Повелительница леса - Татьяна Май

Мне повезло: на кухне творилась настоящая суматоха. Главная кухарка размахивала большой поварешкой на манер смычка, сопровождая все не очень-то вежливыми окриками. Младшие суетились, роняя на пол то пучок приправ, то орехи. Камелии нигде не было видно, чему я несказанно обрадовалась.

Конечно же, остаться совершенно незамеченной у меня не получилось. Бормоча: «Не обращайте на меня внимания», я выскользнула в сад и быстрыми шагами направилась к высокой изгороди, отделявшей этот клочок зелени от личного сада Камелии. Удостоверившись, что за мной никто не наблюдает, я взмахнула рукой и большой дуб, росший около изгороди, опустил ветвь. Сев на нее верхом, я приказала перенести меня за изгородь. Хвала всем лесным богам, мне попался послушный представитель буковых. Поскрипывая, ветвь задвигалась и через несколько секунд я, донельзя довольная собой, уже стояла на балконе, примыкающем к комнате Камелии.

Балкон был открыт, поэтому проникнуть в комнату не составило никакого труда. Я осторожно вошла и осмотрелась. Если я ожидала увидеть портрет Элрика, утыканный дротиками, то ничего такого не нашла и, сказать по правде, слегка огорчилась. Аккуратно заправленная кровать, туалетный столик, заваленный множеством цветных лент, большой гардероб, расписанный цветами, — вот и все убранство. Заглянув за дверь около гардероба, я обнаружила лишь сверкающую чистотой туалетную комнату.

— Что ж, приступим к тщательным поискам. Прости, Камелия, но уж очень мне не хочется замуж за короля, — пробормотала я себе под нос и начала открывать все ящики, какие только нашлись в комнате. Но в гардеробе висели лишь платья и стояли туфельки им в тон, а в ящике туалетного столика обнаружились только янтарные украшения. Я даже заглянула под кровать и потрогала дно столика, решив, что Камелия, как и моя мама, может что-то там скрывать. Но под кроватью не было даже клочка пыли, а шаря под столом рукой, я посадила здоровенную занозу, но так ничего и не нашла. Такому же тщательному обследованию подверглась и ванная комната.

Потратив на бесплодные поиски с четверть часа, я одновременно с радостью и грустью констатировала, что Камелия чиста, как первый снег. Но вот именно эта чистота меня и смущала. Уж слишком «причесанной» выглядела комната. И какой-то нежилой. Словно обитавшая здесь эльфийка знала, что кто-то может сунуть нос в ее вещи.

«Ты же Вэндэ Таурэ, примени силу», — вспомнился мне вдруг низкий насмешливый голос Морнэмира. Я закрыла глаза и сосредоточилась, сама не зная, что ищу. Но ведь в эльфийской летописи говорится, что именно я спасу род лесных эльфов. А что такое попытка вывести на чистую воду злоумышленника, как не спасение? Неизвестно почему вспомнилась гравюра из летописи — девушка со вскинутыми вверх руками в окружении трав и деревьев. Решив, что терять мне все равно нечего, я глубоко вздохнула и точно также вскинула руки. Тут же до моего слуха долетел скрип качнувшихся за окном деревья и тихий не то шелест, не то шуршание. Надеюсь, потолок не обвалится мне на голову. Боязливо открыв глаза, я увидела цепочку маленьких коричневых семян, что ровным строем катились ко мне по хрустальному полу. Коснувшись моих туфель, они послушно замерли. С громко колотящимся сердцем я подняла одно семечко, чтобы рассмотреть поближе. Так и есть — семена дикой моркови. Внутри будто что-то оборвалось.

Я проследила дорожку семян, которая уводила под кровать эльфийки. Пришлось снова лечь и заползти под нее. Именно там обнаружился тайничок, который я не заметила в первый раз. Маленькое углубление в стене рядом с полом было замаскировано так искусно, что без помощи своей силы я бы ни за что его не обнаружила. Отодвинув хрустальную заслонку в сторону, я пошарила внутри тайника рукой. Слева стоял развязанный мешочек с семенами дикой моркови, а справа я нащупала что-то хрустящее. Через секунду я извлекла на свет пергамент, в который была завернута пара кинжалов. Вертя в руках оружие, я испытывала смутное ощущения, что уже видела похожий кинжал. Ну, конечно, видела! Вскрикнув от неожиданности, я выронила тихо звякнувшее оружие. Ведь именно такой кинжал я извлекла из тела умирающей Амбреллы! Он был выпачкан в крови, но это не помешало мне запомнить его. Тот кинжал Элрик приказал забрать в оружейную, как он объяснил, «до выяснения истинных причин смерти эльфийки». Но у меня не было никаких сомнений, что это кинжалы-близнецы. Задумчиво пошевелив пальцами, я заставила семена вернуться в мешочек. Взяв пергамент, чтобы спрятать в него кинжалы и вернуть все на место, я зацепилась взглядом за строчки, которыми был испещрен лист. К моему великому огорчению, документ был написан на эльфийском. Моих знаний, которые заключались в паре фраз, явно не хватало, чтобы прочитать написанное. Под текстом я увидела две подписи. Одна будто состояла из сплошных углов, а вот глядя на другую мне припомнились изящные завитушки, которые выводила Камелия, сидя на кухне несколько часов назад. Поборов желание стащить документ и показать Элрику, я все же решила оставить его на месте. Камелия не должна догадаться, что кто-то копался в ее вещах. Положив кинжалы на место, я задвинула заслонку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Выбравшись из-под кровати, я в нерешительности замерла. Что предпринять? Побежать с воплями к Элрику или Алистеру? Но первый ясно сказал, что ему нужны доказательства, а второй при всей своей верности королю примет сторону дочери.

Я снова вышла в сад и, немного порыскав по нему, обнаружила в зарослях несколько грядок с дикой морковью. Высокие стебли с собранными в зонтики белыми соцветиями тихо покачивались на легком вечернем ветру. Вот и еще одно доказательство. Однако этого тоже недостаточно. Камелия легко может сказать, что выращивала морковь в качестве приправы, а то, что она прятала семена под кроватью — милое чудачество. Вот наличие кинжалов ей будет объяснить труднее, но и здесь можно что-то придумать.

Я машинально прошла к изгороди и точно таким же способом, как и попала сюда, перебралась обратно. В голове был полнейший сумбур. Камелия Сама не заметив как, я вновь оказалась на кухне.

— Вивиан, дорогая, нагуливаешь аппетит? — услышала я мелодичный голос той, которую меньше всего сейчас хотела видеть, и мысленно застонала. — А Элрик везде ищет тебя.

Камелия мягко улыбалась, ласковые карие глаза были так безмятежны, словно ничто в целом мире не могло разволновать добродушную эльфийку. Что ж, самое время узнать, так ли это. Я улыбнулась в ответ.

— Ох уж этот Элрик, — беспечно рассмеялась я, надеясь, что смех не звучит истерично. Я взяла эльфийку под локоть и зашептала, наклонив к ней голову: — За неделю, что нас не было, он меня просто измучил. Мне кажется, будет двойня, а то и тройня!