Шпион - Артур Батразович Таболов

– Ну как? Увидеть тебя в этой камере – испугаешься. Подумал, что англичане сдали меня нашим. Ты кто?

– Тот, кем ты хочешь стать. Перебежчик.

– Ты сбежал к ним? – поразился Тасоев. – И не побоялся? Уважаю. Давно?

– В ноябре прошлого года.

– Почему?

– А ты почему?

– Надоело прогибаться перед каждой партийной шишкой. Устал. Я боевой офицер, а на меня смотрят как на вошь. Я с сорок первого года на фронте, до Берлина своими ногами дошел. Не веришь? Вот, читай, своими глазами читай.

Тасоев извлек из бумажника потертый листок и протянул Токаеву. Повторил:

– Читай!

Григорий прочитал:

НАГРАДНОЙ ЛИСТ

Фамилия, имя, отчество – Тасоев Ясон Давидович.

Звание – гвардии майор.

Должность, часть – старший помощник начальника оперативно-разведывательного отделения штаба 2-й Гвардейской штурмовой авиационной Черниговско-Речицкой Краснознаменной ордена Суворова дивизии.

Год рождения – 1909.

Национальность – осетин.

Партийность – член ВКП (б) с 1930 года.

Участие в гражданской войне, последующих боевых действиях по защите СССР и в Отечественной войне – в Отечественной войне участвует с июня 1941 года.

Имеет ли ранения, контузии – не имеет.

С какого года в Красной Армии – с 1927 года.

Каким РВК призван – Тифлисским горвоенкоматом.

Чем ранее награжден – орденом Красной Звезды 26.01.42 г.

КРАТКОЕ КОНКРЕТНОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ ЛИЧНОГО БОЕВОГО ПОДВИГА ИЛИ ЗАСЛУГ

Грамотный штабной офицер. Боевую и оперативную документацию знает, ведет ее правильно и оформляет грамотно. Получаемый из частей материал анализирует, обобщает и делает правильные выводы.

Как начальник разведывательного отделения дивизии принимал участие в Привислянской и Берлинской операциях и показал себя в оперативно-тактическом отношении хорошо подготовленным и грамотным офицером.

Комиссия 16-й Воздушной армии, проверявшая работу штаба дивизии в январе текущего года, дала положительную оценку разведслужбе дивизии.

Особенно много и продуктивно тов. Тасоев поработал в период Берлинской операции. В порядке подготовки к данной операции разведотделением были даны в полки достаточно полные данные о группировках противника на нашем участке фронта, его опорных пунктах, огневых средствах, системе ПВО, базировании авиации и другие, что не только надлежаще ориентировало части об обстановке, но в значительной мере содействовало уменьшению потерь от истребительной авиации и зенитной артиллерии противника.

ПРЕДСТАВЛЯЕТСЯ К ОРДЕНУ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ II СТЕПЕНИ.

Заместитель командира дивизии

гвардии полковник Боговицкий

– Дали? – поинтересовался Григорий, возвращая наградной лист.

– Дали! Догнали и добавили! От них дождешься! Заиграли, суки! Вот если бы ранили, тогда другое дело. А еще лучше, чтобы убили. Так ты сейчас в Англии? Где?

– Недалеко от Лондона.

– А это правда, что в магазинах в Лондоне все есть?

– Не знаю. В Лондоне я еще ни разу не был.

– Как так? – удивился Тасоев. – А где же ты?

– В загородной усадьбе. Под охраной.

– Допрашивают?

– Да.

– Пытают?

Григорий усмехнулся.

– Поработала над тобой наша пропаганда! Не пытают. Но допрашивают каждый день.

– Так и сидишь под охраной?

– Ну почему? Выпускают погулять по усадьбе. На два часа в день. Мне хватает.

– Погоди! – насторожился Тасоев. – А как ты оказался здесь?

– Да вот, оказался. Прилетел поговорить с тобой.

– О чем?

– Послушай, Ясон… Тебя ведь зовут Ясоном?.. Пойми меня правильно. Мне все равно, что ты решишь. Но моим кураторам из контрразведки очень важно, чтобы ты остался в Германии и продолжал служить, как служил. Сейчас очень неудачный момент для твоего побега. Наши не успели переварить мой уход, а тут еще ты. Два подполковника – это перебор. Наши заявят, что тебя выкрали. Поднимется шум, дело попадет в газеты. Никому это не нужно. И прежде всего тебе. С такой известностью будет непросто устроиться в Англии.

Нервное лицо Тасоева исказила страдальческая гримаса.

– Я так и думал, что будет какая-нибудь подлянка, так и знал! Ну как, как я могу вернуться?! Это трибунал за дезертирство!

– Самовольная отлучка на сутки – не дезертирство, – возразил Григорий. – Тебя сегодня же отвезут в Бремен. Никто и не заметит, что тебя не было.

– Как же, не заметит! За нами следят в десять глаз. Обязательно кто-нибудь настучит! А этим сукам из Смерша только дай!

– Повинишься. Скажешь, что загулял по пьяному делу. Сойдет.

– Ты для того и прилетел, чтобы мне это сказать?

– В общем, да. Тебя вывезут в Лондон месяца через три. Без всякого шума.

– А если я скажу нет?

Григорий пожал плечами.

– Твои дела.

– А теперь послушай меня. Тебе трудно было решиться уйти на Запад?

– Нелегко, – подтвердил Григорий.

– Ночей не спал? Вздрагивал от каждого стука?

– Случалось.

– Так почему ты думаешь, что мне было легче? И пережить это еще раз? За кого ты меня принимаешь? У меня нервы не стальные. Обыкновенные, человеческие. Еще раз такую нагрузку они не выдержат. Вот поэтому я говорю нет. В Бремен я не вернусь. Так и передай своим кураторам.

– Передам.

– Могут англичане выдать меня нашим? На верный расстрел?

– Не думаю. Они же не людоеды.

– Тогда пусть делают что хотят. Я согласен на все. Но в Бремен не вернусь! Так и скажи!

– Так и скажу, – пообещал Григорий и постучал в железную дверь камеры.

В коридоре его нетерпеливо ждал Хопкинс.

– Ну что?

– Не хотелось бы, Джордж, вас огорчать, но я не смог поспособствовать вашей карьере.

– Он отказался?

– Самым решительным образом.

– Почему?

– Сказал, что его нервы не выдержат еще раз такой нагрузки, какую он уже испытал. И я его понимаю. Не знаю, как бы я поступил на его месте. Возможно, так же.

Из кабинета начальника лагеря Хопкинс позвонил по спецсвязи в Лондон Энтони Брауну и доложил, что переговоры с подполковником Тасоевым закончились безрезультатно.

– Досадно, – помолчав, сказал Браун. – Эту проблему придется решать здесь.

– Сэр, как мне быть с Тасоевым? Я не могу оставить его в лагере.

– На чем вы прилетели в Берлин?

– На военно-транспортном «Оксфорде». Он ждет на авиабазе.

– Свободные места на нем есть?

– Да, самолет рассчитан на восемь пассажиров.

– Забирайте перебежчика и возвращайтесь в Лондон. Будем думать, что с ним теперь делать.

«Оксфорд» прилетел в Лондон во втором часу ночи. Служебная «семерка» с водителем ждала на аэродроме. Майор Хопкинс отвез обоих подполковников в усадьбу и оставил Тасоева на ночь, приставив к его комнате вооруженную охрану. Как позже выяснилось, это было серьезной ошибкой.

14

Совершенно секретно

Заместителю директора МИ-5 Брауну Э.

от майора Хопкинса Д.

Докладная записка

Сэр, информирую Вас о ситуации,