Время пришло - Ларк Аэри

Накормив несчастного и подав ему кружку со снадобьем, Эдна присмотрелась – на госте стояло заклинание изменения внешности, его собственное. Присмотревшись еще, она поняла, что у незнакомца дар истинного мага, хотя подробности рисунка дара были неразличимы, что-то мешало их рассмотреть. Ведающая охнула, час от часу не легче. Уже после боевых истинных магов, прибывших с Кенриком, невидимки[30]привезли мальчишку истинного откуда-то с севера, причем тот утверждал, что родом из другой каверны. И вот теперь еще один истинный, но в каком виде!

– Пей! – приказала Эдна, увидев, что юноша только держит кружку.

Тот послушно выпил, и вскоре его взгляд немного прояснился.

– Как тебя звать? – спросила ведающая.

– Элви.

– Что с тобой случилось и откуда ты пришел?

– Из Дора. Я должен передать вам кольцо и слово. – Элви нашарил кольцо и, подавая его хозяйке дома, четко произнес. – ВРЕМЯ ПРИШЛО.

Эдна вздрогнула, едва не выронив колечко. Ведающая узнала об этом прошлой осенью, но только сейчас до конца осознала полный смысл этих страшных слов. Слепая девушка с белыми, как снег, волосами протягивала к ней руки издалека и ее губы шептали все то же: «Время пришло. Подошли предреченные сроки. Время пришло. Возвращаются древние боги и древнее зло. Время пришло. Объедините все силы, иначе мир рухнет, и не останется ни виноватых, ни правых. Время пришло. Дорог каждый час и каждый, в ком еще горит огонь жизни. Время пришло. Поднимайтесь на славную битву за Жизнь! Время пришло». Эдна осознала еще много всего, но эти слова врезались в память. А еще она поняла, что за слепой ведающей из Дора и за самим посланцем стоит какая-то незнакомая сила. Последняя фраза о битве за жизнь принадлежала в первую очередь ей. Но в отдалении за спиной гостя маячила и другая, которая не являлась злом в прямом смысле, однако она искренне считала, что счастье зависит от телесных удовольствий, а все остальное смысла не имеет. От второй веяло ревностью, она не желала отпускать свою находку, воспринимая юношу личной собственностью.

– Возвращаются древние боги, – очень тихо прошептала Эдна, а потом обратилась к Элви: – Тебя что-то еще просили передать?

– Нет. Правда, она еще сказала: «Поднимется из-под земли черная злоба, и рухнут города. Вы должны успеть!» Элианна не просила передать эти слова, но я запомнил. – Посланец на секунду замолчал, и его затрясло. – Последнее время я постоянно вижу подобное во снах.

Эдна тяжело вздохнула:

– Не только ты.

– Где я? – внезапно спросил Элви.

– В Игмалионе.

– Значит, мы дошли…

– А ты уже не помнишь?

– Помню, но смутно, мысли путаются.

– Кто был с тобой?

– Арви и Сайви, сейчас они учатся в Антрайне, – задумчиво произнес гость.

– А почему ты не с ними, ведь тебя бы тоже взяли?

– Я должен найти мага, который сможет прочитать кристалл, но пока не нашел. Потом я хотел вернуться обратно. – Юноша попробовал встать, в глазах загорелся нездоровый огонек.

– Сиди, – мягко, но настойчиво произнесла Эдна. – Ты болен, тебе надо подлечиться. Я помогу тебе!

А про себя ведающая подумала, что ничего не понимает. Юноша был магом, причем той же самой расы, что и слепая девушка, и почему-то скрывал это. Он являлся истинным магом и не собирался ничему учиться, хотя его дар уже начал исподволь разрушать рассудок. Между тем больной начал успокаиваться, первый этап воздействия зелья закончился и начинался второй. Элви резко потянуло в сон, и Эдна уложила его спать.

На следующий день гость проснулся только к вечеру, заметно посвежевший. После еды Эдна присела рядом с ним и заговорила:

– Вчера ты упоминал о каком-то кристалле. Можешь показать его мне?

– Наверно, да, хотя отец велел показать его только настоящему магу.

– Настоящему? – не поняла Эдна.

Элви пожал плечами:

– Я сам не понимаю, что это значит. Элианна сказала, что я просто маг, и велела идти в Антрайн. Мастер Ринальдин, который немного обучал нас, решил, что я визуал, но какой-то странный.

Эдна улыбнулась:

– Он сам визуал?

– Да.

– Визуалы воспринимают истинных магов как визуалов с немного странным даром, а ты истинный маг.

– Что это значит?

Эдна растерялась: как объяснить в двух словах, чем отличается истинный от визуала?

– У истинных способностей больше всех, им даже не нужны заклинания, хотя они могут их использовать. Когда поправишься, я тебя познакомлю с другими истинными.

– Хорошо, – слабо улыбнулся Элви. – Возможно, именно они мне и нужны.

– Но ты же сам истинный! – удивилась Эдна. – Ты пробовал посмотреть в кристалл?

– Пробовал… – Юноша вздрогнул. – Хотя Элианна предупреждала меня не глядеть туда до истинного совершеннолетия. С этого и начались все беды…

– Сколько же тебе лет?

– Двадцать три, скоро будет двадцать четыре.

– А во сколько у вас совершеннолетие?!

– В тридцать, – смутился Элви. – Мне еще долго.

Дрожащими руками он достал из потайного кармана маленький мешочек и передал его Эдне.

– Она еще назвала кристалл Зерцалом Пророчеств, – добавил Элви. – Но сказала, что это не является его основным свойством.

Ведающая долго всматривалась в кристалл и увидела немало интересного, но он не пропустил ее в глубину. Кроме этого Эдна рассмотрела и гостя без прикрытия артефакта. Возвращая топаз, она сказала:

– В нем нет никакого зла, все беды могли случиться лишь потому, что кристалл открывает дверь туда, куда обычно прохода нет. Но и тому, что находится на той стороне, нет прохода сюда. Дверь не может быть открыта в одну сторону, тот, кто видит, становится видимым сам. Открыть дверь легче, чем ее закрыть.

Элви слушал внимательно и молча. Ведающая продолжала свой рассказ:

– Стена разделяет мир простых людей и мир, не видимый глазом. Не имеющие дара редко сталкиваются с проявлениями той стороны, иначе на земле воцарился бы кошмар. Дар – это в первую очередь возможность увидеть невидимое, почувствовать то, что нельзя потрогать руками, но горе неопытному и невнимательному, он подобен уснувшему посреди оживленной улицы. Горе ослабевшему. За стеной есть немало того, что попытается использовать неосмотрительного носителя дара в своих целях. Опытные маги и ведающие умеют становиться менее заметными и ставить преграды от вторжения чуждых сил в себя и в окружающий мир, но бдительности нельзя терять никогда.

– Но при чем тут истинное совершеннолетие?