Городские легенды - Чарльз де Линт

— Это правда, — сказала она. — Слишком много надежды тоже плохо. Запомни одно: ни отчаяние, ни надежда не властны сами по себе; они лишь дают силу, используя которую, ты победишь или падешь.

— Популярная психология, — пробормотала Мойра.

Диана улыбнулась:

— И все же в ней есть зерно истины, как в бабушкиных сказках, а иначе почему бы ей быть такой популярной?

— Так что я тогда здесь делаю? — спросила Мойра. — Я ведь еще не сдалась. Я еще борюсь.

Диана посмотрела на брата. Тот пожал плечами.

— Признаю свое поражение, — сказал он. — Она твоя.

Джек повернулся к Мойре, капризная, как у балованного ребенка, гримаса исказила его резкие черты, и они начали расплываться.

— Ты еще вернешься, — сказал он. Его голос был сух, как ветер в пустыне, он словно наполнял ее сердце мелким песком одиночества. — Надежда сладка, я первый охотно это признаю, но Отчаяние, раз коснувшись тебя, всегда будет иметь над тобой власть.

Жар разлился по телу Мойры. Ноги у нее подкосились, голова закружилась, в глазах потемнело, она почти не слышала, что ей говорят. В висках с тяжким гулом билась боль.

И все-таки Надежда сильнее.

Мойра не знала, услышала ли она эти слова на самом деле в тот миг, когда сладкое дыхание Надежды освободило ее сердце от песка, который намело туда Отчаяние, или они пришли изнутри ее самой, потому что она хотела, ей необходимо было в них верить. Но сухой голос Отчаяния утонул в них. Она больше не боролась с головокружением, а отдалась на его волю.

Мойра вдруг осознала, что стоит на четвереньках, упираясь ладонями и коленями в какие-то грязные деревяшки. Где?..

Тут она вспомнила: крытый мост. Город. Надежда и Отчаяние.

Она села на пятки и огляделась. Она снова вернулась в свой мир. Снова — если она, конечно, вообще куда-нибудь из него исчезала.

Внезапно ее оглушил какой-то рев. Свет фар ударил в глаза, и на другом конце моста показалась машина. Мойра тут же вспомнила Эдди и то, как она боялась нарваться на каких-нибудь деревенских мужланов, но бежать было некуда. Под визг трущихся о дерево колес машина затормозила, открылась дверца. Из нее вышел какой-то мужчина и направился к Мойре.

В свете фар, которые горели у него за спиной, он показался ей огромным — настоящий монстр. Она хотела удрать. Она хотела закричать. Но не могла даже двинуться, даже нож из сумки вынуть и то не могла.

— Господи! — сказал незнакомец. — Что с вами?

И он с напряженным от беспокойства лицом склонился над ней.

Она медленно кивнула:

— У меня просто... голова закружилась, по-моему.

— Вставайте. Я вам помогу.

Она не сопротивлялась, когда он помогал ей подняться. Не сопротивлялась, когда он вел ее к машине. Он открыл переднюю дверцу, и она благодарно опустилась на пассажирское сиденье. Мужчина бросил взгляд на другой конец моста, откуда она вышла, как ей теперь казалось, сто лет тому назад.

— У вас что, с машиной что-то случилось? — спросил он.

— Можно и так сказать, — ответила она. — Парень, с которым мы ехали, выбросил меня на дорогу в нескольких милях отсюда.

— Вы не пострадали?

Она покачала головой:

— Нет, только мое самолюбие.

— Господи. Дерьмовый мужик какой.

— Да уж. Спасибо, что остановились.

— Не за что. Вас куда подвезти?

Мойра покачала головой:

— Я иду обратно в Ньюфорд. Вряд ли вам в ту же сторону.

— Ну, не могу же я вас здесь одну оставить.

Не успела она возразить, как он захлопнул дверцу и пошел к водительскому сиденью.

— Не волнуйтесь, — сказал он, садясь за руль. — После того что с вами стряслось, каким надо быть мерзавцем, чтобы... ну вы понимаете.

Мойра не могла удержаться от улыбки. Похоже, он правда смутился.

— Сейчас проедем этот мост, развернемся, а там,..

Мойра тронула его за руку. Она вспомнила, что случилось, когда она в последний раз пыталась перейти через этот мост.

— Сделайте мне одолжение, ладно? — попросила она. — Давайте просто выедем с моста задом.

Ее благодетель странно на нее покосился, потом пожал плечами. Дал задний ход и начал пятиться с моста. Пока они не оказались на дороге, Мойра сидела, затаив дыхание. Но вот сосны и кедры снова встали вдоль обочины, звезды засверкали над головой. И никаких чудных городов. Никаких мостов.

Она вздохнула свободно.

— Как вас зовут? — спросила она, пока он разворачивал машину на узкой дороге в сторону Ньюфорда.

— Джон — Джон Фрейзер.

— А меня Мойра.

— Мою бабушку звали Мойра, — сказал Джон.

— Правда?

Он кивнул.

«Похоже, он славный парень, — подумала Мойра. Не из тех, которые что-нибудь да выкинут».

Сладкий запах вишневого цвета долетел до нее на мгновение и тут же исчез.

Не случайно Джон появился так кстати, это наверняка дело рук Надежды, решила Мойра. Может, это от нее подарок на счастье, чтобы сгладить воспоминание о дурных манерах ее братца. А может быть, и правда: чем легче характер, тем больше шансов, что все будет как надо.

— Спасибо, — сказала она. У нее не было никакой уверенности, что Надежда ее услышит, просто захотелось сказать это, и все.

— На здоровье, — отозвался Джон.

Мойра взглянула на него, улыбнулась.

— Да, — сказала она. — И вам тоже.

От его озадаченного взгляда ее улыбка стала еще шире.

— Что тут смешного? — спросил он.

Но она только пожала плечами и откинулась на спинку своего сиденья.

— Это длинная странная история, да и все равно вы мне не поверите.

— А вы меня испытайте.

— Может, как-нибудь в другой раз, — сказала она.

— Могу ведь и на слове поймать, — сказал он.

И тут Мойра, удивила себя: она надеялась, что так и будет.