Последняя жертва - Райчел Мид

Даже после того, как голоса смолкли, она не позволила нам вылезти из машины. Наконец она обратила взгляд на меня.

— Роза? — Я не отвечала, и она снова окликнула: — Роза?

— Да? — хрипло отозвалась я.

Ее голос успокаивал и завораживал. По коже снова поползли мурашки, возникло чувство, что я должна слушаться ее.

— Нужно, чтобы ты взглянула на мертвецов. Открой себя им.

Мертвецам? Нет. Хотя разум вышел из-под контроля, у меня хватило здравого смысла понять, что это плохая идея.

— Не могу.

— Можешь, — настаивала она. — Я помогу тебе. Пожалуйста.

Сопротивляться принуждению не было сил, и я позволила упасть стенам, которые возвела вокруг себя. Они ограждали меня от мира мертвых и призраков. Спустя несколько мгновений вокруг возникли полупрозрачные лица; некоторые выглядели нормально, другие производили жуткое впечатление. У всех рты открыты — призраки хотели говорить, но не могли.

— Что ты видишь? — спросила Соня.

— Призраков, — прошептала я.

— Ты видишь Виктора?

Я пробежала взглядом по сонму лиц.

— Нет.

— Загони их обратно, — приказала она. — Подними стены.

Ох, как это было трудно! Как будто я напрочь лишилась воли. Почувствовав воздействие извне, я поняла, что Соня снова использует принуждение. Она не могла заставить призраков исчезнуть, но ее поддержка и решимость придали мне сил. Я отгородилась от неугомонных мертвецов.

— Значит, он ушел, — сказала Соня. — Либо полностью поглощен миром мертвых, либо бродит где-то беспокойным духом. В любом случае поблизости Виктора нет, и вернуть его к жизни невозможно. — Она посмотрела на Джил. — Позови Дмитрия.

— Я не знаю, где он, — вздрогнув, ответила та.

Улыбка Сони не затронула ее глаз.

— Уверена, где-то рядом. И наблюдает. Обойди вокруг мотеля, походи по кварталу. Он найдет тебя.

Джил ушла, не нуждаясь в принуждении. Я спрятала лицо в ладони.

— О господи! О господи! Я все время отрицала это, но так оно и есть: я убийца.

— Не думай пока об этом, — посоветовала Соня. То, что она взяла все в свои руки, успокаивало. Почти. Исполнять приказы было легче, чем действовать самостоятельно. — Потом разберешься с чувством вины. Сейчас нам нужно избавиться от тела.

Я убрала от лица руки и заставила себя посмотреть на Виктора. Меня сильно затошнило, вихрь эмоций снова взметнулся внутри. Я отрывисто рассмеялась.

— Ага, тело. Жаль, что Сидни не с нами. У нас нет никакого магического зелья, а солнце не сможет уничтожить труп. Странно. Стригоя труднее убить… труднее убить, но избавиться от него легче. — Я снова засмеялась — было что-то знакомое в моем бормотании… Примерно так вел себя Адриан, когда на него находило. И Лисса, когда воздействие духа подталкивало ее к самому краю. — Это оно и есть? Поток, о котором вы меня предупреждали? Лисса не страдает от побочных эффектов, но надо мной дух в конце концов одержал победу… как с Анной… О господи! Это ведь сон? Только я никогда не проснусь…

Широко распахнутые глаза Сони светились… чем? Страхом? Издевкой? Тревогой? Она взяла меня за руку.

— Держись меня, Роза. Вместе мы избавимся от этого.

Стук в окно заставил нас обеих вздрогнуть; Соня впустила Дмитрия и Джил.

— Где Роберт?

Дмитрий бросил взгляд на Виктора и тут же отвернулся.

— Потерял сознание. Я спрятал его в кустах за углом.

— Замечательно, — сказала Соня. — По-твоему, это умно? Бросить его?

— А носить на плече на виду у всех? По-моему, это еще хуже. Если уж на то пошло… да, я думаю, что нужно просто бросить его. Он очнется. Он не беглец. И без Виктора он… ну, не безвредный, конечно, но не такой опасный. Мы не можем повсюду таскать его с собой.

Я снова засмеялась; даже мне самой было понятно, что я в полном расстройстве и даже в истерике.

— Он без сознания. Конечно, конечно. Ты можешь поступать правильно. Я — нет. — Мой взгляд метнулся к Виктору. — «Зверь», — сказал он. И был прав. Ничего, кроме этого…

Обхватив себя руками, я вонзилась пальцами в кожу так сильно, что выступила кровь. «Физическая боль прогонит душевную». Разве не так всегда говорит Лисса?

Дмитрий молча разглядывал меня, а потом перевел взгляд на Соню.

— Что с ней?

У меня на глазах он не раз рисковал жизнью, но никогда прежде я не видела его таким испуганным.

— Воздействие стихии духа, — ответила Соня. — Она долго вытягивала и вытягивала тьму и сумела удерживать в себе. Однако дух всегда ждет. Всегда ждет… — Она слегка нахмурилась; может, осознала, что говорит почти как я. И посмотрела на Джил. — Это серебро?

Джил перевела взгляд на висящий на шее медальон в форме сердца.

— По-моему, да.

— Можешь дать мне его?

Джил расстегнула цепочку и отдала медальон Соне. Та зажала его между ладонями и на мгновение закрыла глаза, поджав губы. Потом открыла глаза и протянула мне медальон.

— Надень его.

Прикосновение к нему вызвало странное покалывание по коже.

— Сердце… — Застегивая цепочку, я смотрела на Дмитрия. — Помнишь? Помнишь, как ты спросил: «Где сердце?» И вот оно. Вот оно…

Я смолкла. Мир внезапно обрел четкость, мечущиеся мысли медленно перестали разбегаться, обретая подобие рациональности. Я как будто только сейчас действительно увидела своих товарищей. И дотронулась до медальона.

— Это исцеляющее заклинание.

Соня кивнула.

— Я не знала, исцеляет ли оно сознание. Не думаю, что его действие будет постоянным, но с ним, да еще и призвав на помощь свою волю… ты какое-то время будешь в порядке.

Я старалась не сосредотачиваться на последних словах. «Какое-то время». Вместо этого я попыталась упорядочить мир вокруг и понять, при чем здесь лежащее передо мной тело.

— Что я наделала? — прошептала я.

Джил обхватила меня рукой, но ответил Дмитрий:

— То, что должна была.