Королева Шутника - Тамора Пирс

– Совсем недавно, ваше величество.

Она притронулась к амулету, защищающему от беременности. Али носила его на длинной цепочке и прятала под саронгом и нагрудной повязкой.

– Уже лучше. А когда вы поженитесь?

– Раньше, чем я отложу яйца, – сказала Али, наконец просыпаясь. – А почему ваше величество задает мне такие вопросы?

– Ты собираешься вить гнездо здесь или дома? – поинтересовалась Дов. – Потому что из всех, с кем я работаю, ты – единственная, кто мне не присягал. Ты собираешься вернуться в Торталл?

Али поджала губы. Почему бы Дов не начать этот разговор после любой из тех ночей, когда Али спала в постели?

Наконец она ответила:

– Я не продам ваши секреты другим королевствам, ваше величество.

– Я не поэтому спрашиваю, – резко ответила Дов. Обвившийся вокруг ее горла Секрет пискнул. Королева и маленький темненок были неразлучны с момента первой встречи, совсем как Али и Трик.

Дов посмотрела вниз, на свое загорелое колено.

– Я думала, что ты мой друг, – спокойно добавила она. – А друг мне по-прежнему нужен.

Али вздохнула. Вот и пришло время выбирать будущее.

– Тайбур прекрасно справится с работой главного агента, – ответила она, сворачивая бумаги. – У него очень подходящее для этого мышление.

– До того как на Архипелаге воцарится мир, Тайбур нужен мне в Гвардии Королевы, – ответила Дов. – Там он незаменим. Если на следующей неделе мне придется нанести визит на некоторые острова, я хочу, чтобы Тайбур подготовил мои поездки. И я хочу, чтобы главным агентом была ты.

Али грустно посмотрела на нее.

– Есть обстоятельства, о которых вы не знаете, – сказала она, и все в ней сжалось от волнения. – Обстоятельства, которые делают невозможной мою работу в качестве главного агента. И о которых я, будучи в настоящее время главным агентом, должна вам рассказать.

– Ну так прекрати ходить вокруг да около и расскажи!

На подоконнике сидел Киприот, одетый в куртку и саронг, сотканные словно из меди и бренчащие от украшающих их камней.

– Ты же знаешь, что хочешь этого.

Али хмуро взглянула на него.

– Я думала, ты станешь огромным, если победишь.

– Я огромен, – ответил бог. – То, что ты видишь – это только часть. Моей сущностью пропитан этот дворец, каждый камень здесь и каждая капля. Мой визит сегодня сотворит чудо с цветами.

Али подперла подбородок ладонями:

– Как и навоз.

Киприот прищелкнул языком:

– Почему ты хочешь меня покинуть, моя дорогая? Мы созданы друг для друга, мы идеальная пара: бог и его служитель.

Он посмотрел на Дов.

– Я вижу, ты приказала убрать из дворца статуи моих братьев и сестер, – сказал Киприот, и лицо его выразило неприязнь. – Ты прикажешь разрушить их?

– Может быть, ты можешь себе позволить нанести им обиду, – ответила Дов. – Я не могу. Статуи будут отправлены в храмы Митроса и Богини в Раджмуате и переданы им в собственность. Хочешь, я закажу твою статую? Но у нас считается, что это очень плохая примета.

– Отлить мою статую? Ерунда! – фыркнул бог. – У меня много ипостасей. Ты видишь только одно из моих лиц. Я…

– Огромен, – прервала его Али. – Да, ты это уже говорил.

– Ну и когда великий день? – поинтересовался Киприот у Дов, проигнорировав слова Али. – Когда коронуют мою королеву?

– Через день после зимнего солнцестояния, – ответила Дов, и на лице ее появилась слабая улыбка. – Так что официально мое царствование начнется вместе с рождением нового года.

– С рождением нового солнца, – поправил ее бог. – Не то, чтобы я завидовал ему, бедному парню. Он так пока и не вернул свой щит. У меня есть один вор, очень талантливый… – Киприот поднял бровь. – А, да в итоге… – тут он посмотрел на Али, и в его черных глазах заплясали искры. – Если коронация будет в зимнее солнцестояние, то зарубежные делегации начнут съезжаться в конце октября и останутся на всю зиму. – Тут Киприот вытянул палец. – Ваши монархи посылают с такими делегациями самых доверенных людей. Так что лучше тебе поторопиться и сказать ей.

И Шутник исчез, оставив после себя только медные искры.

– Что он имел в виду? – спросила Дов. У Али было очень тяжело на душе.

– Я бы хотела одновременно рассказать и Винне, если можно, – тихо сказала она. – Я думаю, вы обе должны это услышать. Трик?

Трик уселся на плечо девушки.

– Она идет, – сказал он. Как и другие темнята, розданные людям, темненок Виннамин предпочел остаться с ней, когда герцогиня занялась обустройством дворца.

Ожидая Виннамин, Али и Дов обсуждали предполагаемые поездки Дов на ближайшие острова. Основная проблема заключалась в том, как за ней будет поспевать свита, поскольку Дов собиралась лететь на кударунге, которого назвала Кипри.

– Я вообще не хочу приземляться, пока не буду уверена, что на земле я в безопасности, – объясняла Дов Али, когда в комнату вошла Виннамин.

Герцогиня установила при дворе новую моду: ее темненок дважды обвил волосы леди и завязался бантом. Другие дамы нового двора Дов тоже старались следовать этой моде, впрочем, без особого успеха: темненок мог удерживать волосы гораздо лучше, чем атласная лента.

– Вы хотите что-то обсудить со мной? – сказала Виннамин, усаживаясь в кресло. – Это ведь не плохие новости с дальних островов, правда?

– Тебе придется подождать, – сказал Трик. – Фесгао и Чинаол тоже сейчас придут. Мы заодно скажем и им.

– Почему? – спросила Али.

– Темнята правы, – проговорила Дов. – Они были с нами с самого начала. И, что бы это ни было, они должны все узнать.

Али поежилась в кресле и потихоньку убедилась, что может легко дотянуться и до ножей в своем поясе, и до оружия, спрятанного под крышкой стола. Именно забота о собственной безопасности удерживала ее от того, чтобы давно рассказать все членам заговора рэка. Она чувствовала, что изо всех людей, с которыми она сталкивалась после прибытия на Архипелаг, именно у заговорщиков будет больше всего причин для злости, когда они узнают правду об Али.

– Пока мы ждем… – сказала герцогиня, доставая из кармана свернутый пергамент. Дов и Али тут же узнали этот разборчивый почерк.

– Сарэй! – крикнула Дов и схватила письмо.

Пока Дов с жадностью вчитывалась в строки письма, Винна рассказала Али:

– Они поженились, когда добрались до Картака. Сарэй ждет ребенка, он должен родиться весной.

Герцогиня улыбалась, но губы ее дрожали.

– Если будет мальчик, они назовут его Мекуэном. Их не будет на коронации, но они приедут, как только здесь станет безопасно.