Пятая космическая - Вячеслав Шалыгин

– Действуй, Блинов. – Преображенский сверился с картой. – Твои тоннели с первого по восьмой, Жерара – все остальные. Если начнутся неуказанные на карте лабиринты, не соваться. Ясно?

– Так точно. Кого-нибудь брать?

– Только Даймонда, но желательно без сознания. Он у нас большой гипнотизер, – подполковник усмехнулся. – Видишь, целому канцлеру мозги заморочил.

– Все понял. – Блинов быстро раздал приказы, и первый батальон двинулся к выходящим из грота тоннелям.

– Мы пойдем с Воротовым по восьмому, – решил Павел и махнул Деппу. – Эй, адъютант, подъем!

Гарри поправил непривычный десантный шлем и закинул на плечо винтовку. Лезть в черное жерло тоннеля страшно не хотелось, Депп с детства ненавидел всякие норы и подземелья, но так уж получилось, что лидиец превратился в верную тень Преображенского, а тень о ее предпочтениях обычно никто не спрашивает.

Первые сто метров восьмого тоннеля десантники прошли легко, будто на прогулке. Затем темная труба пошла вниз и еще через сто метров вывела в небольшой грот на площадку перед бездонной ямой. Обойти разверзшийся на пути провал не представлялось возможным. Попасть на другой край ямы можно было только пройдя по импровизированному мосту: на шести толстых тросах, прикрепленных к массивным кольцам в потолке, висела стальная платформа, что-то вроде пролета пешеходного моста. Проблема заключалась в том, что пролет не доходил до обоих краев примерно на метр и платформа «гуляла» в проеме колодца, будто стрелка компаса. Когда десантники вошли в грот, с дальнего конца платформы спрыгнули трое человек: двое в униформе рейнджеров и один гражданский. Разбираться, кто это, времени не было, еще секунда – и люди могли скрыться из вида. Десантники открыли беглый огонь, достали одного из беглецов, а затем ринулись в погоню.

– Ваша светлость! – Перед Преображенским затормозил Воротов. – Комп выдал совпадение! Этот цивильный возможно сам Даймонд! Семьдесят процентов вероятности!

– На ловца и зверь. – Павел махнул десантникам. – Вперед!

Отделение бойцов из третьей роты скрылось в тоннеле по ту сторону колодца и почти сразу грот осветили яркие вспышки взрывов. Наверное, гражданский был действительно важной персоной, поскольку на той стороне его подстраховывали вовсе не двое солдат подпольной армии, как показалось сначала землянам.

– Их тут как тараканов! – доложил командир отделения.

– Гранатами огонь и отойти! – приказал Преображенский и включил связь с комбатом «два». – Внимание, Жерар, ты ближе, перебрось два расчета с плазмитами в восьмой тоннель!

– Все расчеты в деле, ваш свет!

– Тогда сам!

Своды грота снова озарили вспышки. Из тоннеля показались пятящиеся десантники. Отделение уменьшилось до трех человек. В свете горящего фосфора из взорвавшихся гранат были видны контратакующие рейнджеры.

– Гарри, прикрой их гранатами! – крикнул Павел.

Депп бросился к десантникам слишком рьяно, платформа скрипнула и подалась влево. Едва удержав равновесие, Гарри швырнул в просвет тоннеля подряд три гранаты и помог двоим уцелевшим десантникам дотащить до своего берега раненого товарища.

– Расчехляй артиллерию! – приказал подполковник Воротову, указывая на кобуру с «хеклером».

Капитан кивнул, приготовил к бою «зверя» и спрыгнул на платформу. Пока не подойдет Жерар с переносными плазменными установками, натиск рейнджеров следовало сдерживать тем, что имелось. В принципе бронебойно-разрывные пули «хеклеров» не слишком уступали по эффективности полевому вооружению, особенно в городском бою.

Воротов вбил несколько коротких очередей в тлеющее жерло тоннеля, но, видимо, взял не лучший прицел. Кто-то из рейнджеров сумел-таки прорваться ко входу в грот. Взрыв марсианской гранаты отбросил Воротова к краю подвешенной над гигантским колодцем платформы. Капитан попытался отползти к ее центру, но в этот момент один из тросов лопнул, платформа накренилась, и Ярослав соскользнул, едва успев ухватиться за низкий бортик на краю. Из-за впившегося в левое плечо осколка рука стремительно немела и Воротов не мог подтянуться. Очень скоро пальцы начали разжиматься.

– Держу! – Преображенский схватил капитана за здоровую руку. – Не дергайся!

– Не вытянешь! – сквозь зубы процедил Воротов. – Отпусти!

– Размечтался, – багровея от напряжения, прохрипел Павел. – Кто за тебя будет идиотские стишки на привалах читать?

– Я здесь! – на помощь подполковнику пришел Гарри. – Вместе!

Они почти затянули капитана на платформу, но тут крен увеличился, и Воротов снова повис над пропастью.

– Ну, нет! Гарри, держи его! – Преображенский высвободил одну руку и достал «зверя».

Одиночные выстрелы пробили в толстой стали десяток крупных дыр. Павел сунул оружие на место и выхватил нож. Клинок вошел в пробоину и намертво застрял в ее горячем просвете. Подполковник снял нож с пояса Деппа и вбил его в следующее отверстие. Воспользовавшись этими условными ступенями Павел и Гарри подтянули капитана повыше.

– Хватайтесь за цепь! – крикнул подоспевший на выручку Жерар.

Он бросил товарищам толстую ржавую цепь с крюком, закрепленную другим концом на здоровенной лебедке. Преображенский дотянулся до крюка, и спустя минуту все трое были уже на твердой земле рядом с Жераром.

– Где бойцы?! – Преображенский наклонился, пытаясь отдышаться.

– Вас прикрыли. – Жерар указал на тела троих десантников. – Я жахнул из плазмита, зачистил тоннель на том берегу, но было поздно.

– Все равно здесь уже не пройдем, – кивком указав на перекошенную платформу, сказал Депп.

– Очень тонкое наблюдение, – морщась от боли процедил Воротов. – Уйдет Даймонд, Борис опять нас лохами обзовет. Обидно будет.

– Далеко не уйдет. – Преображенский заглянул в комп. – В соседнем тоннеле ям нет, там пройдем.

– Там рейнджеры, я только что оттуда, – предупредил Жерар.

– Прорвемся! – Павел сжал здоровое плечо Воротова. – Сам до медиков дойдешь?

– Я с вами!

– Отставить разговоры. – Преображенский махнул Жерару и Деппу. – За мной!

В соседнем тоннеле было полно дыма, а на полу горели лужи напалма. Продвигаться вперед они не мешали, а вот залечь в случае необходимости было негде. Приходилось жаться к стенам. Рейнджеры видели в дыму не лучше десантников и огонь вели неприцельный, но плотный. Первым до их позиций добрался Жерар. Он убрал двоих стрелков ножом, но его обнаружили, и капитан был вынужден вступить в перестрелку. На дистанции в десять шагов это была смертельно опасная игра, однако Жерар продержался гораздо дольше, чем большинство схватившихся с ним врагов. Преображенский и Депп прорвались к капитану в тот самый момент, когда рейнджеры дрогнули и начали пятиться. Жерар потерял шлем, и лицо ему заливала кровь. Идти дальше капитан не мог, в бедре и в животе у него зияли раны, а правая рука висела плетью, но он продолжал стрелять из «зверя», стоя на одном колене.