Дар смерти - Галина Гончарова

— Счастлив нашему знакомству.

— А я — не очень! На каком основании меня притащили в эту… это место?

— В убийствах подозревают, — с улыбкой сообщил дознаватель. Барон ему не нравился, активно не нравился. И скрывать своей неприязни мужчина не собирался, он тоже живой человек!

— Что?! Да я вас! Я вас!!!

Барон налился помидорным соком, забрызгал слюной, и даже стукнул кулаком по столу. Выглядело это… как будто жабу надули через соломинку. Гадко.

Элот Синор покивал, посочувствовал, и коварно поинтересовался:

— Господин барон, так ведь… угрожали!

— Кому? — искренне изумился барон.

— А вот, грамотка. Лекарке, в лечебнице для бедных.

Изумление в глазах барона было совершенно искренним. Он? Угрожал?

Ну и что! Мелочи какие! Это же девка из простонародья, как оказалось, а вовсе не его невеста. И руку он на нее поднял, так это ж пустяки! Для чего еще существует простонародье? Только для того, чтобы служить своим господам! Любым способом!

Но Элот не просто так тянул время.

Необходимый материал от барона у него был, стражники того неплохо помяли. Он ждал, пока доставят пострадавшую от насильника девушку, и маг воды сравнит кровь. А тем временем соглашался, что быдло обнаглело, но вы же понимаете, господин барон, законы…

Что конечно же, это нельзя просто так оставлять, и лекарку надо вообще выгнать из Алетара.

Что хватать благородного человека никоим образом нельзя!

Что стражников надо просто прибить гвоздями к воротам…

Почти час соглашался, записывал, ждал — и дождался. В кабинет заглянул маг воды, кивнул — и вышел. А Элот расцвел улыбкой.

— А теперь поговорим еще об одной девушке, господин барон?

— О ком еще?

— О некоей Милоне Фусон.

— О ком?

— Готов поверить, что ее имени вы не знали, — Элот улыбался вовсе уж благодушно. Знание того, что барону не отвертеться от виселицы, добавляло мужчине радости. — Но изнасиловать девушку вам это не помешало.

— Никого я не…

— А вот она уже опознала ваш голос. И ваши благовония. Редкие, правда? Дорогие… И ребенок в ее чреве принадлежит вам.

Барон осел на стуле.

Ребенок?

Кто-то выжил?

Он пытался угрожать, пытался подкупить Элота, пытался юлить, лгать, изворачиваться, но дознавателю и не нужно было добиваться добровольного признания. Достаточно быть уверенным для себя и для суда, а там…

Палач — разберется. У них, в Алетаре, хорошие специалисты.

Так что барона увели, стражникам вынесли благодарность, а Элот принялся составлять отчет для короля. Какое решение примет его величество, он не знал, но ббыл уверен, что виселицы барону не избежать. Если повезет, конечно.

* * *

Господин Самир зашел на следующий день. Покопался в карманах необъятного мундира, и торжественно вручил мне свиток.

— Госпожа Ветана, это с благодарностью.

— За что? — искренне удивилась я.

— Оказалось, что это и правда тот упырь, который девушек резал.

— Ой! — я прижала ладони к щекам. — Правда?!

— Господин Самир, вы же все расскажете? — Линда соткалась, словно из ниоткуда.

Господин Самир вздохнул и смирился.

— Ладно. Расскажу. Только взвара нальете? Духовитый он у вас?

— Можем даже с плюшками.

Вернувшегося в ее заботливые руки возлюбленного Линда откармливала, как на убой, и каждый день приносила что-нибудь вкусненькое в лечебницу.

От плюшек стражник тоже не отказался, и принялся рассказывать.

К тому времени, как они донесли барона, тем даже нищие бы побрезговали. А что?

Там была такая удобная лужа… две… и забор там давно стоял…

Артау еще попинали для верности, и принялись колоть по всем эпизодам. Где он был во время насилия над такой-то, сякой-то и разэтакой?

Сначала уговаривали словесно, потом более эффективно, с помощью подручных средств — носка с песком.

Барон пытался ругаться, но потом еще немножко побился об стол, об пол и об стены, и успокоился. Стал признаваться, и стражники запереглядывались.

Одно дело — свой, родной негодяй. А тут-то иностранный!

Дело решил королевский дознаватель, которого пригласили спешным порядком. Одна из жертв выжила и даже была беременна от насильника. А для установления отцовства достаточно самого плохонького мага воды.

Такой в распоряжении стражи был.

Пара часов, гонец туда, гонец сюда, ленивое подтверждение: «да, это точно он, его семя…» — и колесо закрутилось вовсе уж необратимо, затягивая барона в свои тенета.

Барон был допрошен по всем убийствам, не признался ни в одном, но его признание уже и не требовалось, доказательств и так хватало. Убийцу препроводили в личную королевскую тюрьму, стражникам вынесли благодарность, а господин Самир может даже орден получит. Это же здорово!

Мы все согласились, что за мужчину надо порадоваться. И я все же не выдержала.

— А за кого он меня принял? Интересно же?

— У, там целая история…

История оказалась такой, что я только зубами заскрипела.

Барон, зная о своих наклонностях, понимал, что нормальные люди за него замуж дочь не отдадут. А ненормальные…

Этот сукин сын (простите, собачки!) нашел моего отца, подсунул ему пару шулеров, чтобы тот проигрался в пух и прах, и потребовал дочь в уплату долга. На что обедневший аристократ согласился с радостным визгом!

Планы едва не нарушила бабка девчонки — склочная старая стерва. Но Артау был начеку. Устроить несчастный случай оказалось весьма несложно. И — нет проблемы.

Правда, сбежала сама невеста…

Он готов был поклясться, что это она, она! А оказалась какая-то тупая сука из простонародья, которая развизжалась… простите, госпожа Ветана.

Я, конечно же, простила. Но попросила при случае попинать негодяя еще. И побольнее, побольнее…

Господин Самир на это только руками развел. Уж простите, нет барона. Забрали, и теперь не отдадут, разве что на плаху поедет, там пересечемся…

Интересоваться временем казни я не стала. Ни к чему.

Бабушка не хотела бы, чтобы я туда ходила, я и не пойду. Не надо.

Просто за нее отомстят — здесь. А отец…

Если барон сказал правду — поделом ему. Если соврал — мне попросту все равно. Я не стану мчаться обратно, лечить отца, помогать своей бывшей семье…

Не шевельнется ли внутри чувство вины?