Встретимся в Силуране! - Ольга Голотвина

– Мальчик мой, поверь… Я сам не знаю, как это вышло! Въевшаяся в кровь и плоть привычка обманывать опасность… Судьба бьет меня – я уворачиваюсь, она промахивается… и так всю жизнь, из года в год! Но потом я сам ужаснулся… я еще никогда такой ценой… – Он впился глазами в лицо ученика – и вздрогнул, наткнувшись на твердый непрощающий взгляд. – Ильен, ты много значишь для меня! Ты похож на меня самого в детстве – но лучше, чище… Я мечтал передать тебе все, что знаю и умею…

– И вместо этого подставил ребенка под злые чары. Прикрылся им, как щитом, – негромко сказал Ралидж.

При звуках его голоса Айрунги очнулся и внутренне ощетинился. Он не лгал: защита была его естественным, привычным состоянием.

– Хранитель, – пробасил от окна дракон, – не отдашь ли его мне? Я заметил, что мерзавцы почему-то особенно хороши на вкус.

– Ты же говорил, что сыт… – робко покосилась на него Фаури.

– Ничего, для хорошего дела быстренько проголодаюсь. Так что когда он больше не будет нужен Соколу…

– А я нужен? – спросил Айрунги холодно и деловито – словно не он только что вымаливал у ребенка прощение.

– Да не очень… – пожал плечами Хранитель. – Возможно, пригодился бы в Кровавой крепости. Нужно ведь отдать призракам ожерелье и уговорить снять заклятье с мальчика. Конечно, могут возникнуть сложности из-за того, что с нами не будет Вечной Ведьмы… ох, прошу прощения у светлой госпожи. Но это ее право – отказаться…

– Нет! – вскинула голову Фаури. – Если мальчик… это меняет дело! Конечно, я согласна! – И с вызовом обернулась к Айрунги. – Ты же обещал меня за косы притащить? Подожди, сейчас заплету!

Пилигрим изменился в лице, хотел что-то сказать, но сдержался.

– Где эта крепость? Долго туда добираться? – деловито спросил Хранитель.

Айрунги не успел ответить – вмешалась Арлина. Коварным голосом она сказала:

– Где бы она ни была – по воздуху туда наверняка быстрее, чем по осеннему непролазному лесу… Эрвар, ты не знаешь, где это место?

– Знаю, – солидно отозвался дракон. – Там Врата неподалеку. Если по воздуху, так за день можно обернуться туда и обратно… – Тут до него дошел смысл вопроса. – Эй, вы что?! Нашли верховое животное!

– Ну, Эрвар, – взмолилась Арлина, – я же тебя знаю! Ты не допустишь, чтобы ребенок погиб от злых чар! Ну что тебе, такому сильному, такому могучему, снести несколько человек?..

Дракон замотал головой так яростно, что своротил оконную раму.

– Несколько человек? Да что я вам – дорожная карета с крыльями?

– Как можно сравнивать! – рванулся в бой Пилигрим. – Какая-то паршивая дорожная карета! Да ты ж ее в когтях унесешь вместе с упряжкой лошадей! Такой размах крыльев! Мышцы под кожей так и гуляют! Хватит скромничать, ты же сильней всех на свете!

Наглая лесть, как ни странно, подействовала: Эрвар не был избалован подобным отношением к себе.

– «Несколько человек» – это сколько? – хмуро поинтересовался он. – Всей шайкой ко мне на спину взгромоздиться решили?

Начались яростные споры – кому лететь?

Ильену, Хранителю и Фаури – это уж обязательно. Арлина заявила, что отправляется с ними, потому что боится остаться здесь без мужа. Это объяснение было встречено с законным недоверием, но за госпожу неожиданно вступился Эрвар. Дракон со смехом объявил, что объездила его именно госпожа. Раз она так рвется в эту Кровавую крепость – надо ее взять, а иначе и полета никакого не будет…

Четыре седока – уже солидный вес… Пилигрим, к его яростному негодованию, был отвергнут. Айфер и Аранша – тоже.

Айрунги, напротив, держался скромно и персону свою в попутчики отнюдь не навязывал. Мол, пергамент ему так и так не достанется, Вечную Ведьму без него привезут на встречу со старыми друзьями. Так зачем утруждать почтеннейшего дракона и занимать место у него на спине?

На это Эрвар выразительно ответил, что уж эту ношу он лишней не считает, но понесет пленного прохвоста не на спине, а в когтях. Во-первых, ему, Эрвару, так удобнее: меньше народу по хребту елозит. Во-вторых, если лететь будет все же тяжеловато, когти можно и разжать…

Айрунги пытался протестовать, Пилигрим пытался настаивать, но их уже никто не слушал. Все двинулись к дверям. Аранша на ходу уговаривала госпожу взять ее плащ, он теплее. (Наемница уже успела пройтись по всем углам постоялого двора, отыскала штаны, рубаху, плащ и с удовольствием рассталась с нелепым розовым одеянием.)

Внезапно Ингила начала во весь голос умолять, чтобы ее взяли с собой. Да, эта история ее никаким боком не касается, ну так что? Неужели добрые господа обидят маленькую циркачку, которой раз в жизни выпала такая удача – полетать на драконе и своими глазами увидеть призраков Кровавой крепости? Да она пить, есть и спать перестанет, если такое упустит! Зачахнет, захиреет и умрет!..

Пестрая компания подняла девчонку на смех. И только Фаури, тихая и несчастная, негромко сказала, что ей было бы не так страшно, если бы рядом оказалась Ингила.

Циркачка не отступала. Она бросалась то к одному, то к другому путнику, взывала к их благородным чувствам, но на каждую ее умоляющую тираду ответом был хохот. Тогда Ингила подбежала к дракону, обняла, сколько хватило рук, большую черную голову и поцеловала в холодный жесткий нос.

Результат оказался совершенно неожиданным. Какое, казалось бы, дело громадному крылатому хищнику до чмоканья мелкой девчушки? Но, видно, отозвалось в драконе что-то от бывшей человеческой натуры…

Эрвар разинул пасть и громогласно заявил, что эта кроха отправляется с ними, в ней и весу-то нет. А кто будет возражать, тот пускай летит до Кровавой крепости своим ходом. Может у него, Эрвара, быть собственное мнение? Или он окончательно превратился в бесправную рабочую скотину? Если на то пошло, за те годы, что он провел в драконьей шкуре, его не так уж часто целовали…

– Эх, – вздохнул Пилигрим, – почему мои поцелуи так высоко не ценятся?

– Потому что ты лопоухий! – показала ему язык циркачка.

Арлина, перестав смеяться, серьезно и оценивающе взглянула на торжествующую девчонку.

Пока все отыскивали по сундукам одежду потеплее и ломали дверь сарая, где был заперт меч Ралиджа, Волчица отозвала Ингилу в сторонку.

– Вот что, милая, – ровно и приветливо сказала госпожа, – тебе не кажется, что нам есть о чем поговорить?

Циркачка, несмотря на молодость, имела немалый жизненный опыт и вполне могла оценить надвигающуюся опасность. Она распахнула чистые детские глаза и истово заверила высокородную госпожу, что говорить им решительно не о чем. Не знает она, глупая цирковая девчонка, о чем ей говорить с Дочерью Клана.

– Ну-ну… – неопределенно протянула Арлина, жестом отпуская девушку.

Ингила почувствовала, что у нее подкашиваются колени. Да, это не какой-нибудь дракон, это настоящая гроза! От Сокола, увы, придется держаться как можно дальше…