Жуков - Владимир Дайнес

Свое суждение относительно использования танковых армий при штурме Берлина высказал после войны Маршал Советского Союза А.М.Василевский. «В тесном взаимодействии с общевойсковыми эти армии прорывали 3 оборонительные полосы одерско-нейсенского рубежа, — писал он, — действовали самостоятельно при осуществлении маневра на окружение берлинской группировки с севера и юга; участвовали в штурме Берлина, сохраняя собственные полосы действий. Опыт этой операции еще раз убедительно показал нецелесообразность применения крупных танковых соединений в сражении за большой населенный пункт; они теряют здесь свои главные преимущества — ударную силу и маневренность».^[464]

21 апреля части 3-й ударной (генерал В.И.Кузнецов),

2-й гвардейской танковой (генерал С.И.Богданов) и 47-й (генерал Ф.И.Перхорович) армий 1-го Белорусского фронта, преодолевая ожесточенное сопротивление противника, прорвались на окраины Берлина и завязали сражение в городе. К исходу того же дня 8-я гвардейская (генерал В.И.Чуйков) и 1-я гвардейская танковая армии (генерал М.Е.Катуков) также вклинились в городской оборонительный обвод. 3-я и 4-я гвардейские танковые армии 1-го Украинского фронта за 19 и 20 апреля продвинулись на 95 километров и вышли на подступы к Берлину с юга. 21 апреля

3-я гвардейская танковая армия ворвалась на южную окраину Берлина, а 4-я гвардейская танковая армия вышла на южные подступы к Потсдаму. Используя их успех, общевойсковые армии ударной группировки фронта быстро продвигались на запад.

Первая весть о прорыве советских войск на окраины германской столицы была отправлена из штаба 1-го Украинского фронта:

«Москва, тов. Сталину, лично.

1.3 гв. ТА Рыбалко передовыми бригадами ворвалась в южную часть Берлина и к 17.30 ведет бой за Тельтов и в центре Ланквиц.

2. 4 гв. ТА Лелюшенко — 10 тк ведет бой в районе Зармут (10 км юго-вост. Потсдам).

22.00 22.4.45.

Конев».

Успешные действия 1-го Украинского фронта вынудили германское командование повернуть против войск Конева 12-ю армию, предназначавшуюся для сдерживания американских войск. Она должна была в районе Йютербога соединиться с пробивавшимися на запад немецкими войсками 9-й армии и частью сил 4-й танковой армии. Для нанесения удара по советским соединениям, обходившим Берлин с севера, намечалось использовать армейскую группу обергруппенфюрера СС Ф. Штейнера.

С 20 по 26 апреля части 2-й армии Войска Польского и 52-й армии (генерал К.А.Коротеев), наступавшие на дрезденском направлении, отразили сильный контрудар трех пехотных, двух танковых и одной моторизованной дивизий из района Герлица, чем обеспечили дальнейшее наступление главной группировки 1-го Украинского фронта.

Крупные соединения 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов 26–30 апреля ударами по сходящимся направлениям окружили и ликвидировали двухсоттысячную франкфуртско-губенскую группировку противника.

Однако немецкие войска, оборонявшие Берлин, продолжали оказывать ожесточенное сопротивление. 23 апреля берлинское радио передало заявление Геббельса о том, что руководство обороной города взял на себя сам фюрер, и это придает битве за столицу европейское значение. По словам Геббельса, на защиту Берлина выступило все население, а члены партии, вооруженные панцерфаустами, автоматами и карабинами, заняли посты на перекрестках улиц.^[465]

В тот же день командование 1-го Белорусского фронта предложило гарнизону Берлина сдаться, но ответа не последовало.

Тем временем возник новый объект соперничества между Жуковым и Коневым — Бранденбург, в районе которого должны были соединиться войска 47-й армии 1-го Белорусского фронта и 3-й гвардейской танковой армии 1-го Украинского фронта. Жуков, стремясь первым овладеть Бранденбургом, потребовал 25 апреля в 1 час ночи от командира 7-го гвардейского кавалерийского корпуса:

«6 мк 1-го Украинского фронта на подходе к г. Бранденбург с юго-востока.

Командующий фронтом приказал:

Одну кавалерийскую дивизию с одной танковой бригадой немедля повернуть для стремительного удара на юг с задачей занять г. Бранденбург до подхода 6 мк — к утру 25.4.45 г. Командующему 2 гв. ТА дано распоряжение о выдвижении одной тбр из г. Нацен в г. Шванебек в Ваше распоряжение. Главным силам корпуса продолжать наступление на г. Ратенов и выполнять ранее поставленную задачу. Малинин».

Несмотря на требование Жукова, первой — 24 апреля вечером — достигла Бранденбурга 4-я гвардейская танковая армия. На следующий день ее передовые части соединились в районе Кетцина, северо-восточнее Бранденбурга, с передовыми частями 47-й армии 1-го Белорусского фронта и замкнули кольцо окружения вокруг Берлина. Конев сразу направил донесение И. В. Сталину:

«Верховному Главнокомандующему Маршалу Советского Союза т. Сталину

4 гв. танковая армия Лелюшенко, развивая наступление

6 мк, овладела гор. Кетцин и в 23.30 24.4.45 г. в районе Бухов — Карпцов (6 км сев. вост. гор. Кетцин) соединилась с частями 1 — го Белорусского фронта, завершив тем самым окружение гор. Берлин с запада. 6 мк 4 гв ТА в 23.00 24.4 полностью овладел гор. Бранденбург Конев Крайнюков № исх. 205

25 апреля 1945 г. 01.00».

25 апреля войска 1-го Украинского фронта встретились на Эльбе с войсками 1-й американской армии. В это время войска 2-го Белорусского фронта форсировали Вест-Одер и прорвали оборону на его западном берегу, сковав 3-ю танковую армию противника и лишив ее возможности нанести контрудар с севера по советским войскам, окружавшим Берлин.

Отказ берлинского гарнизона сложить оружие дорого обошелся жителям столицы Германии. Днем 25-го и в ночь на 26 апреля более двух тысяч бомбардировщиков 16-й и 18-й воздушных армий нанесли по Берлину три массированных удара.

Между тем соперничество Конева и Жукова продолжалось. 3-я гвардейская танковая армия Рыбалко форсировала с ходу реку Шпрее и с ожесточенными боями продвигалась к центру Берлина. Так как разграничительная линия между войсками фронтов была изменена и проходила примерно по центру города, части Рыбалко оказались в тылу боевых порядков 8-й гвардейской и 1-й гвардейской танковой армий 1-го Белорусского фронта.

Началась неразбериха, о возможности которой Жуков предупреждал Сталина во время обсуждения плана Берлинской операции. Прошло около двух суток, прежде чем Конев обратился к Жукову с просьбой принять меры по исправлению создавшегося положения:

«Войска армии т. Рыбалко и т. Лучинского сегодня, 28 апреля 1945 г. с боями вошли правыми флангами к Антальскому вокзалу (правая разграничительная линия фронта), уступом и левым флангом ведут бой за Вильмерсдорф, Холензее. По донесению т. Рыбалко, армии т. Чуйкова и т. Катукова 1-го Белорусского фронта получили задачу наступать на северо-запад по южному берегу Лантвер канала, таким образом, они режут боевые порядки войск 1-го Украинского фронта, наступающих на север.