Истребивший магию - Юрий Никитин

– Женщина может дать счастье, – возразилаона, – но мужчины обычно ищут его не на том уровне.

Олег, несмотря на свою толстокожесть, сообразил, в когонаправлена стрела, почесал в затылке и признался:

– Многих женщин узнаем, может быть, не с лучшейстороны, ты права, зато… с самой интересной.

Она спросила раздраженно:

– Ты о чем?

– У каждой части тела свой идеал счастья, –объяснил он ехидно. – Желудку – хорошо поесть, ногам – отдохнуть, спинепочесаться…

– Берегись, – сказала она, – убогая мечта можетсбыться!

Он снова подумал, мыслит, видите ли, покачал головой.

– Не, что мечтать о таком, к чему только руку протяни?

– Ко мне не вздумай протягивать, – предупредилаона надменно.

Он вскинул выгоревшие рыжие брови, зеленые глаза блеснули,словно в малахите отразился солнечный свет.

– А ты при чем? – спросил он в великом удивлении.

Она ощутила замешательство, опять попала впросак, ноответила, гордо задрав носик:

– Это я на всякий случай. Вдруг у тебя хватит смелости.

Он проворчал:

– Нет уж, нет уж… На такое у меня никогда не хватит нисмелости, ни дурости.

Он, однако, не спешил собирать хворост и раскладыватькостер, хотя закатное солнце неуклонно опускается к темно-багровому краю земли.Барвинок уже подумала испуганно, что восхочет перекусить всухомятку и снова вседло, брякнула же ему такое, но он взял в руки посох и пошел в сторону грудыобросших мхом массивных камней, руин чего-то древнего, огромного, но теперь тамтолько уродливые камни…

Из-за камней поднялась в рост человека огромнаяотвратительная ящерица. Удлиненная морда с блестящими зубами, вся в крупныхкостяных пластинках, показалась Барвинок просто ужасной и отвратительной.

Олег перехватил посох поудобнее и пошел к ней, бросивБарвинок громко:

– Смотри и учись, женщина! С чудовищами поступают воттак…

Ящер раскрыл пасть и зашипел. Олег пригнулся, словнособирался броситься на ящера и свалить, внезапно резко развернулся и ударил… повоздуху позади себя, как показалось ей. Посох ощутимо вздрогнул, наткнувшись нанекое препятствие. Барвинок ахнула: на землю рухнул, зажимая ладонями разбитоев кровь лицо, толстый человек в халате, расшитом звездами.

Из его рук выпала чаша, на землю пролилось нечто зеленое,слетела шапка в виде короны, и покатился выпавший амулет. Олег упер конецпосоха в затылок коленопреклоненному.

– Кто ты? Что здесь хранишь?

Барвинок смотрела то на Олега, то на ящерицу, что замерланеподвижно и смотрела непонимающими глазами на схватку двух людей. Колдунповернул голову в сторону Олега.

– Как ты…

– Сумел, – прервал Олег коротко.

– А это ты суме…

Обе руки колдуна с неожиданной ловкостью перехватили древко.Олег от неожиданности выпустил, как решила Барвинок, колдун поднялся с посохомв руках, кровь обильно стекает по лицу, но в глазах изумление и ярость непобежденногозверя.

Он тут же замахнулся и нанес удар, однако волхв ловкоуклонился и, шагнув вперед, с силой выбросил вперед кулак. Барвинок услышалатреск, колдун откинулся на груде камней, застонал и начал сползать по ним, нособрался с силами и бросился на Олега снова. Барвинок не увидела даже, как онухитрился сцепить пальцы на горле волхва. Тот побагровел, вздул жилы,сопротивляясь, затем ухватил колдуна за голову и с силой ударил затылком вкамни.

Снова Барвинок услышала хруст, будто разломилось большое куриноеяйцо. Колдун сполз вниз, на камнях осталась кровавая дорожка, а под ним началаскапливаться лужа.

Олег повернулся к ящеру. К удивлению Барвинок, он спросилспокойно:

– А ты кто?

Ящер начал вздрагивать, Барвинок не поверила глазам, когдаОлег подошел к чудовищу вплотную и погладил по голове. Кривые лапы ящераподогнулись, он упал, Олег нагнулся помочь, Барвинок закусила губу, когда волхвнежно поднял молодую и, надо признать, хорошенькую девушку, хотя и крупноватуюслишком, с непомерно широкими бедрами, неприлично крупной грудью, пухлымигубами и невинными голубыми глазами тупой коровы.

Она сказала слабым голосом:

– Благодарю тебя, мой спаситель… Меня зовут Инга, ядочь городского старосты. Ты убил злого колдуна, теперь его чары рассеялись. Тыспас меня, ты спас!

Олег сказал с великолепной небрежностью:

– Пустяки. Не стоит благодарности.

Она сказала крепнущим голосом:

– Нет-нет, я обязана отблагодарить! Что я могу для тебясделать, герой?.. У меня ничего нет, кроме меня самой. Но ты можешь насладитьсямною, как хочешь, когда хочешь и сколько хочешь. Я все равно останусь передтобой в неоплатном долгу…

Олег бросил косой взгляд на застывшую Барвинок и сказалгромко:

– Хорошо сказано. Как и надлежит женщине. Но нас, каквидишь, двое…

Инга бросила быстрый взгляд в сторону Барвинок.

– О, прости, я не знала…

– Пустяки, – повторил Олег. – Она простоспутник. Мы с нею ничем… ну, ты понимаешь. Только идем вместе.

Инга посмотрела на Барвинок уже без ревности.

– Да? Тогда она не будет возражать, если мы проведемночь вместе?.. Я хочу хоть что-то для тебя сделать, а раз не могу полезное, какпредпочитают мужчины, то хотя бы приятное, как умеем мы…

Барвинок задыхалась от злости, но мило улыбалась так, чтощеки болели, и даже прощебетала:

– Да-да, Олег, мы же ее спасли! Подумать только, тасволочь превратила ее в ящера… Бр-р-р-р! надеюсь, эта несчастная недолго имбыла, не набралась привычек…

Олег осведомился:

– А что у них за привычки? Как у пауков?

Барвинок мило улыбнулась Инге и прощебетала весело:

– Не знаю, но я же говорю, она такая милая, так что,надеюсь, ничего не случится.

Инга тоже улыбалась Барвинок, но глаза ее сузились, а улыбкастала напоминать оскал.

– У тебя очень милая спутница, – проговорила онаворкующим голосом, от которого на земле выступил иней, а воздухпохолодал. – И так много знает… Интересно, откуда?

Барвинок сказала щебечуще:

– О, я такая любопытная, и память у меня хорошая…

Инга повернулась к волхву и кокетливо прощебетала:

– Ты такой могучий, у тебя такие сильные руки, такаяширокая грудь… Я чувствую жаркое пламя в тебе! Позволь, я погашу огонь в твоихчреслах…

Гадина, стучало в голове Барвинок гневное. Дура тупая,ничего другого не знает и не умеет, не зря ее сдали в жертву тому колдуну. Аэтот дурак размяк, мужчины любят слушать, какие они сильные, могучие, и хотя онв самом деле не слаб, ничего нового эта дура не сказала, но все равно доволен,улыбается, как кот, стащивший с кухни большую толстую рыбу…