Скелеты в шкафу - Ольга Болдырева

Не относитесь слишком серьезно к жизни — живыми вам все равно из нее не выбраться.

NN

Прием оказался скучным. Видимо, большинство гостей с излишним рвением взялись за подготовку к завтрашнему торжественному балу, забыв про сегодняшний вечер. Лениво играли скрипачи какую-то тоскливую мелодию, под которую не то что танцевать не хотелось, даже вешаться было бы противно. Несколько десятков собравшихся лордов и леди спешили засвидетельствовать свое почтение императору и заверить в своем счастье знать, что защитник наконец-то найден. Юльтиниэль переминалась с ноги на ногу в конце зала, к слову сказать, не тронного, а всего лишь большого приемного, который, несмотря на слово «большой», был в несколько раз меньше и не таким изысканным. Ее уже несколько раз приглашали на танец — то один лорд, то другой надеялись привлечь внимание прекрасной эльфийской княжны, но девушка качала головой и печально улыбалась.

Рядом недовольно хмурилась Альга, которая, наоборот, была не прочь потанцевать, но приглашений не получала. Может быть, виной этому было то, что она пришла на прием в мужских строгих брюках и свободной кофте, несколько портящей впечатление от прекрасной фигуры девушки, и кавалеры не спешили подходить к ней, или же их останавливало неприязненное выражение лица, обещающее первому смельчаку добрую порцию яда в стакане с вином.

— Рэль, скажи, почему всем нравятся эльфийки? — неожиданно спросила воровка.

— Почему всем? — притворно изумилась Юля, надеясь обратить все в шутку. — Полюбуйся, как на меня дамы смотрят! Сейчас взглядами подожгут платье!

— Ты знаешь, о чем я… — не согласилась Альга. — Даже Оррен относится к тебе по-другому, хотя сначала вы постоянно спорили!

— Так, может быть, здесь дело не в моей расовой принадлежности? Полно смертных мужчин, которые относятся к эльфийкам весьма прохладно: есть любители орчанок, есть те, кто смотрит только на женщин своего народа. Ты пытаешься обобщить, — укорила Юльтиниэль Альгу, одновременно с этим отказывая очередному кавалеру, и та неожиданно согласилась.

— Да, я просто ревную, — призналась девушка. — Ты такая красивая и интересная, а я серая мышь!

— Ты просто хочешь ею казаться — надела бы нормальное платье, пригласила бы парикмахера, чтобы сделать прическу, стребовала бы с Оррена в подарок какое-нибудь драгоценное украшение…

— Нет, нет! Никогда. — Альга так сильно замотала головой, что умудрилась растрепать свой простенький хвостик, в который она собрала волосы.

— Что за шум, а драки нет? — Откуда-то сбоку, словно из воздуха, соткался Талли. Расшитая серебряной нитью туника изумрудного цвета поразительно шла ему, а поддетая под нее светлая рубашка со строгим воротом оттеняла цвет кожи. Юльтиниэль поймала себя на том, что любуется эльфом, как музейным экспонатом, и тут же стыдливо отвела взгляд.

— Мы обсуждаем преимущества платьев перед брюками на подобных приемах, — призналась она.

Воровка насмешливо фыркнула, словно бы говоря, что никакие аргументы ее не переубедят.

— А какая разница, если на меня в любом наряде будут смотреть, как на деревенскую девку, лишь по глупому недоразумению допущенную на императорский прием? И недоразумение это зовется Орреном Ритом. Лучше бы он послушал меня и не заставлял здесь находиться!

— Кстати об Оррене, — спохватился Талли. — Он сказал, что встретил какую-то давнюю знакомую и собирается хорошо отдохнуть. Так что, думаю, в ближайший час нам будет представлена эта несчастная, и дальше мы не увидим нашего друга до завтрашнего полудня…

— Я уже видела… — проворчала Альга, и Юле тут же стала понятна истинная причина ее плохого настроения.