Тень короля - Надежда Федотова

– Да, господин, – прошелестела женщина. – Ему, кровопивцу… Он к нам и гостей отправлял… ну пришлых, значится! Хотя и своих, бывало… Ежели избавиться хотел от кого. Шепнет им, что-де есть у нас чем поживиться, они и едут. А уж дальше…

– Какой предприимчивый господин, – пробормотал Десмонд, отметив, как изменился в лице Ронан Келли, услышав последнюю фразу Грании. – Весьма предприимчивый. И своего не упустит, как я погляжу… А что ж так нелюбезно – кровопивец? Или он той же породы, что и хохотушка ваша, а?

– Да нет. – Грания горестно всплеснула руками. – Он, уж простите, куда хужей!.. Мы ведь, господин, мальчишек-то наших из дому отослали, тех, кто повзрослее, – уж больно у кормилицы чары сильные! А где ж их прятать? Кругом воюют, а у Даффи постоялый двор, ему завсегда крепкие парни нужны. Тока вот…

– Только вот Кривой не дурачок оказался, – вдруг усмехнулся Келли. – Ведь наверняка не мне одному интересно было, куда бойцы исчезают. А Даффи – ни слова, ни полслова… Понятно – зачем ему терять таких поставщиков?.. Только вот чтоб вы, не дай бог, не передумали да с крючка не соскочили, «мальчиков» ваших он себе и забрал? Знаю их, дельные ребята. И Слоан давно ко мне в отряд просится… Ну, Даффи, ублюдок жирный!

Капитан хмыкнул:

– Зато сообразительный. Да и деревенские недалеко от него ушли… Дорогая, вам не кажется, что на фоне этих милых людей мы с Чарли смотримся уже почти праведниками?

Нэрис не ответила. Десмонд обернулся в сторону опрокинутой телеги, но пленницы там не обнаружил. Трепыхающийся кокон был на месте, его охранники тоже, и даже большинство веревок еще вполне себе держалось, а неугомонную леди Мак-Лайон как корова языком слизнула!

– Чарли!

– Да куда она денется, кэп? – Пират, скорчив недовольную гримасу, повертел головой по сторонам и с облегчением фыркнул: – Ну что я говорил? Вон, на крылечке сидит.

– Пойди и приведи, – велел Хант, хмурясь.

Ронан Келли понял его беспокойство по-своему.

– Это лишнее, капитан, – тонко улыбнувшись, сказал он. – Никто из моих ребят вашу супругу не тронет. Я предупредил. К тому же им вполне хватит и деревенских.

– Мы еще слабоумного этого не нашли, – попытавшись сгладить неловкость, буркнул Десмонд. – А судя по рассказам, он не такой уж и безобидный. Чарли, ты еще здесь?

Пират досадливо передернул плечами, но отошел. Келли повернулся к Грании:

– К Даффи уж точно не ты с товаром ездила. Кто возил, старик?

– Дак а больше и некому было, господин. Тоби возил, дело понятное.

Разбойник удовлетворенно кивнул и, подняв голову, посмотрел на Десмонда:

– Я узнал, что хотел. У вас есть еще какие-то вопросы?..

– Нет.

– У меня тоже нет. – Ронан Келли бросил задумчивый взгляд на дорогу. – Но есть предложение. Лично к вам, капитан.

Хант удивленно приподнял брови. Главарь разбойников покосился на бьющийся у телеги кокон, что-то прикинул в уме и добавил:

– Хотя, пожалуй, оно может подождать. Эй, ты! – Он перевел взгляд на ожидающую своего приговора крестьянку. – Где могила вашей кормилицы? Показать сможешь?..

Чарли подошел к низкому крыльцу домика, где им всем так и не пришлось сегодня заночевать, и сказал недовольно:

– Ты чего тут расселась? Полная деревня головорезов, а она разгуливает без присмотру!

Сидящая к нему спиной Нэрис даже не пошевелилась.

