Дочь кучера. Мезальянс - Евгения Мэйз

– Ну почему же? – Лира присела на банкетку. – Очень даже подходит к прозвищу «ищейка».

– А если бы он лизнул себя под хвостом?

Лира вновь рассмеялась, подумав, что эта собачья гигиеническая процедура смогла уравнять их неравный счет.

– В этом случае, – Она смахнула выступившие слезы, – я бы забыла и простила ему свое пребывание в камерах.

– А вот он бы нет! – Эверт еще смеялся, подперев входную дверь спиною. – Расскажи мне, что ты почувствовала, за мгновение до произошедшего?

Веселье Дельвига сошло на нет, уступив место заинтересованности. Его глаза засветились ярче прежнего, а взгляд стал перемещаться по ее лицу, от него к груди, рукам и ниже.

– Возмущение! Вы обложили меня со всех сторон! Со всех!..

Лира замолчала, вспоминая все, что ощущала в течение этих недолгих секунд. Она была расстроена и возмущена одновременно. Раздосадована. Вот как!

– А потом?

– Я обозвала его.

– Это так по-детски.

Лицо Эверта осветила очередная улыбка, сделав его образ еще более зловещим. Он мало походил на человека теперь, скорее на какого-то робота с диодами вместо глаз, «чужого», заключенного в плен хрупкого тела.

– У себя в голове я могу делать все, что мне ни заблагорассудится! Даже бить вас!

Взгляд Эверта потух.

– Это все странно, Лира. Ни я, ни Генрих не увидели и не ощутили магии. Он ведь тоже маг и, кстати говоря, неплохой.

Лире было глубоко параллельно на академические изыскания. Она хотела понять почему с одними магия действует, а с другими нет? Ей просто необходимо понять механизм, чтобы начать тренировки.

– Почему превратился он? Почему? Почему не вы? Поверьте, вчера я была злее, чем сейчас.

– Потому что я подумал об этом и предпринял кое-что для своей безопасности.

Несколько ловких движений, расстегнутый ворот сорочки и вот он демонстрирует ей какую-то странную подвеску на груди рядом с ярко-сверкающим хинном.

– Красивая, – протянула Лира, даже не скрывая разочарования. – Сами делали? Из чего? Из куриных косточек?

Лира почувствовала себя смущенной и глубоко раздосадованной, а еще наивной. Нашла с кем тягаться! С магами!

– Из заячьих! – беззлобно огрызнулся Эверт. – Перестаньте ерничать.

– То есть у Траубе нет ничего подобного? Я не поверю! С его-то самой безопасной профессией в мире, где врагов больше, чем друзей? А мэтр Асэль? Да его проклинают каждую свободную минуту!

Лира замолчала, наблюдая за тем, как к человеку приходит озарение. Лицо Эверта прояснилось и на нем родилось что-то вроде восторга, такого чистого и незамутненного, что она на мгновение увидела в нем Джонатана. Тот же юношеский восторг.

– Я кажется понял в чем дело. Как это происходит!

Он вновь улыбнулся.

– Но, чтобы убедиться в этом нам придется дождаться завтрашнего дня.

– Давайте сейчас!

Эверт не стал спорить. Видимо желание поделиться с ней было сильнее практических проверок.

– Вы ведь здесь не первый день и не первый раз встречаетесь с людьми, которые раздражают вас?

– Верно.

– Но почему одних у вас получается превратить, а других нет?

Она пожала плечами, поддерживая его «откровение».

– Потому что в одних есть сила, а в других ее нет. В вас есть способности, Лира. Но вы не берете силу из эфира, а забираете ее у того, кто рядом. Эдакое временное заимствование. Как с волшебной палочкой. Вы – волшебная палочка, которая накапливает заряд. У Траубе и у Аселя не получилось противиться вам, потому что вы берете то, что принадлежит им. Амулеты, как бы это сказать, не воспринимают вас, как угрозу.

– Но я превратила не только Аселя, а весь преподавательский состав!

– Возможно вы навели чары на пирожки. Они ведь так и не дошли до учеников.

Открытие Эверта совсем не понравилось Лире. Быть волшебной палочкой ей не хотелось. По его теории она вечно будет зависеть от таких как Эверт, чтобы сотворить что-то из волшебства. Это не плохо, но и не вверх восторга.

– Предполагаю, что обыкновенным людям вы не страшны, а вот магам с вами стоит быть настороже. Это теория, но она объясняет то почему я не вижу ни воронок, ни столбов, ни крыльев, ни фонтанов.

– Это похоже на бред шизофреника, – проговорила Лира, ощутив себя невозможно тупой и недалекой особой. – Объяснитесь!

Эверт согласно кивнул.

– Это формы источников, то, как сила наполняет мага. Но, чтобы проверить прав ли я, нам предстоит дождаться завтрашнего дня, когда проснется дом и мы найдем среди слуг добровольца.

Проглотив еще одну порцию разочарования, Лира согласно кивнула. Она потерпит до завтра, а сейчас отправится к себе и напишет письмо в несколько аптек. Ей нужна конская доза снотворного. Эверт улыбается, шутит, злится, бесится – на лицо все признаки нервного истощения и ему надо бы выспаться.

– Хорошо, но время и в самом деле позднее, – проговорила она, обрадовавшись приглушенному звону часов в библиотеке. – Я хочу попробовать уснуть и выспаться перед завтрашним днем.

Эверт не стал возражать, но взял ее за руку стоило ей повернуться и направиться к лестнице.

– Позвольте я провожу вас до двери?

Лира не нашла причин для отказа, но руку из его пальцев вынула. Он в своем доме и их комнаты располагаются в одном крыле дома. До спальни оставалось всего несколько шагов, и Лира уже поблагодарила небеса за то, что тот не сказал ничего такого и не испортил все, но небеса сказали: «не говори «оп!» пока не перепрыгнешь!»

– Генрих прав. Вам стоит остаться дома и отказаться от поездок по городу

Она так и знала!

– Хорошо.

– Обещаете мне?

– Обещаю. Доброй ночи, милорд.

Не став дожидаться каких-либо уточнений с его стороны, Лира быстро прошмыгнула в свою комнату.

– Доброй ночи, – раздалось из-за двери веселое. – Лира.