Последний из Рода - Наталья Авербух

— …только через мой труп! — вопила бабуля, терзая в руках кухонное полотенце. — Придумала, тоже мне!

Дед хмыкнул и спрятался за газетой. Когда бабуля расходилась, он всегда так поступал, оставляя меня один на один с этой фурией.

— Бабуль, ну чего ты, в самом деле? Я же не в армию ухожу, а поступаю на факультет военных переводчиков. Пе-ре-вод-чи-ков!

— Вся в отца! — охнула она. — Вот говорила я Насте, чтоб построже с тобой, не то по стопам отца пойдешь! Она все отмахивалась. Вот и выросла еще одна вояка!

Дед высунулся из-за газеты.

— Элеонора, душа моя, ты и правда палку перегнула. Была б твоя воля, ты бы Тинку до старости за своей юбкой прятала.

Я бросила на него благодарный взгляд. В этом противостоянии дед всегда был на моей стороне. Дело в том, что мой отец был потомственным военным. Насколько мог проследить свой род вглубь веков — все его предки служили. Мама же — приемная дочь. Бабуля и дедуля взяли ее совсем маленькой и вырастили в строгом духе, словно дворянку какую. Отец погиб год назад, мать тут же нашла себе нового мужа и укатила с ним в Зимбабве работать в Красном Кресте, а меня вот оставила на дедулю с бабулей.

Что самое смешное, так это наше с бабулей сходство. Не удивлюсь, если в старости стану точной копией. А ведь по крови мы не родственники.

— Тина, ты уверена, что сделала правильный выбор? — спросила тем временем бабуля. — Твой отец только и думал, что о…

— Да что вы можете знать! — как же мне надоели эти споры. Бабуля терпеть не могла отца, все говорила, что молодым голову сложит, что не ценит жену и дочь. — Папа честный был, храбрый! Он погиб детей спасая, собой закрыл!

Бабуля прикрыла глаза ладонью и всхлипнула. Мне тут же стыдно стало, вспомнилось, как на похоронах она стояла — белая-белая, словно не зятя, а сына хоронила.

— Малыш, ты не думай, мы тебе ничего не запрещаем, но путь воина — не для девушки, — произнес дед, откладывая газету и вставая с кресла. Подойдя к жене, он осторожно провел ладонью по ее волосам. — Твой отец был хорошим человеком и хорошим солдатом, но он бы не хотел, чтобы ты пошла по его стопам.

Дед всегда понимал… Но он не прав. Отец хотел бы, я уверена. Он так гордился Родом Вороновых, что не перенес бы, если бы он прервался на мне.

— Давай ей объясним, Тиан! Давай ей все расскажем? — вскинулась бабушка. Вообще-то деда зовут Святослав, но когда бабуля волнуется, она всегда называет его так, говорит, в юности так его кликали. А он в ответ зовет ее не Норой, а Нарой.

— Тише, тише, — он продолжал гладить ее по темным, не тронутым сединой волосам. Глянув на меня, он медленно проговорил: — Не стать пекарю портным, не выйти на большую дорогу кузнецу, а воину не найти мира….

Бабуля всхлипнула, но ничего не сказала, спор закончился в мою пользу…

Николай Александрович был старинным другом дедули. Бабушка и его не любила, едва стоило ему позвонить в дверь, уходила в спальню и запиралась там. А вот мне нравился этот синеглазый мужчина, возраст которого на глаз было определить невозможно. Лет в пятнадцать я даже умудрилась ненадолго в него влюбиться.

Сегодня он пришел без предупреждения. И бабуля не ушла — кидала в его сторону недовольные взгляды, но ничего не говорила. Даже чаю принесла в кабинет и осталась с мужчинами. Я потопталась на пороге, пока дед не кивнул, приглашая присоединиться к ним.

Пока они обсуждали общих знакомых, я дремала, но вот что-то изменилось, грозой в воздухе запахло.

— Плевать мне, кого она там призывает! Не пущу, не отдам!

— Огнь созывает свиту, — повторил Николай Александрович. — Она надолго отошла от дел, но, вернувшись в прошлом году, принялась наводить порядок. Ей очень не нравится, что члены ее свиты…

Я потрясла головой. О чем это они? Роман что ль какой обсуждают?

— Что посоветуешь? — спросил дед, попыхивая сигарой. — Думаешь, не сможем договориться?

— Не сможете, — покачал головой Кольд. — Началась борьба за власть, не всем по нраву, что она надела венец Егеря. Ей нужны все силы, иначе дойдет до вызова в круг.

— Да нам какое до этого дело?! — бабуля грохнула чашкой о блюдце. — У нас тут своих бед полон рот. Вон — Тинка в военный вздумала поступать!

Николай Александрович с удивлением посмотрел на меня, будто только заметил.

— А, Тин, и ты тут, — подтвердил он мои подозрения. — И на кого же поступаешь?

— На военного переводчика. И я уже поступила, — не сумела я удержаться от хвастовства.

— Что ж, молодец, — он улыбнулся и вновь обратился к деду. — Ты, Тиан, не серчай, но тут Огнь права. Как первая ушла, так вы с Нарой совсем о долге забыли. Что бы там ни было, но ее вы. И Род ваш — тоже ее. Так что берите Тинку и отправляйтесь.

— Тинку-у-у?! — бабуля вскочила и схватила увесистый том. Дед едва успел удержать ее и забрать книгу. — Не пущу-у-у!

— Я все сказал, — Николай Александрович поднялся. — Спасибо за угощение, пойду я. Помните, она ждет вас к последнему дню лета, но лучше, если вы отправитесь прямо сейчас, достойней это. Нет, красавица, не провожай, я знаю, где выход.

Он ушел, а дед с бабушкой еще долго молчали, не глядя друг на друга.