Я слышу, как ты дышишь - Остин Марс

Ей хотелось чем-нибудь в него кинуть, но в распоряжении был только кролик, а метательное орудие из него было не очень. Она изобразила святое терпение и кивнула, прижимая кролика к себе:

— Ну поиграться так поиграться, уговорили.

Министр изобразил великомученика и посмотрел на Булата, немного красного, но наблюдающего эту картину с таким видом, как будто ничего особенного тут не происходит:

— Ты видел такую женщину? Мало того, что найди и принеси, так еще и уговори взять!

Булат засмеялся и многозначительно развел руками:

— А как ты хотел? Святая!

Вера закатила глаза, министр рассмеялся и жестом пригласил ее в сторону еле видной тропинки, по которой он пришел. Она помахала рукой Булату и пошла.

Вокруг качались здоровенные деревья, которых она никогда не видела и о которых ничего не знала, широкие листья просвечивало солнце, где-то в кронах кто-то шуршал маленькими лапками и стучал клювами, перекликались птицы с непривычными голосами, все казалось очень странным и этим очаровывало. Она почувствовала взгляд министра и повернулась к нему, он улыбнулся и указал глазами на кролика:

— А если бы я сказал, что это еда, вы бы взяли его как-то по-другому?

— Ну… — она посмотрела на кролика, тот часто дышал и почти не шевелился, как будто боится до оцепенения, — я бы его точно не обнимала, — шутливо усмехнулась Вера, погладила белую шерсть и пощупала ноги в самом толстом месте: — Ну может, один раз погладила бы перед смертью, чисто так, успокоить.

— Вы действительно смогли бы съесть животное, которое нужно самой убить?

Вера равнодушно пожала плечами:

— Я каждое лето гостила в деревне, дед лет до шестнадцати надеялся, что я пойду учиться в аграрный, и пытался соблазнить меня прелестями фермерства. Так что я видела его во всех проявлениях, и в отличие от городских наивных девочек, я прекрасно знаю, кем была котлета до того, как стала фаршем.

— Жесткое воспитание, — поморщился министр, Вера улыбнулась:

— Это полезно, отбивает лишние иллюзии. И вообще сельские дети здоровее, сильнее и крайне редко страдают всякой ерундой про веганство и прочий суперфуд. И кстати, откуда у коровы берутся телята, я тоже там узнала, мне подробно объяснили, это было куда доступнее, чем в школьных учебниках, и без того налета грязи и пошлости, который преобладает в городском уличном фольклоре на эту тему. Я рада, что в моем образовании сначала были коровы, а потом люди, люди в этом смысле еще те животные.

Министр неверяще качал головой и вздыхал, смотрел на нее как на диво дивное, то улыбался, то хмурился, Вера посмеивалась, потом спросила:

— А вы как узнали? В вашем мире тоже есть детский городской фольклор?

— Может и есть, но для того, чтобы им проникнуться, надо быть, как вы говорите, "в тусовке". А я не был, со мной тайнами не делились, с Двейном мы на эту тему не разговаривали почему-то, — он замолчал, осмотрелся, Вера подтолкнула его:

— Так как вы узнали?

— Увидел, — поморщился министр, — случайно. Дворец правителя — целый город, с улицами, площадями, парками, там есть свой храмовый квартал, есть чисто женские территории, куда мужчинам нельзя, есть хозяйственные постройки, в которых держат животных, есть целые жилые кварталы, от богатых домов слуг высокого ранга до времянок для сезонных работников. Короче, кроме дворцовых покоев, еще полно всяких интересных мест, куда можно залезть, и я постоянно там открывал новые уголки, у меня было много свободного времени и за мной плохо следили. И как-то раз я залез куда не следовало, и увидел, как жена чиновника развлекается с солдатом. И они меня увидели, — он помолчал, на лице появилось злое удовольствие, посмотрел на Веру и шепнул: — И я узнал, что такое власть информации. Такое сочетание ненависти и страха, почти алкогольный коктейль. Про ненависть я и до этого знал многое, но страх оказался приятной неожиданностью. Мне понравилось. Я потом долго размышлял, что же это должно быть такое непобедимое, что толкнуло их на такой риск, это же империя, не Карн. Долго еще понять не мог.

Он как-то странно посмотрел на кролика в ее руках, она погладила кролика особенно сильно, прочесав глубокие полоски ногтями, министр зажмурился и отвернулся, они тихо рассмеялись. Увидела какое-то странное нагромождение веток в развилке крупного дерева, указала на него министру:

— Что это?

Он поморщился, как будто ему было немного стыдно, потом улыбнулся, как будто немного все же гордился, помолчал и поинтересовался светским тоном с легкой самоиронией:

— Вы когда-нибудь мечтали о домике на дереве? — Вера кивнула:

— У меня даже был.

— Это — мой, — вздохнул министр, кивая на ветки, шутливо поджал губы: — Немного нуждается в ремонте, но в целом жить можно. Здесь в сезон дождей сильный ветер, я раньше два раза в год его обновлял, в этом году не стал, времени не было.

— Как давно вы нашли этот остров? — прищурилась она.

— Помните ту историю, для которой мне понадобилось две бутылки вина? — поднял бровь он, она кивнула. — Для этой истории мне понадобится больше.

Она рассмеялась и сделала решительное лицо:

— Где здесь ближайшее годное вино?

Он улыбнулся и повернулся плечом, показывая красную повязку над локтем:

— Видите эту штуку? Она означает, что я сегодня не пью.

— Почему? — поникла Вера.

— Потому что даже на таких мероприятиях должен быть кто-то, кто будет обеспечивать порядок. Если вам будет что-нибудь нужно, или вы заблудитесь, или устанете и захотите уйти — ищите ближайшего парня с недовольным лицом и повязкой, обратитесь к нему, он решит все ваши проблемы.

Вера нахмурилась, задумалась и изобразила озарение:

— Так может, вы избавитесь от этой повязки?

— Так хотите историю? — прищурил один глаз министр, она кивнула, он осмотрел ближайшие деревья и кивнул: — Я подумаю, что можно сделать.

Они прошли в тишине еще немного, Вера рассматривала окружающее буйство красок и медленно наглаживала кролика, периодически чувствуя взгляды министра Шена, но не подавая вида. А потом он резко остановился, развернулся к ней и заявил с шутливой угрюмостью:

— Так, все. Мне не нравится, что вы щупаете эту тварь больше, чем меня. Давайте сюда, — и протянул руку за кроликом.

Вера округлила глаза, кролик внезапно задергался как бешеный, вывернулся из ее рук и ускакал куда-то в пышные кусты, Вера проводила его недоумевающим взглядом, посмотрела на министра. Он махнул рукой:

— Туда ему и дорога, у меня еще один есть, — потянулся к Вере, передумал, обошел ее и взял за правую руку. Пошел дальше, с подчеркнуто будничным видом рассматривая деревья, Вера тихо хихикала. Посмотрела на его руку в своей, сжала чуть сильнее и спросила:

— Так вы левша или правша, изначально?