– Эй! – Пират тряхнул девушку за плечо. – Ты чего? А?.. Ревешь опять, что ли? Напужалась?

– Да. – Она повернулась к нему.

Глаза сухие, с облегчением отметил разбойник, лицо только бледное и вид потерянный… Рваное Ухо ободряюще хмыкнул:

– Не боись! Она уже не кусается.

– Знаете, Чарли, – медленно сказала девушка, – еще ночью мне казалось, что ничего ужасней дарг-ду я в жизни не видела. А сейчас я поняла, что бывают чудовища и пострашнее. Эти крестьяне… Знаю, вы во всем вините старика, но разве остальные чем-то лучше? Они ведь все знали! Знали и молчали!.. Впускали гостей, а потом открывали ворота… Раз за разом, Чарли!

– Ну так… – крякнул он. – Молодая ты еще, жизни не видела. Нет твари гаже человека. Что старикан этот рехнутый, что мы. Ежели так поглядеть, то на то и выходит!

– Знаю. – Она упрямо закусила губу. – Вы пираты и головорезы. Вы Ульфа убили… Но меня на корабле не бросили. И кровососу на съедение не оставили. Из-за денег, конечно, но все же… Все же вы добрый, Чарли! Можете обзывать меня дурой сколько угодно, но я знаю, что вы добрый! И вы, и капитан Хант, хоть я его и боюсь…

– Заладила, – недовольно поморщился он. – Добрые, добрые… Может, тебе и этот вон, в красном, добрый?.. Ты глаза его видела? Хуже, чем у кэпа, когда ему мачту сносит!..

– Ой, нет. – Нэрис с опаской оглянулась на сутулую фигуру в красной куртке. – Господина Келли я совсем боюсь, он такой… такой обходительный, что даже страшно. Но ведь он нам, выходит, тоже помог? Пусть и случайно. А эти… Да разве это люди, Чарли?! Разве так можно?!

Старый разбойник, часто моргая, молча смотрел на нее сверху вниз. Смотрел в эти полные отчаяния и сдерживаемых слез глаза и думал, что, кажется, сам еще далеко не все видел в этой жизни…

– Дурочка ты все-таки, – крякнув, наконец сказал он и протянул девушке руку. – Вставай уж. Пойдем. И не трави себе душу из-за всякой сволочи. Ну хошь, я этому деду прямо щас в рыло дам?!

Нэрис встала и, шмыгнув носом, улыбнулась сквозь слезы:

– Не надо, Чарли… Господь, он все видит.

– Ну ладно, – пожал плечами пират. И обернулся в сторону колодца. «Господь, может, и видит, – подумал он, – а только, сдается мне, кое-кто успеет куда быстрее!..»

Веревочный кокон перестал шевелиться еще в тот момент, когда над холмами взошло солнце, и сейчас неподвижно лежал у края разрытой могилы. Сверху над ней склонялась старая плакучая ива.

– Я вот думаю, как бы эти ухари и нас тут рядом не прикопали, – озабоченно проговорил Рваное Ухо, оглянувшись на деревню вверху. – А что? Все сундуки подчистую выгребли, тварь зубастую на нас спихнули. Погодят, покуда зароем, да и…

Десмонд, вспомнив о предложении, суть которого ему все-таки поведал Ронан Келли, отмахнулся только:

– Не колыхайся. Живыми мы им пригодимся больше. Ты же сам слышал… Давай, Чарли, взяли!

– Есть, кэп, – нехотя кивнул тот.

Пираты в четыре руки подхватили безмолвный кокон и сбросили его на дно глубокой ямы. Дарг-ду не издала ни звука. Впрочем, не хватало еще, чтобы кровососы и днем безобразничали!

Чарли вонзил острие лопаты в землю и непримиримо буркнул:

– Крысы сухопутные… Их дюжина целая, а мы тут вдвоем корячимся! Я, может, тоже от бабы не отказался бы – от заслуженной причем! А эти приперлись на готовенькое, даже мечом не взмахнули, а как развлекаться – так первые!