Первая исповедница - Терри Гудкайнд

– Ты много обо всем этом знаешь? Хорошо в этом разбираешься?

– Я ведь сказала, что была говорящей с духами императора Сулакана. – Наджа нетерпеливо вздохнула. – Нам обязательно надо обсуждать это сейчас? Пожалуйста, пойдемте скорее, поговорим позже.

– Нам нужно кое-что узнать для начала, – ответил Мерит.

Наджа указала на двери.

– Что вам действительно нужно узнать, так это то, что любой из мертвецов здесь может оказаться слугой императора. Вы не узнаете об этом, пока кто-то из них не схватит вас за горло и не разорвет голыми руками. Если бы император или его приспешники знали, что мы сейчас здесь, они приказали бы одному из них или даже десятку растерзать нас.

– Она права, – сказала Магда, вспоминая ужасную расправу с Исидорой. – Нужно выбираться отсюда.

– Как ему удалось доставить такого мертвеца сюда, чтобы тот выполнял его приказы? – спросил Мерит, не готовый уйти раньше, чем разберется во всем этом и поймет, с чем именно они столкнулись. – Каким бы могущественным он ни был, но он остается в Древнем мире. Как он может управлять ими из такого далека?

– Это очень просто. Один из преданных ему людей соответствующим образом подготавливает тела умерших прямо здесь, в Цитадели или в Эйдиндриле, а затем их хоронят в здешних катакомбах среди других умерших. Как вам их опознать? Как вам определить, какие из тел, захороненных здесь сейчас, подготовлены к служению Сулакану? Любой из его пособников, тайный агент или предатель Цитадели, способен вывести этих мертвецов из сна, – она щелкнула пальцами, – вот так просто.

Магде пришлось напомнить себе, что надо дышать.

– Добрые духи, я даже не подозревала о таком.

– Я тоже, – признался Мерит. – Есть ли способ узнать, каких из мертвецов подготовили таким образом?

– Пока такого мертвеца не призвали к служению, он всего-навсего труп. Нет способа распознать это, разве что пробовать связаться с его духом в преисподней. Как говорящая с духами могу сказать вам, что это нелегкая задача. Я способна отправиться в мир духов, чтобы найти дух мертвеца, но такие поиски могут занять несколько дней, и это только для одного трупа. У вас же здесь многие тысячи тел. А есть ли у вас тысяча говорящих с духами, чтобы поставить перед ними столь грандиозную задачу?

– У нас, наверное, найдется несколько женщин с таким магическими способностями, – сказала Магда. – Но боюсь, что они будут убиты одним из мертвых слуг императора, если попробуют помочь нам.

– Тогда вам никак не проверить лежащие здесь трупы, при всем желании. Но еще хуже, что те, кто использует этих мертвецов, делают это легко, без проблем. У вас есть охранники, проверяющие, кто входит или выходит из подземелья? Кто-нибудь сопровождает посетителей подземелья, чтобы видеть, чем они заняты?

Поняв смысл сказанного, Мерит приподнял бровь:

– Нет. Сюда приходят волшебники, работающие здесь над противодействием Сулакану. Они то и дело приходят и уходят.

– Вот именно, – сказала Наджа. – Любой из этих волшебников может быть тайным агентом, пособником императора Сулакана. У его агентов наверняка была возможность отобрать подходящих кандидатов из тысяч умерших. Просто найти подходящее тело и подготовить его к пробуждению от смерти. Заклинания, позволяющие использовать мертвецов, уже хорошо проработаны творцами Сулакана. Тайные агенты могут и другое – определять наиболее важных волшебников и приказывать мертвецам искалечить их.

Мерит с досадой потер подбородок.

– Наджа, во всем этом трудно разобраться. Мне нужно иметь представление о том, чтó нам действительно противостоит, картину в целом. Не только, что некоторые предатели убивают здесь людей, но как все это вписывается в грандиозные замыслы Сулакана. Мне крайне важно осознать все это в целом.

Наджа глубоко вдохнула, кивая.

– Да-да. Это трудно понять с первого раза.

– Уж конечно, – согласился Мерит.

– Дело в том, что император Сулакан стар и болен, – сказала Наджа. – Он боится, что не доживет до того дня, когда люди Древнего мира объединятся в справедливый мир, как он его себе представляет. Это представление он называет «Союзом Народов». И хочет объединить всех людей под знаменами этого союза.

Император Сулакан видит в этом нечто более великое, чем вся его жизнь: великое дело на благо всего сущего, мира живых и мира мертвых как единого организма, единого целого, подобно тому, как Благодать – цельная взаимосвязанная концепция. Исходя из этого, он полагает, что всех людей следует подчинить единому правлению ради общего блага, блага живых и мертвых.

Мерит посмотрел на нее недоверчиво.

– И живых, и мертвых?

– Именно так, – подтвердила колдунья.

– Оставим пока вопрос о том, как он предполагает править миром духов, – сказал Мерит. – Как он собирается достичь своей цели в мире живых, если уже умирает? Он не сможет сам воплотить все свои замыслы.

– Он стремится продлить свое существование и действовать дальше лишенным жизни в привычном понимании этого слова, поэтому вопрос об управлении миром духов неотделим от этого вопроса. Они связаны между собой. Вы сказали, нужна картина в целом. Картина в целом такова: он, если можно так выразиться, ищет иные формы существования, если использовать понятные вам выражения.

Он старается изыскать способ не утратить после смерти связь с действующей формой в этом мире, в мире живых, так, чтобы управлять всем. Он считает, что, став правителем мира духов, сможет не только управлять своей душой, оставшейся в этом мире, но и самим этим миром – посредством связи своей души со своим ожившим телом. Вот так он себе это представляет.

– Это безумие. – Магда с тяжелым вздохом покачала головой. – Он задумал погубить все, что нам дорого. Не только нашу свободу, но само наше существование.

Пока Мерит разбирался, какой из тысяч вопросов задать в первую очередь, Магда вместо него спросила:

– Какую роль в своем плане он отводит мертвецам?

– Как я уже говорила, он использует их как убийц и собирается сделать воинами. Они берутся за дело без раздумий. Их очень трудно остановить. Если их ранить – они не истекут кровью. Если отрубить руку – мертвец этого не почувствует и продолжит нападение, пользуясь оставшейся рукой. Если отрезать мертвецу ноги, он на руках поползет за вами. Мертвые не нуждаются в отдыхе. Они неутомимые, бескровные, не знающие устали безжалостные убийцы. Можно оживить столько трупов, сколько понадобится. Мертвецов хватает с избытком.

– Они способны нападать вечно? – спросила Магда.

– Нет, пожалуй, не вечно. Мертвецы гниют, но вложенная в них магия предотвращает этот процесс, хотя магия, вложенная в мертвецов, – не идеальное решение. Здесь есть свои ограничения. Со временем чары распадаются, примерно как разлагается тело. С этим распадом уменьшается боеспособность мертвецов.