Ведьмак двадцать третьего века - Владимир Мясоедов

– А, ну дык не потонем? – задался вопросом Святослав, болезненно морщась и отдергивая руку от свежего шрама. – Наш корабль – он же того… Железный шибко.

– Раз умудряемся опираться на воздух как-то, то на воду уж точно встанем твердо, – пожал плечами Олег, у которого тек по спине холодный пот, но чувство опасности пока молчало. Впрочем, оно могло проснуться и за пару секунд до катастрофы, способной оставить от ведьмака лишь маленькую горстку перемолотых костей. – У нее сопротивление намного выше. Да и вряд ли под нами найдется такая лужа, чтобы туда цельный линкор с головой ухнул. Ты лучше скажи – откуда такой тотемный столб отрыл? Родичи из деревни передали, выкопав с фамильного капища?

– Да не, – смутился Святослав. – Просто я посох ученической оно того… Потерял нечаянно. Вот дали этот. Чтоб, значитца, если опять забуду, куда его положил, легче увидеть было. И пока старый не найду, с ним ходить велели. Токмо я старый и искать-то не буду! Мне дык ентот куда больше нравитца! А тебе че, тож такой охота?

– Вопрос снимается как несвоевременный. – Олег подумал и поднял на руки Анжелу, а после постарался выбраться на верхнюю палубу. Удар, пусть даже о воду, грозил стать достаточно сильным. И лучше встречать его было на относительно открытой местности, а не на лестнице, где можно переломать себе все кости о ступеньки. – Не знаю, как ты им колдовать будешь, но в качестве средства ближнего боя эта штука действительно хороша. Как ты смог ею столь лихо размахивать-то вообще? Она же должна весить в лучшем случае килограмм сорок!

– Ну дык она и весит, – пожал плечами Святослав. – Но токмо все полста. А я как куда-то соберусь, пью зелья, силу увеличивающие, которые у нас одна девка варит и задешево продает. За три медяшки бутылку всего.

– Ты же себе печень посадишь! – всполошился Олег, который во время учебы много читал о побочных действиях тех или иных эликсиров. – Святослав, ищи старый посох. Я тебе новые кишки на место старых, алхимией сожженных, вырастить не смогу!

– Да я ж, оно того, не дурак, – постучал себя по голове бывший крестьянин. – Дозу дык уменьшаю каждый день на капельку. И руки потихоньку приучаются тяжесть неподъемную и сами по себе таскать, без всякой волшбы.

Палуба линкора… По большей части просто отсутствовала. Гранаты, брошенные гусарами, разворотили настил и то тут, то там открыли вид на внутренности воздушного корабля. Причем если на дополнительную вентиляцию пушечных батарей или пустых кубриков всем сейчас было наплевать, то вот повреждения технических помещений, похоже, и стали той соломинкой, которая доломала крепкую спину линкора «Змий». Пар бил столбом из сломанных труб, кое-где смешиваясь с дымом горящего дерева. Ну и еще висевшая над головой бронированной громады гондола действительно исчезла. Все соединяющие ее с корпусом мачты, сети, тросы и канаты были тщательно перепилены, перебиты, отстрелены или расплавлены. Люди, которые были на палубе в момент бомбардировки, тоже заметно уменьшились в количестве. Олегу хотелось верить, что они просто спустились сквозь проломы в трюм и борются за живучесть корабля, но глаза его упорно подмечали то тут неопрятное, расчлененное взрывом или саблей тело, то там пролом в ограждающем палубу бортике. Офицеры и обладающие нужными артефактами авиаторы вились вокруг корабля словно мухи вокруг баночки с вареньем, не то помогая поддерживать стальную махину в воздухе, не то опасаясь приземляться на грозящий вот-вот развалиться линкор.

– Держитесь, сейчас коснемся воды! – крикнул кто-то из них, и в следующую секунду палуба ушла из-под ног Олега. Возможно, будь у него обе ноги нормальными, ведьмак и смог бы сохранить равновесие, но балансировать на деревяшке в подобных ситуациях он пока не умел. Ударившийся о поверхность озера корабль зарылся в воду носом, стряхивая с себя цепляющихся за него людей, заливая машины и нижние отсеки и поддевая погрузившейся ниже кормы частью нечто неожиданно крупное. Олег успел заметить округлый вытянутый объект размером с небольшой автобус, прежде чем его вместе с удерживаемой на руках Анжелой впечатало в ограждающий палубу бортик.

«Приложило весьма чувствительно, но не фатально, – решил Олег, мотая головой, в которой все плыло. Руки парня так и не выпустили тела Анжелы, а потому она тоже должна была находиться в относительно дееспособном состоянии. А вопросы о том, откуда у нее взялись синяки, можно было перевести на уже мертвых поляков. – Тем, кто вылетел наружу, должно было прийтись куда хуже. Впрочем, мы больше никуда не движемся, а значит, тут неглубоко. Да и авиаторы вон уже поднимают обратно на палубу купающихся…»

– Чуда-юда морская! – ахнул Святослав, который обнаружился метром правее. И перекрестился сжимаемой в руках деревянной колодой, выполняющей функции магического посоха. Бывший крестьянин во все глаза рассматривал объект, ныне застрявший в одном из оставленных гусарами проломов и отчаянно дергающий всеми конечностями. Внешне он сильно напоминал пузатую бочку на несколько тысяч литров, к которой прицепили короткие ласты и нереально длинную шею, сейчас сломанную под углом в девяносто градусов. Компанию твари из мокрых пучин составляло громадное количество облепившей все подряд тины, косяки вяло бьющих хвостами от шока и оглушения рыб и даже крупные, едва ли не по полметра, раки, грозно поводящие клешнями в поисках обидчиков. – Токмо дык откуда она посреди Европы-то?

– Плезиозавр? Так они же вроде вымерли, – удивился Олег, рассматривая странное существо, которое тонущий линкор поддел своим носом. Или не совсем существо. – И почему у него вдоль брюха ряд заклепок идет?

Люк в брюхе «динозавра» распахнулся, и оттуда вывалился держащийся за окровавленную голову человек, одетый, несмотря на в общем-то теплую погоду, в толстую шубу синего цвета. Оглядев сумасшедшими глазами окружающее и парочку снизившихся авиаторов, взявших его на мушку, он плюхнулся на задницу и принялся громко материться. Поскольку мат был русским и очень душевным, стрелять или хотя бы вязать его не стали.

– Батискаф, е-мое. Только сделанный в местной манере, копирующей живые организмы. Ласты вместо винта, шея с башкой в качестве перископа и, наверное, воздушной трубы, – наконец-то сообразил Олег предназначение конструкции, выуженной из озера воздушным линкором. – Видимо, в нем этот тип от поляков прятался. Или просто подводный мир озера изучал. А тут мы, все такие терпящие бедствие. М-да… Похоже, про подводный таран это было все-таки предсказание. Мое первое полноценное предсказание, пусть и слегка неточное. Ибо полноценным тараном данный маневр назвать никак нельзя. Тут скорее подкат. Или подныр? Но все равно действие достаточно эпическое, чтобы войти в анналы истории воздухоплавания. Я надеюсь. Потому как если подобная фигня случается регулярно, то до конца службы мне точно не дожить.