Палач Рима - Роберт Фаббри

С этими словами он повернулся и быстро поднялся по ступенями принципии.

— Жаль, что сегодня вечером мы с братом не сможем составить тебе компанию за ужином, — крикнул ему вслед Веспасиан. — Но так уж получилось.

— Думаю, в Риме я смогу угостить вас куда вкуснее, так что пообедаем в Риме, — ответил Пет и шагнул внутрь принципии. Веспасиан остался стоять снаружи, размышляя о гом. обрел ли он в его лице друга или просто союзника, преследующего собственные интересы.

Ровно в полдень Веспасиан, Сабин и Магн выехали из лагеря, чтобы встретиться с солдатами царицы Трифены. Впереди, под пасмурным небом, маячили три холма древнего Филиппополя. В ста шагах от городских ворот их уже ждала группа всадников. Увидев их, Магн простонал:

— Готов спорить на что угодно. Единственный фракиец, с которым я здесь подрался, едет с нами.

Среди солдат, рядом с Артебудзом, находились и два дворцовых стража, с которыми Магн подрался накануне вечером. Огромный фракиец злобно посмотрел на Магна, после чего шепнул что-то на ухо своему товарищу. Тот ухмыльнулся в ответ и кивнул в знак согласия.

— Это научит тебя быть обходительнее с местными жителями, — усмехнулся Веспасиан, — особенно с драчливыми верзилами.

— Тебе стоит вознести молитву богам, чтобы он не вздумал положить на тебя глаз, — посоветовал Сабин.

— Очень смешно, — обиделся Магн.

— Кстати, я тоже так подумал, — произнес Веспасиан, останавливая коня перед группой фракийцев. Несколько мгновений он пристально их рассматривал. Рядом со стражниками стояли еще трое фракийцев, все трое — чернобородые, в лисьих шапках, этих излюбленных головных уборах южных племен, и плотных плащах, защищающих от холода и сырости последних дней зимы. Все как один были вооружены короткими луками из дерева и кости. Луки крепились к седлу рядом с полным стрел колчаном. С поясных ремней свисали мечи. Веспасиан также заметил, что за плечами у них торчат рукоятки ромфай, знаменитых кривых мечей, — правда, сейчас те покоились в ножнах за их спинами.

Артебудз вывел коня вперед и поклонился.

— Спасибо тебе, хозяин, за то, что ты добыл мне свободу.

— Ты ее заслужил, но я тебе не хозяин. Обращайся ко мне «господин». Кстати, это касается здесь всех.

Веспасиан выразительно посмотрел на каждого из фракийцев.

— Я — трибун Веспасиан. Ваша царица доверила вам сопровождать меня, и это означает, что теперь я ваш офицер и на вас распространяется военная дисциплина. Вам понятно? — фракийцы кивнули в знак согласия. — Отлично. Насколько я понимаю, все из вас говорят по-гречески? — Вновь последовали кивки. — Нам с вами предстоит путь на север, в Мезию. Кроме вас меня будут сопровождать еще один отряд всадников и несколько легионеров. Вы не имеете права с ними разговаривать. Для них вы выполняете поручение царицы Трифены. Как только мы доберемся до места, мы приступим к поискам жреца Ротека. Я намерен схватить его и доставить в Томы, откуда морем вернусь вместе с ним в Рим. Скажите, кто-то из вас имеет что-то против?

Огромный рыжебородый фракиец презрительно сплюнул.

— Проклятый жрец! — прорычал он.

Остальные фракийцы тоже сплюнули и выругались.

— Отлично, значит, между нами по этому поводу царит согласие, — добродушно проворчал Магн.

Громадный стражник смерил его колючим взглядом.

— Я еще с тобой не закончил, римлянин. Думаю, по этому поводу между нами тоже царит полное согласие.

— Довольно! — прикрикнул на них Веспасиан. — С этого момента между нами не будет никаких драк. Любая ссора, какую вы хотели бы затеять, останется здесь, — он холодно посмотрел на стражника. — Как твое имя, солдат?

— Ситалк, — буркнул тот.

— Ситалк, господин трибун! — рявкнул в ответ Веспасиан. — Так надо отвечать!

— Ситалк, господин трибун.

— Вот так-то лучше. Итак, Ситалк, если мы хотим вернуться домой живыми, нам нужно действовать заодно, так что любые перепалки будут нам всем только во вред. Согласен, Магн вчера усадил тебя на задницу, но я не позволю, чтобы такие мелочи угрожали нашему единству. Так что нравится тебе это или нет, а свою обиду засунь куда-нибудь подальше. Ты меня понял?

Ситалк перевел взгляд с Веспасиана на Магна и почесал густую рыжую бороду.

— Да, господин трибун, я тебя понял, — произнес он наконец. — Подождем, когда все это закончится.

— Вот и отлично, — отозвался Веспасиан, понимая, что это самое большее, на что он мог сегодня рассчитывать. Потому что давить на него дальше означало бы выставить на посмешище перед остальными.

— Ждите нас здесь, пока мы не соберем весь наш отряд, — с этими словами Веспасиан развернул коня и вместе с братом и Магном галопом поскакал в лагерь.

— Тебе придется смотреть в оба за своим новым другом, — сказа он Магну, когда они, перейдя на шаг, въехали в ворота лагеря.

— Не переживай, господин. Я сбивал с ног верзил и покрупнее, чем он, — шутливо отозвался Магн. — В любом случае ты всегда можешь отослать его обратно.

— Я уже и сам подумал об этом, но другим это может не понравиться. Кроме того, как мне показалось, от него будет польза в случае рукопашной схватки.

— При условии, что он останется стоять на ногах, — со смехом добавил Сабин.

Они направились к коновязи, где застали сопровождающий их отряд почти в полном составе верхом. Завидев их, к ним навстречу выдвинулся высокий худой офицер, смуглолицый, с курчавыми, коротко стриженными черными волосами, на вид лет тридцати пяти.

— Декурион Тинос, командир турмы вспомогательной иллирийской конницы в твое распоряжение прибыл, — произнес он, салютуя Веспасиану. Его довольно сильный акцент выдавал в нем чужестранца.

— Скажи, декурион, твои люди готовы выдвинуться в поход? — спросил Веспасиан, спешиваясь.

— Да, господин трибун.

— Отлично, а где же центурион Цел?

— Я здесь, — раздался за его спиной голос.

Веспасиан тотчас обернулся и увидел, как Цел ведет к нему Варина и его трех товарищей. У всех четверых через плечо были перекинуты солдатские мешки.

— Отряд, стой! — рявкнул Цел. Легионеры тотчас замерли на месте. От Веспасиана не скрылось, что двое из них при этом поморщились от боли. У троих, тех, что помладше, запястья были перебинтованы, скрывая рубцы от веревок, которыми они были привязаны к столбам.

— Каждый возьмет себе лошадь, — продолжал тем временем Цел. — Пристегните к седлам мешки и садитесь.

Легионеры поспешили выполнить его приказ. Всем своим видом показывая неуважение к молодому трибуну, Цел отвернулся, чтобы выбрать себе лошадь, даже не сочтя нужным доложить старшему по званию.

— Центурион! — окликнул его Веспасиан.

Цел медленно обернулся.

— Центурион,