Воин из-за круга - Андрей Астахов

Они проехали еще несколько кварталов. Зарята по-прежнему важно шествовал вперед, сложив крылья и гордо подняв голову. Пока ничего подозрительного или угрожающего на их пути не встречалось. Хейдин предполагал, что подходы к дворцу могут охраняться Красными плащами, но пока ни одного гвардейца они не увидели. И городской стражи на улицах тоже не было видно. Вероятно, причиной всему была смерть Шендрегона, о которой им сообщил нищий.

– Интересно, что с ним случилось? – спросил Хейдин, обращаясь не то к спутникам, не то к самому себе. Руменика услышала его слова.

– Затрахался! – заявила она, и в глазах ее сверкнула ненависть. – Пусть халан-морнахи справят по нему поминки!

– Ты жестока, – заметил Хейдин.

– Я справедлива. Смотри, впереди!

За очередным поворотом показался конец улицы, выходящей на площадь перед Красным Чертогом. Огромные башни, сверкавшие на солнце белой облицовкой, вблизи казались и вовсе циклопическими. Двигаясь по дороге, они проехали через маленький парк. У Руменики защемило сердце – листва деревьев казалась увядшей, и повсюду на траве лежали трупики птиц. Первым на площадь перед дворцом вышел Зарята и остановился, ожидая своих друзей. Впереди, кордоном, отгораживающим Красную башню от пространства площади и перекрывающим проход вовнутрь замка, стояли императорские гвардейцы, а за ними, вторым полукругом оцепления – орибанские наемники. Появление дракона их не испугало, скорее, удивило. Некоторые из этих воинов были с Рифом ди Дар-ном у Ай-Раха и уже видели Заряту, но даже сейчас они смотрели на него с изумлением. Что же до прочих, то на их лицах хорошо прочитывались те чувства, которые вызывал у них Страж Силы.

Руменика пустила коня прямо на кордон. Начальник охраны вышел вперед, поднял руку.

– В замке траур, госпожа, – объявил он. – Никому не дозволено входить внутрь до истечения положенных тридцати дней траура.

– Траур по императору? – спросила Руменика. – И кто его носит, халан-морнахи? Я новый правитель Лаэды. Я приехала занять свой престол. Ехать мне вперед или же ждать, когда королева халан-морнахов соизволит меня принять?

– Я не знаю, о чем ты говоришь, госпожа, – ответил офицер. – Я человек военный. Мне приказали никого не пускать вовнутрь. Я исполняю приказ.

– Хорошо, – Руменика ударила стеком Габара так, что жеребец заплясал под ней. – Тогда передай Тасси, что я хочу с ней говорить. Здесь. Прямо на площади.

– Это я могу сделать, – согласился офицер и тут же отправил одного из солдат в замок.

– Почему бы нам не раскидать этих щеголей, как кегли? – спросил дракон Руменику. – Что за церемонии?

– Эти воины выполняют приказ. Они не знают, кто ими командует.

– Я согласен с Руменикой, – поддержал девушку Хейдин. – Наберемся терпения и подождем немного. Я уверен, она выйдет к нам.

– Хейдин, я боюсь, – шепнула Руменика ортландцу. – Что мне делать?

– Делай все так, как мы условились.

– Если я… если со мной что-нибудь случится, позаботься о Ратиславе, хорошо?

– Перестань говорить глупости. Я с тобой. И Зарята с тобой. Его магия защитит нас. Подождем ответа.

Они стояли у стен Красного Чертога, а площадь вокруг них понемногу заполнялась народом. Впрочем, когда внутри замка неожиданно забили барабаны, люди вдруг начали уходить с площади. Что-то их напугало, и Хейдин догадывался, что именно. Руменика тоже поняла это. Ее лицо было бледным, глаза горели. Даже дракон заволновался, потому что начал выпускать из ноздрей синеватый дымок.

– Идет, – вдруг произнес он. – Я чувствую ее.

– Чувствуешь?

– У нее тоже есть каролит.

– Проклятье! – пробормотала Руменика. – Опять от тебя нет никакого толку!

– Я не виноват, – шепнул дракон. – Ты же знаешь, я не свободен, когда….

– Вот она! – сказал Хейдин.

Белая фигура появилась на вершине Императорской башни, и толпа внизу прянула назад. Руменика тоже почувствовала страх. Женщина, смотревшая на нее с верхней площадки башни, имела обличье Тасси, но это была не Тасси. В тот миг, когда взгляды Руменики и женщины в белом встретились, дочь Йола ди Криффа вновь испытала тот давящий необъяснимый страх, который овладел ей в тот день, когда она бежала из Гесперополиса. Тогда в зеркале она увидела обличие Ужаса. Сегодня зеркала не было, но на нее глазами Тасси опять смотрела Бездна. Даже дракон заворчал и забил хвостом.

– Вирия! – Голос Тасси звучал мелодично и вкрадчиво, но от него почему-то пробирал озноб. – Сама пришла. Благодарю. Ты сберегла мое время. Я давно хотела тебя видеть и говорить с тобой.

– Тасси! Разве ты теперь императрица?

– Нет, дорогая. Императрица – ты!

– Я не понимаю тебя.

– Так неудобно разговаривать, – Аина ап-Аннон не спеша спустилась с башни на площадь, прошла между гвардейцами и встала в одиночестве между кордоном и Руменикой. – Своего милого щеночка можешь убрать, он мне не страшен. И скроллинг нам ни к чему.

– Они не уйдут, Аина. Они моя свита.

– Ах, ты знаешь мое настоящее имя! Как мило с твоей стороны. Но не скажу, что это для меня неожиданность. Так даже лучше. Ну, коли нравится, пусть твои домашние животные остаются при тебе – в качестве декорации. А мы поговорим о деле. Ты знаешь, кто я, и знаешь, чего я хочу. Теперь давай поговорим о тебе.

– Не о чем говорить! Я пришла…

– Убить меня? – Аина горестно вздохнула. – Жаль тебя огорчать, но это невозможно. Даже твой дракон не может меня убить. А уж ты и подавно.

– Я знаю твое настоящее имя.

– Меня зовут Аина ап-Аннон, Дева-из-Бездны.

– Нет. У тебя есть еще одно имя. Полученное от отца и матери.

– Разве у меня были родители? Я не помню. Ну что ж, назови мое имя! Я жду.

Руменика открыла рот, но вдруг запнулось. Что-то невероятно холодное, тяжелое и медлительно-живое зашевелилось у нее внутри. Дыхание перехватило, гортань онемела. Будто толстая покрытая слизью змея вползла ей в рот и начала медленное и неумолимое движение по пищеводу, наполняя желудок горечью и тяжестью, раздирая внутренности. Это было сродни кошмару. Смертная слабость сломала ее, превратила тело в кусок свинца. Она закачалась, вцепилась в поводья, чтобы не упасть из седла. А потом она услышала голос Тасси:

– Чувствуешь, что с тобой происходит? Так халан-морнах забирает жизнь. Но я тебя не убью. Я лишь хочу, чтобы ты стала моей союзницей. Да-да, не удивляйся. Я уже сказала, что ты императрица. Меня это устраивает. Попроси меня служить тебе. Давай заключим договор. Я дам тебе все, что ты захочешь. И ничего не попрошу взамен.

– Тебя зовут…

– Ты зря упорствуешь. Я предлагаю тебе дружбу. Аина ап-Аннон предлагает тебе, смертной женщине, свои услуги и свое покровительство. Ты получишь такое могущество, о котором даже не мечтала. Не упрямься, Вирия. Не вынуждай меня причинять тебе боль.