Книга Жизни - Дебора Харкнесс

– Я думал, что сумею найти лекарство. А пока… надеялся управлять своими чувствами. Но ты стала для меня такой же жизненной необходимостью, как дыхание и кровь. Мое сердце уже не знает, где кончаюсь я и начинаешься ты. Едва увидев тебя, я распознал в тебе могущественную ведьму. Представлял ли я, что ты будешь иметь такую власть надо мной?

Диана ответила не словами, а невероятно крепким и страстным поцелуем. Поцелуй Мэтью не уступал ее по силе. Когда они разомкнули губы, обоих трясло. Дрожащими пальцами Диана дотронулась до своих губ. Мэтью уперся подбородком в ее макушку. Их сердца колотились, захлестываемые чувствами.

– Создание нового ответвления потребует моего безраздельного внимания и такого же полного контроля, – сказал Мэтью, когда к нему наконец вернулась способность говорить. – Если у меня получится…

– Должно получиться, – твердо заявила Диана. – Обязательно получится.

– Отлично, ma lionne. Когда у меня это получится, все равно останутся моменты, требующие от меня единоличного вмешательства, – пояснил Мэтью. – И дело не в моем недоверии к тебе. Порою я не доверяю самому себе.

– Как тогда, в день приезда Джека? – спросила Диана.

Мэтью кивнул:

– Находиться с тобой в разлуке – это ад при жизни, но любое отвлечение таило бы в себе невыразимую опасность. Что же до моего контроля… мы оба знаем, как он слабеет, когда ты рядом.

Мэтью снова поцеловал ее. На этот раз от его поцелуя исходил нескрываемый соблазн. У Дианы покраснели щеки.

– А чем займусь я, пока ты в Новом Орлеане? – спросила Диана. – Должна же я чем-то тебе помогать.

– Ищи последний вырванный лист из «Ашмола-782», – сказал Мэтью. – Что бы ни происходило между мной и детьми Маркуса, Книга Жизни необходима нам в качестве опоры.

Поиски отвлекут Диану и удержат ее от прямого вмешательство в водоворот катастрофических событий, если этот безрассудный замысел провалится. И ему будет спокойнее.

– Фиби тебе поможет с поисками третьего листа. Отправляйся в Сет-Тур. Там и будешь меня ждать.

– А как я узнаю, что с тобой все в порядке?

Диана только сейчас начинала ощущать скорую разлуку с Мэтью.

– Я найду способ тебя известить. Но никаких звонков и электронных писем. Нельзя давать зацепок Конгрегации, если Болдуин или кто-то еще меня выдаст, – сказал Мэтью. – Тебе пока нельзя лишаться его благосклонности. Он считает тебя частью семьи де Клермон, и разумнее сохранять такое положение вещей… до поры до времени.

– Но твое отсутствие может продлиться месяцы! – в отчаянии воскликнула Диана. – Вдруг наши дети родятся раньше срока?

– Марта и Сара примут роды, – как можно нежнее сказал Мэтью. – Диана, я пока сам не знаю, сколько времени мне понадобится.

«Возможно, несколько лет», – подумал он.

– А как я втолкую детям, почему их отца нет рядом? – спросила Диана, каким-то образом прочитав его мысли.

– Ты объяснишь близнецам, что меня нет рядом с ними не просто так. Я делаю это, потому что всем сердцем люблю их и их мать.

У Мэтью дрогнул голос. Он крепко обнял Диану, как будто крепкие объятия могли оттянуть неизбежное расставание.

– Мэтью! – донеслось из темноты.

– Маркус? – удивилась Диана, услышав знакомый голос.

Мэтью еще раньше поймал запах сына, а затем услышал тихий звук шагов Маркуса, когда тот поднимался по склону.

– Здравствуй, Диана. – Маркус вышел из темноты и остановился в полосе лунного света.

– Неужели в Сет-Туре что-то случилось? – насторожилась Диана.

– Во Франции все прекрасно. Мне подумалось, что Мэтью может понадобиться моя помощь.

– А где Фиби?

– Осталась с Аленом и Мартой, – устало ответил Маркус. – Я невольно подслушал ваши планы. Если мы начнем их осуществлять, пути назад уже не будет. Мэтью, у тебя есть уверенность в создании ответвления?

– У меня нет, – ответил Мэтью, неспособный соврать. – А у Дианы есть. – Он посмотрел на жену. – Крис с Галлогласом ожидают тебя на тропе. Иди к ним, ma lionne.

– Что, уже?

Диану охватил неподдельный страх перед колоссальными переменами, начинающимися в жизни каждого из них.

– Через несколько минут будет еще труднее. Я не могу тебя проводить. Тебе придется пойти одной. Не оглядывайся и, ради всего святого, не беги.

Случись такое, Мэтью было бы не совладать с собой.

– Но…

Диана плотно сжала губы. Кивнув, она быстро провела рукой по щеке, смахнув навернувшиеся слезы.

Мэтью вложил в последний поцелуй более тысячи лет тоскливого ожидания.

– Я никогда… – начала было Диана.

– Тише. – Мэтью вновь коснулся ее губами. – В нашем лексиконе нет слова «никогда». Помнишь?

Мэтью осторожно отстранил ее. Их разделяло несколько дюймов, но с таким же успехом это могла быть тысяча лиг. Едва он это сделал, его кровь буквально взвыла. Мэтью осторожно развернул Диану, показывая ей два неярких кружка света от фонарей Криса и Галлогласа.

– Не задерживайся. Ему будет еще тяжелее, – тихо сказал Диане Маркус. – Иди на свет. Медленно.

В течение нескольких секунд Мэтью сомневался, что Диана сдвинется с места. С ее пальцев свисали золотистые и серебристые нити. Они ярко мерцали, словно пытаясь соединить то, что внезапно и столь ужасающим образом оборвалось. Диана сделала робкий шаг. Потом второй. Мэтью видел, как дрожит ее спина, которую Диана пыталась держать прямой. Ее голова склонилась вперед. Затем она расправила плечи и медленно пошла на свет фонариков.

– Черт бы меня побрал, но я с самого начала знал, что вы разобьете ей сердце! – крикнул Мэтью Крис.

Он обнял подошедшую Диану.

Крис ошибался: это сердце Мэтью сейчас распадалось на куски, а вместе с сердцем ломалось его самообладание, здравый рассудок и последние остатки человечности.

Маркус внимательно следил за отцом. Галлоглас и Крис повели Диану к машине. Когда они скрылись из виду, Мэтью рванулся следом. Маркус поймал его за руку.

– Ты намерен сделать это без нее? – спросил Маркус.

С момента его расставания с Фиби прошло менее двенадцати часов, но ему уже было тяжело.

– Иного не остается, – ответил Мэтью, хотя сейчас не представлял, как это у него получится.

– Диана знает, как разлука скажется на тебе?

Маркусу до сих пор снились кошмары о страданиях Изабо, когда Филипп попал в плен и потом, когда его не стало. Изабо превратилась в оболочку. У Маркуса все внутри разрывалось, глядя, как она трясется, совершает нелепые поступки и корчится от физической боли. А ведь его дед и бабушка принадлежали к немногим счастливым вампирским парам, которые могли на время расставаться. Бешенство крови у Мэтью делало это невозможным. Еще перед окончательным установлением парных уз между Мэтью и Дианой Изабо предупредила Маркуса: если что-то случится с Дианой, поведение Мэтью может измениться до неузнаваемости.