Штормовой прилив - Дэн Патрик

– Что со мной было? – Стейнер схватил кувалду, приходя в себя.

Чары подчинения, – ответил Сребротуман, выслеживая добычу.

Спустя мгновение отец Орлов повернул голову и обнаружил перед собой экзарха.

– Огненный дух? – с отвращение прорычал он.

Как видишь.

Схватив лицо Зоркого, Сребротуман накалил маску со звёздами, отчего Орлов тут же завопил. С обожжённым лицом он повалился на книжные полки, но успел схватить тяжёлую книгу и ударить экзарха по голове.

– Убирайся прочь! – взревел Орлов обгоревшим ртом.

Сребротуман отпрянул, но быстро пришёл в себя. Но как только в руке экзарха заполыхало огненное копьё, из темноты появились трое солдат. Они переводили взгляд с одного Зоркого на другого, пытаясь решить, кого нужно атаковать. Сребротуман метнул в них поток пламени, однако огонь прошёл насквозь и воспламенил книги на полке, стоявшей позади. Иллюзия замерцала, и имперцы исчезли. Пользуясь замешательством противника, отец Орлов успел скрыться. Экзарх попытался отыскать его силой мысли, но безуспешно: беглец явно защитил свой разум ментальным барьером.

Будь ты проклят, Орлов. Будь прокляты твои амбиции и преданность Императору.

Сребротуман направился в центр зала и вскоре обнаружил чёрную железную лестницу. Стейнера и его спутницы нигде не было видно.

Где ты, Стрейг?

Поблизости раздался шум быстро приближавшихся шагов, и из-за полок выбежал отец Орлов. Держа в руках узкий кинжал, он бросился прямиком на Сребротумана. Тот попытался метнуть огненный шар, но противник вызвал поток холодного воздуха, потушив пламя, и занёс клинок. Оружие блестело слишком ярко, и экзарх ощутил редкий для себя прилив страха.

– Отойди от него! – из темноты выскочил Стейнер, размахивая кувалдой и громко ругаясь на северном языке, и ударил отца Орлова в грудь. Тот с хрипом упал на колени.

Стоило воспользоваться возможностью и бежать, Орлов.

Сребротуман возвышался над поверженным Зорким. Руки его задымились, и в ладонях вспыхнуло пламя.

– Император велел убить мальчишку Вартиаинена. – Орлов поднял лицо, которое по-прежнему скрывалось за обгоревшей маской. – И я сделаю всё, чтобы выполнить приказ.

Ураганный ветер захлопнул большинство дверей и потушил танцующее пламя. Солдаты кубарем покатились по полу, а Сребротумана вихрем прижало к стеллажам. Стейнер упал на колени и прикрыл голову руками, защищаясь от посыпавшихся книг.

Хотя экзарх без устали метал во все стороны огненные сгустки, но они лишь освещали мрак библиотеки и гасли под действием ветра, не достигнув цели. Полки возле чёрной железной лестницы вспыхнули, и книги ярко заполыхали, посылая в воздух клубы густого дыма.

– Ты сдашься! – прохрипел отец Орлов, поднимаясь на ноги и прижимая руку к сломанным рёбрам. – Под натиском ветра Сребротуман ощутил острое желание выполнить приказ Орлова. – Ты сдашься! – настойчиво повторил Зоркий.

Экзарху стало трудно двигаться и даже думать. Он не мог больше сопротивляться. Он почувствовал, как что-то вонзилось в грудь, и опустил взгляд: между рёбер торчал тонкий кинжал. Отец Орлов приблизился, и колдовской вихрь утих. Библиотека погрузилась в тишину. Сребротуман с опаской поднял руку, чтобы вытащить оружие из своего тела.

– Это не Пепельный клинок, – признался отец Орлов, изо всех сил стараясь отдышаться. – Это его копия.

Зачарованная копия.

– Он принадлежал Димитрию Соколову. – Орлов сделал паузу, хватая ртом воздух. – Император велел мне убить тебя, если ты всё же окажешься предателем…

Он хотел продолжить, но вдруг увидел мелькнувшую в темноте кувалду. Однако удар пришёлся слишком высоко и попал по железной лестнице над головой Зоркого.

– Пошёл прочь! – взревел тот, и Стейнер покорно подчинился. – Сребротуман почувствовал, как ослабло воздействие на него, стоило вниманию Орлова переместиться на нового противника. – Пора заканчивать. – Зоркий в маске со звёздами выдернул клинок из груди экзарха и на этот раз приставил к его горлу.

Согласен.

Сребротуман превратил руки в огненные кинжалы и вонзил их в грудь противника со всей ненавистью и отвращением, которые накопились за долгую жизнь. Отец Орлов повис в воздухе с торчащими из спины мерцающими лезвиями. Затем экзарх развёл руки в стороны, и сгоревший труп упал на пол, развалившись на две части. Клинок Димитрия Соколова со звоном упал на каменный пол.

Стрейг! Ты мне нужен! – следом на колени опустился и Огненный дух, больше рефлекторно, чем из-за необходимости. Мёртвых ноги не подводят, но чего только не выкинет уставший разум!

– Сребротуман! – закричал Стейнер, бросившись к нему.

Рад тебя видеть, Вартиаинен. Слава о тебе гремит по всему континенту.

– Кто это? – юноша указал на горящий труп Зоркого.

Отец Орлов. Кажется, он учился в Академии Воздуха и Академии Воды. Он наложил на тебя чары. И на меня заодно.

– Вы можете встать? – Стейнер поднял отполированный до блеска клинок, который выглядел совершенно новым. – Что произошло?

Орлов меня ранил.

– Но Огненного духа нельзя ранить простым кинжалом!

Сребротуман знал, что молодой кузнец уже понял правду, но не желал принимать.

Это не просто кинжал, Стейнер. Император дал его Орлову, чтобы убить меня.

– Но откуда ему известно, что вы – Огненный дух?

Кажется, я слишком много наговорил. Император раскусил мой секрет.

– Нет… – произнёс в темноте женский голос.

Стрейг приблизился, рядом с ним шла девушка. Она была очень красивой, но заплаканной, и Сребротуман тотчас ощутил исходящую от неё волну тревоги.

А это кто?

– Меня зовут Кристофин. – Девушка опустилась на колени возле Стейнера. – Спасибо, что спасли нас. Когда Зоркий заговорил, я оказалась бессильна… Я не могла… – Кристофин прижала руку к губам, боясь вслух произнести то, что её беспокоило.

Ты молодец, Стрейг.

Солдат в ответ молча кивнул.

Пламя продолжало танцевать на книгах и полках, пока Сребротуман не погасил его мыслью и жестом. Неожиданно лестница из чёрного железа застонала и рухнула, подняв в воздух облако пепла и сожжённых страниц.

– Переусердствовал с ударом… – Стейнер смущённо кашлянул.

Вновь послышались звуки сражения, и Кристофин забрала из рук юноши сияющий клинок.

– Клянусь Фрейне, я убью всех и каждого, кто сюда войдёт, – проворчал Стрейг.

– Будем надеяться, этого не потребуется, – сказала Кристофин. – Пора уходить отсюда. Сребротуман, вы сможете идти?

Боюсь, прощальный подарок отца Орлова останется со мной навечно. – Экзарх коснулся пальцами пореза на груди. Больно ему не было, но чувство страха охватило его в ту же секунду, когда из раны заструился тёмный дымок.