Проснуться драконом - Елена Картур

Ингельд не уловил, с чего начался бой, зато момент, когда все разом атаковали, почувствовал безошибочно. Тем самым чутьем, которое заставляет упасть на землю за миг до того, как в тебя полетит смертоносный снаряд. Так он, собственно, и поступил, перекатился через алтарь и рухнул по другую его сторону, под прикрытие тяжелой гранитной плиты. А в следующее мгновение на него рухнуло окровавленное, но еще живое тело недавнего соседа. Вокруг разносились крики, звон железа и взрывы.

Участвовать в бою советник не собирался ни в коем случае, даже если бы у него было хоть какое-нибудь оружие. Что-то, выбив искры из каменного алтаря, просвистело в миллиметрах от его лица. Едва успев отшатнуться, Ингельд поспешно осмотрелся, ища безопасные пути к отступлению. Таковых не наблюдалось, бой шел как внутри маленькой беседки, так и снаружи. Единственное, что приходило в голову, – выбить ближнюю стенку беседки и попытаться исчезнуть, пока его не хватились.

Близкий взрыв осыпал его дождем каменных осколков, что-то острое чиркнуло по виску, по щеке потекла теплая струйка. Раненому соседу повезло меньше, ему крупный осколок вонзился в шею. Так и не успев подняться, мужчина, захрипев, рухнул на землю. Советник, выхватив из его поясных ножен клинок, взял короткий разбег (всего каких-то полтора шага), плечом врезаясь в тонкую стенку беседки. Та, не выдержав напора, поддалась, рухнув наружу. Сзади послышался разъяренный крик:

– Не дайте ему уйти!

Ингельд спиной почувствовал догоняющую его смерть. Стрела больно клюнула под правую лопатку, опрокидывая лицом в рыхлый снег, из груди вырвался болезненный стон. Советник завозился, пытаясь подняться, понимая, что вот-вот его догонят и добьют, а проклятый снег, как назло, проваливался, сковывал движения, словно не желая отпускать добычу.

И тут с ночного неба на сражающихся с пронзительным криком, переходящим в разрывающий барабанные перепонки свист, рухнула огромная темная масса. Он не сразу осознал, что это драконы, целая стая крупных драконов, вооруженных клыками и когтями, каким позавидуют и матерые хищники. А из-за деревьев выныривают силуэты людей, с ходу вступающих в схватку.

Кто-то грубо схватил его за руку, вздергивая на ноги, и советник крепче ухватил зажатый в руке клинок, не сразу узнав перекошенное в сумасшедшем азарте лицо Асмунда.

– Быстрей! – рявкнул тот, подталкивая дезориентированного друга в сторону злополучной беседки.

– Подожди, куда?..

– Потом!

Асмунд буквально швырнул какую-то бумагу на покореженный алтарь, а следом, не особо церемонясь, уронил друга. Ингельд рухнул на холодный гранит, забрызгав и его, и бумагу своей кровью, и, только развернув лист, понял, что это то самое проклятое завещание.

– Признаю наследие… клянусь быть достойным… – Откуда-то в памяти всплыли ритуальные слова, читанные давным-давно в одной не слишком популярной исторической книге. Позже он и сам не смог бы сказать, почему именно их посчитал подходящими.

Что-то сверкнуло, грохнуло, и на них, проломив крышу и так изрядно пострадавшей беседки, рухнул дракон, чадя пылающим крылом. Всех троих вынесло наружу через ранее образовавшийся проем, а не выдержавшая такого обращения конструкция обрушилась вниз, погребя под собой и алтарь, и всех, кто имел несчастье оказаться внутри. А сверху обломки припечатало нечто явно магическое, вызвав взрыв, от которого в разные стороны разлетелись деревянные и каменные обломки. Видя, как совсем рядом с его головой в сугроб вонзается неровно обломанный кусок балки, Ингельд в который раз за сегодняшнюю неспокойную ночь понял, что еще бы чуть-чуть – и…

А потом все прекратилось. Закончился бой, наступила относительная тишина, прерываемая лишь чьими-то стонами и руганью. Неловко повозившись, советник поднялся, пытаясь сообразить – неужели все или это лишь короткая передышка? Никак не получалось поверить, что все кончилось, и особенно остро сейчас ощущались вонзившаяся в спину стрела, явно поломанные ребра и залитое засыхающей кровью лицо с саднящим виском. Советник отчетливо понял, что второго раунда не переживет.

Гигантским костром догорала беседка, освещая картину побоища. Вокруг бродили какие-то люди, в которых Ингельд смутно узнавал егерей, помогали раненым товарищам и драконам. Рядом сидел Асмунд, прикладывая снег к обожженному крылу рухнувшего на них дракона. С неба падали, кружась, крупные хлопья снега.

– А мы ведь, кажется, победили, ребята, – сказала неслышно подобравшаяся Кэт.

– Да, победили, – согласился Ингельд, стирая с лица кровь подтаявшей горстью снега.