Точка сборки - Руслан Ароматов

В очередном горизонтальном колене сделали короткий привал.

– Уф-ф, когда же выберемся наружу?

Удивительно, но задал вопрос Дранг, лучше всех разбирающийся в подземельях предков. Правда, устал он больше всех.

– Этот вопрос я как раз хотел задать тебе, – рассмеялся Тэсс.

– Не думаю, что очень скоро, – предположил я, основываясь скорее на интуиции, чем на логике.

Метров через тридцать мы выбрались в очередной горизонтальный кусок дымохода и увидели, что дальше он уходит не только вверх, но и в стороны.

– Еще два дымохода? – В свете магических светляков Тэсс пытался рассмотреть, что там – вдали.

– Нет. – Я уже провел разведку. – Похоже на служебный коридор для чистки дымоходов. В обоих концах по двери. Надо бы проверить.

– А тут заметно холоднее, – первой сказала Кириэль.

– Хороший признак, – поддержал Цефан.

Первая дверь отказалась открываться, так как была основательно приморожена. Вокруг нее все было покрыто толстым слоем инея, а в воздухе висел пар.

– То, что нужно, – потер руки я. – Дранг, как она открывается?

– Где-то есть засов… подо льдом. Надо его снять и толкнуть наружу. Лучше всего воспользоваться моей киркой.

– Именно об этом я и хотел попросить, – обрадовался я. Запасов энергии было не так уж много.

Дрангу потребовалось пять минут, чтобы полностью освободить дверь ото льда. Хитрый засов, запирающий четыре угла двери, с трудом, но отодвинулся к центру.

– Что будем делать с примерзшими торцами? – полюбопытствовал Тэсс.

– Магия эту дверь не возьмет, моей киркой тоже аккуратно не подлезть…

– Я все-таки попробую, – решил я.

«Таран» – волна сжатого воздуха, а вовсе не магия. Видимо, старая дверь слишком долго была на морозе – она просто лопнула на куски, хотя я дозировал удар.

И тут же в коридоре образовалась такая тяга наружу, что нас едва не вынесло. Пришлось срочно лечь на пол коридора.

– Ну что ты сделал?! – укоризненно буркнул гном. – Так развалить дверь я мог и киркой.

– Извини, так получилось, – виновато ответил я. – Слишком хрупкая.

– Зря мы ее открывали! – Тэсс уже сползал к выходу и посмотрел наружу. – Там обрыв.

– Ну-ка, я сам посмотрю. – Я подобрался поближе и высунул голову.

Дверь выходила прямо на крутой снежный склон ущелья – не обрыв, но близко к тому. Возможно, раньше тут и была какая-то лестница, но сейчас все занесло снегом. Низ ущелья занимал ледник, а до его поверхности на глаз было не больше сотни метров. И ровный снежный склон. И никаких камней внизу или ледяных глыб. Разве что под снегом есть опасность нарваться на трещину.

– Будем спускаться? – с тоской в голосе спросил Дранг.

– Я думаю, – помедлив, ответил я. – Спуститься-то не сложно… но. Во-первых, там, кажется, вечер, а нам еще топать тридцать километров. Ночью мороз усилится, да и видимость хуже. Во-вторых, есть время посмотреть на вторую дверь.

– Никогда не ночевал в дымоходе, – задумчиво проговорил Цефан.

Но ему не пришлось испытать все прелести ночевки в дымоходе, потому что мы быстро открыли вторую дверь. А потом закрыли и снова оказались в тепле и при искусственном освещении.

Это были какие-то служебные помещения – аналог чердака в жилом доме. Спать никому не хотелось, но пришлось – теперь мы зависели от погоды и смены дня и ночи.

Вышли еще затемно – как обычно на восхождении. Хотя целью нашей и не была вершина.

Сразу сэкономили время, решив не спускаться по веревке, а просто съехать по снегу. Предварительно я проверил ледник на наличие трещин.

И понеслось.

Тридцать километров в день – нормальное расстояние, если ты идешь по равнине, невысоко над уровнем моря и без груза. И очень много, если это происходит высоко в горах.

У нас имелись: высота за три с половиной тысячи (по моим ощущениям), минус двадцать по Цельсию, снег под ногами, крутой склон впереди и ветер в морду. Последнее говорило, что мы движемся в правильном направлении. Да еще рюкзаки, правда, небольшие.

Примерно к середине дня штурмовали первый перевал. Перевалом это называлось условно – маленькая перемычка в хребте. Устали даже Тэсс и Кэрр, что уж говорить про Дранга, который просто валился с ног. Пришлось почти насильно отнять у него рюкзак и нацепить на Кэрра. Кира держалась на магической подпитке, я тоже. Влепили очередной заряд энергии и Дрангу.

Позади почти шесть километров подъема. Остается двадцать четыре и часов восемь до темноты.

– До темноты не успеем, – произносит Цефан то, что я знал с самого начала.

Миновав перевал, быстро спускаемся на обширное ледяное плато – нам по нему идти километров восемь. Я рад, что перед нами плато, а не очередной подъем.

Идти становится легче, но портится погода. Сильный боковой ветер обжигает кожу и, как шкуркой, царапает ее мелким колючим снегом. По ощущениям температура зашкаливает за тридцатник – даже в движении и в эльфийской одежде мы мерзнем. Короткая остановка, где я заставляю всех накинуть поверх одежды спальники. Уже лучше.

К вечеру проходим плато. Вместе со спуском это еще десять километров. Итого шестнадцать. К ночи ветер прекращается, небо очищается, но температура падает градусов на пять. Приходится повесить на каждого по специальному джинну, которые отслеживают состояние и предупреждают обморожение. Я трачу энергию скупо, но без сожаления. После плато нас ждет еще один подъем на перевал, и я понимаю, что запасов в камнях не хватит – слишком много тратится на обогрев и поддержание команды.

Шпион находит удобную снежную пещеру – край ледника нависает над камнями, надо только чуть расширить да заткнуть дырки.

– Всем строить стенку из снега, – приказываю я. Лишь бы двигались. – Кира, твой выход, – улыбаюсь я девушке. – А я не дам тебе замерзнуть.

– Ишь ты, озорник, – в ответ улыбается она.

Если бы магические способности к этому времени не восстановились, мы бы не прошли – замерзли бы еще на плато. А так нам почти ничего не грозило – Кириэль успела наполнить оставшиеся у нас камни из астрала до того, как запас энергии кончится. Главное, вовремя об этом позаботиться.

– И вот так ходят у вас в мире для удовольствия? – Отогревшийся Дранг пребывал на грани истерики. – Я думал, что сдохну еще на середине первого подъема!

– Не только для удовольствия. – Я ответил, хотя вопрос гнома был риторическим. – Скорее, чтобы понять, чего ты стоишь и что можешь. И тут дело не только в физической форме или знании техники, едва ли не основная трудность – во взаимоотношениях внутри команды в таких условиях и в слаженной работе. В противном случае опасность грозит всем.

– Я этого не понимаю, – четко, с паузами между словами произнес гном.