Гений зла Гитлер - Борис Тененбаум

Как сказал Гиммлер, обращаясь к собравшимся гауляйтерам:

«…вы можете проверить в границах ваших собственных гау – сколько у вас имеется достойнейших членов НСДАП, каждый из которых знает добропорядочного еврея…» [6].

Так дело не пойдет – работу следует довести до конца.

III

Гиммлер примкнул к НСДАП еще в 1923 году. То есть вполне мог считать себя одним из старых бойцов, сражавшихся за дело национал-социализма еще тогда, когда партия была слаба и находилась на краю политической жизни Германии. Выяснилось, что он надежен, исполнителен, верен и хороший организатор – хоть пороха, конечно, и не выдумает. Однако он очень старался выслужиться и даже принял какое-то участие в «пивном путче».

Но как мы знаем, путч не удался, Гитлер оказался в тюрьме, а Гиммлер занялся сельским хозяйством. Надо сказать, без большого успеха.

В 1925 году запрет на деятельность национал-социалистов был снят, a Генрих Гиммлер заново вступил в партию.

B ту пору он был совсем не на виду. Так, фигура из третьего ряда. Секретарь Грегора Штрассера, вскоре замененный на Геббельса, человека и поталантливей, и поинтересней.

Действительно – в 20-е годы карьеры в НСДАП делались на ниве пропаганды, а «честный Гейни», как тогда звали Гиммлера, в качестве пропагандиста оказался безнадежен. Он старался, конечно. Объездил на мотоцикле всю Нижнюю Баварию, выступал с речами, но успеха не снискал.

В 1928 году женился на барышне из прусской дворянской семьи, на 8 лет старше, чем он.

Супруги попытались завести птицеферму, но дела у них не очень-то ладились. А в 1929-м Генрих Гиммлер был назначен руководить «Охранными отрядами НСДАП». В его функции входило поддержание должного порядка на митингах.

За два года он сумел увеличить число членов СС в 10 раз – и это при самом строгом отборе претендентов. Во внимание принимались не только чистота крови, не только деловые качества, не только чисто арийская внешность, но еще и такая трудно определяемая субстанция, как «чистота помыслов».

Генрих Гиммлер был честным человеком.

Эта репутация ему очень пригодилась – Гитлер доверил Гиммлеру сформировать команду для обеспечения его личной безопасности. B составе СС в марте 1933 года было создано специальное подразделение, «Führerschutzkommando» («команда защиты фюрера») [7].

Но настоящий взлет организации СС начался с 1934-го, когда в «ночь длинных ножей» была ликвидирована верхушка СА вместе с Эрнстом Рёмом и возможная «партийная оппозиция» вместе с Грегором Штрассером – и вообще все люди из окружения Гитлера, которые в тот момент казались неприятными, или ненужными, или знающими слишком много.

Беспрекословная верность СС была оценена по достоинству.

В полном соответствии с общей практикой административного хаоса, копирующей «стиль фюрера» и распространившейся в Третьем рейхе, полномочия любых структур определялись не их юрисдикцией, а доверием вождя.

В июне 1936 года Гитлер назначил Гиммлера верховным руководителем вообще всех служб германской полиции. А поскольку в его руках уже находились концентрационные лагеря, СС как организация начала набирать все возрастающее могущество.

У нее появились свои военные формирования, и уже к 1938 году их численность составляла целую дивизию. Гитлер это всячески приветствовал:

«Великогерманский Рейх в своем окончательном виде будет охватывать в своих границах не только народы, которые с самого начала благожелательно настроены к Рейху. Поэтому необходимо создать… государственные полицейские войска, способные представлять и поддерживать внутренний авторитет Рейха…»

К концу 1943 года Великогерманский Рейх трещал по всем швам, материальных и человеческих ресурсов не хватало, сырье, промышленные ресурсы, людей для работы и для военной службы набирали где только могли, включая и добровольцев, и мобилизованных иностранцев, и бывших военнопленных.

И только организация СС росла как на дрожжах.

Теперь ее военные формирования уже не ограничивались ролью «поддержания порядка в тылу». Гиммлер сумел изыскать дополнительные ресурсы – именно в ведение СС, а не в вермахт были переданы лучшие из иностранных военных формирований, сражавшихся на стороне Рейха. Поначалу речь шла только о «народах, близких по крови» вроде норвежцев или фламандцев, но через какое-то время появились целые дивизии, сформированные из эстонцев, латышей и украинцев.

Что до частей СС, набранных в Рейхе, то они служили чем-то вроде гвардии.

Им выделяли лучшее оружие, лучших новобранцев [8], и дивизии СС – такие как «Рейх» или «Мертвая Голова» – покрыли себя славой на полях сражений под Харьковом и Курском. Организация, возглавляемая Генрихом Гиммлером, по праву считалась элитой партии и государства.

Естественно, самые важные задачи поручались ей.

IV

«Окончательное решение еврейского вопроса» попало в сферу деятельности СС автоматически, просто в силу того, что тут оказались сплетены в один клубок и вопросы «расовой гигиены», и действия айнзацгрупп, и концентрационные лагеря, и чисто полицейские вопросы по учету, охране и регистрации обитателей гетто.

В Польше были учреждены специальные лагеря уничтожения, работавшие на совершенно индустриальной основе. Туда свозили евреев отовсюду, где их только можно было отыскать, сортировали на предмет пригодности к тяжелому физическому труду, a дальше разделяли на два потока.

Негодных отправляли в газовые камеры немедленно, а годных еще какое-то время использовали – например, на вредных производствах предприятий, работавших на войну, а убивали только потом, когда они теряли силы.

Процесс был проинспектирован лично рейхсфюрером СС Генрихом Гиммлером.

Ему объяснили все технологические достоинства процесса: на убийство больших групп людей в газовых камерах уходило гораздо меньше времени и усилий, чем на расстрелы. К тому же следовало учесть и соображения гуманизма: нервное напряжение персонала СС, ответственного за проведение «акций», тоже заметно снижалось. Трупы сжигались в крематории, и таким образом оставалось меньше следов.

Конечно, совершенно скрыть происходящее было невозможно – слишком уж многие были вовлечены в процесс переработки живых людей в пепел.

Но говорить об этом даже в кругу посвященных полагалось обиняками.

В последнее время даже термин «специальное обращение» был заменен другим, более туманным – «транспортировка на Восток».

Так что можно представить себе шок, испытанный гауляйтерами Рейха, когда на октябрьской конференции 1943 года в Позене они вдруг услышали от Гиммлера следующее:

«…мы пришли к вопросу – что делать с женщинами и детьми? Это сводится к дилемме – могу ли я считать правильным приказывать уничтожать мужчин и при этом оставлять в живых детей, которые вырастут и станут мстителями? Приходится принимать трудное решение – сделать так, чтобы с лица земли исчез весь народ…»