудрости, но, боясь кинуться в открытую, тайком жаждали объедков со стола…

Незваные гости с разгону влетели прямо в пляску огней, теней и слов. О нет, не трусливые бюргеры! нет! Словно сам Ад изверг из недр клубок сцепившихся демонов. Как ни странно, на ногах удержался только Филипп ван Асхе – последнего Вит отпустил, уже вываливаясь из портала в залу. Остальные кубарем покатились по полу, но почти сразу клубок распался. «Тайная вечеря» стала «Битвой в саду». Витольд закрыл телом бесчувственную мать – хищник, сын хищника, готовый к последней, отчаянной и безнадежной схватке. Двое рыцарей, обманчиво-неподвижных: мрамор статуй грозит в любой миг обратиться вихрем смерти. И между яростью и отчаянием – разводит руками мейстер (…капли дождя на голых ветвях ясеня…) Филипп. Говоря всем своим видом: «Я сделал, что мог, коллеги. Как вам результат?»

– Господа! Позвольте представить вам благородного графа цу Рейвиш!

Улыбка Душегуба могла остановить льва.

Одна из статуй ожила. Быстрее, чем способно уследить зрение человека, шагнула к Совету, обретая стать вельможи, привыкшего повелевать.

– Я требую объяснений! Что это за сатанинское сборище? Кто эти люди? Что здесь вообще происходит?

Первым успел фратер Гонорий. Декан выступил вперед, оказавшись в круге света от ближайшего шандала. Он действовал наверняка: так гости сразу видели, кто с ними говорит.

– In nomine suo benedico vos![53]Мейстер Филипп вполне способен сам дать необходимые разъяснения, но… Я лелею надежду, что господин граф скорее поверит лицу духовному. Ваша светлость, я – брат Гонорий, скромный инок ордена кармелитов. И заверяю вас: здесь нет козней Сатаны. Это не шабаш, это собрание Совета Гильдии. Пусть мое присутствие послужит залогом того, что никакие богопротивные или противозаконные действия не могут иметь места в сем здании.