Советское военное чудо 1941-1943. Возрождение Красной Армии - Дэвид Гланц

По крайней мере на бумаге полки связи фронтов и армий состояли из штаба, штабной группы, одного радиобатальона и одного телефонно-телеграфного батальона, моторизованной кабельно-телеграфной роты и роты переносной аппаратуры связи. Телефонно-телеграфные батальоны полков имели по две роты трехвзводного состава и телефонно-телеграфные станции; радиобатальоны также подразделялись на две роты. В свою очередь, кабельно-телеграфные роты состояли из трех кабельно-телеграфных взводов и одного телеграфно-строительного взвода, а также службы ВНОС (поста раннего предупреждения). Наконец, батальоны связи корпусного и дивизионного уровня состояли из штаба, штабной роты с радио, телефонным и мобильным взводами, двух телефонных рот и небольшой службы тыла.[671]

Так как войска связи Красной Армии оказались в июне 1941 года крайне слабы, у Генштаба и командования фронтов не осталось иного выбора, кроме усиления собственных ограниченных средств связи за счет государственных сетей связи. Управление связи НКО попросту перевело в свое подчинение узлы и линии связи этой сети, которая подчинялась Народному Комиссариату Связи (НКС).[672]

Активные боевые действия выявили многие недостатки в войсках связи Красной Армии. Стремительное наступление вермахта в ходе операции «Барбаросса» упредило развертывание дополнительных войск связи на основе существующих батальонов связи, нанеся последним тяжелый урон. В результате ни Ставка, ни ее фронты и армии не имели возможности наладить действенную связь в обстановке изменчивой маневренной войны. Устаревшие маломобильные радиостанции, обслуживаемые плохо обученными радистами, затрудняли управление, а проводная связь нередко обрывалась — как из-за того, что командиры часто перемещали свои командные пункты, так и из-за того, что авиация и диверсионные силы немцев активно уничтожали советские линии и узлы связи. Огромные потери средств связи лишь усугубили эти проблемы, вызвав длительный хаос в управлении войсками.

23 июля 1941 года ГКО попытался разрешить эти проблемы, назначив генерал-полковника И. Т. Пересыпкина, тогдашнего народного комиссара связи, начальником войск связи Красной Армии. НКО получил распоряжение о выпуске новых инструкций для улучшения организации связи в армии.[673]Последовавший затем приказ НКО откровенно описывал существующие проблемы:

«Опыт войны показал, что неудовлетворительное управление войсками в значительной мере является результатом плохой организации работы связи и в первую очередь результатом игнорирования радиосвязи как наиболее надежной формы связи. Управление войсками, опирающееся главным образом на телефон, непрочно и ненадежно, так как при порче телефонных линий оно прекращается на продолжительный срок.

Недооценка радиосвязи как наиболее надежной формы связи и основного средства управления войсками является результатом косности наших штабов, непонимания ими значения радиосвязи в подвижных формах современного боя.

У нас в нарушение всех правил по телефонам ведутся оперативные переговоры, в открытую называются части, соединения, их задачи и дислокации, фамилии и звания начальников. Тем самым в руки врага попадают совершенно секретные сведения».[674]

Сурово критикуя все штабы за нарушение должностных инструкций, этот приказ требовал от них эффективно использовать радиосвязь и пользоваться шифровальными книгами для кодирования оперативных сообщений в строго ограниченных временных рамках. Пересыпкину было приказано установить на уровне фронтов и армий связь через аппараты «Бодо» (телетайп) и немедленно создать специальные курсы подготовки радистов.[675]Однако все это было легче сказать, чем сделать. Несмотря на все призывы и угрозы НКО, многие из описанных в приказе проблем со связью возникали и в дальнейшем.

28 июля 1941 года НКО создал Главное управление связи Красной Армии (ГУСКА)[676]и возложил на него ответственность за установление и поддержание связи между Ставкой, ее действующими фронтами и армиями с войсковыми службами и ведомствами.[677]Это новое управление использовало личный состав частей связи из расформированных стрелковых и механизированных корпусов для формирования новых частей и подразделений связи в составе существующих дивизий, армий и фронтов.

23 августа, в то время, когда приданные фронтам полки связи насчитывали 60-70 процентов от штатной численности, а армейские батальоны связи — 89-90 от штатной численности, НКО приказал армии использовать всю имеющуюся в наличии гражданскую аппаратуру для военных целей, особенно радиоприемники и передатчики, принадлежащие местным политическим и государственным органам.[678]

За осень 1941 года НКО и ИКС добились определенных успехов в усилении войск связи Красной Армии. К 1 декабря 1941 года было создано множество отдельных ремонтно-строительных, телефонно-телеграфных, проводных и радио-батальонов, телеграфно-эксплуатационных рот, батальоны проводной связи и отдельные кабельные роты. За тот же период НКС сформировал 6 ремонтно-эксплуатационных батальонов и поездов связи, 37 телеграфно-телефонных и 35 телеграфно-эксплуатационных рот, 8 строительных колонн, шесть отрядов и 135 военно-оперативных центров связи. Эти силы НКО использовал в первую очередь для создания резервных центров связи на уровне Ставки, фронтов и армий, для организации городских и областных сетей связи, а также для улучшения связи по всей стране, в структурах Генштаба и на уровне фронтов и армий.[679]

Несмотря на такое увеличение численности войск связи и расширение сети связи, в декабре 1941 года и в начале 1942 года связь во фронтах и между фронтами оставалась неровной и зачастую хаотичной — особенно по причине ликвидации летом стрелковых корпусов, из-за чего командующим армиями приходилось управлять где-то 12-15 подчиненными соединениями, что оказывалось трудной задачей. К тому же армиям не хватало аппаратуры связи для установления вспомогательных командных постов для управления этими войсками.

На дивизионном уровне обстановка выглядела ничуть не лучше — хотя реорганизованные и меньшие по численности, дивизии теперь имели лишь 12 радиостанций вместо 63, 100 километров телефонного кабеля вместо 473 и 100 телефонов вместо 32. Большую часть высвободившейся и вновь произведенной аппаратуры НКО использовал для оснащения новых стрелковых дивизий и бригад.[680]