Колокола тревог - Анатолий Терещенко

При Горбачеве так и случилось — страна сошла с рельс и полетела под откос. Никого не нашлось, чтобы отремонтировать путь и поставить локомотив с собранными вагонами на рельсы и уже более осторожно двигаться к цели.

«История показала, — как писал Андрей Буровский в книге «Да здравствует «Застой!», — что этот путь — самый надежный. Может быть, Юрий Владимирович просто не успел провести страну по этому пути?

Может быть, именно поэтому он и не вышел из больницы, став опасным для «либералов»?

Думается, что оценки Андропова во многом зависят от того, как человек относится к СССР и советской власти.

Также тайной Ю.В. Андропова считается еще одна: как он — человек аналитического склада ума и тонкий психолог, не мог разглядеть в Горбачеве слабоволие и угодливость, словоблудие и глупость, что должно было насторожить любого человека такого ранга. А второе — это родословные Михаила Сергеевича и Раисы Максимовны, и, в связи с этим некоторые темные места в их биографиях. Кто-кто, а председатель КГБ должен и обязан был знать об этих фактах. А если знал, то почему молчал?

Любой оперативник помог бы проверить их по учетам и найти то, что нашлось через столько лет после трагедии со страной, виновником развала которой были, как ни странно, но чета Горбачевых. Раиса Максимовна тоже приложила усилие к тому, чтобы авторитет мужа и страны падал в лице простых граждан.

Писатель Н.А. Зенькович о родственниках Раисы Максимовны писал:

«При Сталине дед по материнской линии — Пантелей Ефимович — сидел в тюрьме, по отцовской линии — Андрей Моисеевич — был сослан и несколько лет валил в Сибири кедры и пихты, и, как сейчас выяснилось, вовсе не по политическим мотивам. Дед супруги был расстрелян в 1937 году как ярый троцкист, отец Раисы Максимовны отсидел в тюрьме как противник Сталина».

Еще раз подчеркиваю: как председатель КГБ, Ю.В. Андропов должен был знать эту информацию и соответственно прореагировать на нее.

Но, увы, генсек оставил нам только одни догадки.

Сусальное изображение Андропова известно. Он до сих пор среди огромной массы коллег автора — икона. Но давайте послушаем его приближенного — советника и помощника А.И. Вольского:

«Он был суровый человек. Никогда не интересовался личными делами подчиненных, не спрашивал: «Как семья, дети?» Ко всем обращался на «вы», по имени-отчеству. Некоторые считали его безжалостным».

Вот только своего протеже Горбачева не научил такту — тот вечно «тыкал», даже на старших по возрасту.

Как отмечали В.В. Гришин и В.М. Кириллов:

«Председатель КГБ Ю.В. Андропов, с одной стороны, вел активную борьбу с диссидентством, с другой стороны, поддерживал и даже инициировал это оппозиционное движение».

Помощник президента СССР А.С. Черняев подтверждает этот тезис в статье «Хочу сказать правду»:

«Андропов придумал диссидентское движение, раскрутил его, а потом сам же его давил и душил. Это ему нужно было, чтобы доказать своим «коллегам», что он настоящий коммунист.

В чем заключалась выгода?…демонстрировать Западу существование инакомыслия в СССР, но и для давления на консервативную часть руководства партии, а также для подготовки кадров будущих либеральных реформ».

Леонид Млечин в книге «Знаменитые самоубийства» писал:

«Андропов страдал целым букетом тяжелых заболеваний, которые заставляли его почти постоянно находиться в больнице».

Ему бы следовало давным-давно уйти на пенсию, но в советском аппарате (и только ли в советском? — авт.) этого никто не делал: пока ты у власти — ты человек, а вышел на пенсию — ты никто. Поэтому он не отказался от поста генерального секретаря, а с радостью переместился в главный кабинет на пятом этаже.

Таким образом, к власти в 1982 году пришел совершенно больной и глубоко уставший человек, который с трудом исполнял свои функции. Когда он шел, его поддерживали два охранника.

Что делает жажда власти?!

А вот откровения хирурга Прасковьи Николаевны Мошенцевой, описанные в книге «Тайны Кремлевской больницы» о жене генсека Татьяне Филипповне:

«Она не раз лежала в неврологическом отделении и непрестанно требовала уколов. Она просто придумывала себе разные недомогания и требовала наркотиков. От успокоительных уколов отмахивалась. Видимо, она привыкла к наркотикам с молодых лет. Сейчас мне кажется, что виноваты врачи. Это они уступали ее настойчивым просьбам, подсознательно трепеща пред одним именем ее мужа. Врачи и приучили ее к наркотикам».

Это вовсе не злорадство, а констатация факта трагедии в семье Андроповых.

* * *

Как известно, в середине 70-х годов Брежнев часто болел. Летом 1975 года он улетел в Крым на свою дачу в Нижнюю Ореанду. Улетел «поправить пошатнувшееся здоровье». После отдыха Леонид Ильич отлежал некоторое время в больнице.

Кремлевский доктор Е.И. Чазов при встрече с Ю.В. Андроповым поставил его в известность о том, что состояние Брежнева становится угрожающим, а потому дальше нет смысла скрывать от Политбюро ЦК КПСС ситуацию, связанную со здоровьем генсека.

Следует заметить, что Андропов был осведомлен о планах Брежнева, поставить вместо себя Щербицкого, а самому занять пост Председателя партии.

11 сентября А.С.Черняев в дневнике отмечает:

«Все заметнее недееспособность Брежнева. Вернулся из отпуска еще 29 августа, но нигде еще не появился, и в ЦК его не чувствуется. А поскольку все сколько-нибудь существенное замкнуто на него, дела стоят».

Все чаще и чаще члены Политбюро в душе возмущались неработоспособностью генсека, а некоторые из них начали действовать.

Как известно, Брежнев после Крыма некоторое время лечился в ЦКБ. К нему тут же явился Н.В. Подгорный, однако Е.И. Чазов заявил председателю Президиума Верховного Совета СССР, что генсеку нужен покой, а если Политбюро интересуется состоянием здоровья Брежнева, то он готов представить соответствующее заключение консилиума профессоров. Гостью пришлось удалиться, не получив желаемого ответа. Этот визит был не случайным.

Так Г.И. Воронов вспоминал:

«Подгорный мне говорил: «Мы пытались Брежнева убрать…и поставить официально вопрос на пленуме».

Как писал Александр Островский:

«Мы не знаем, называл ли Н.В. Подгорный Г.И. Воронову, кто именно пытался убрать Л.И. Брежнева. Единственно, что следует отметить, подготовка отставки генсека была невозможна, если в ней не участвовали спецслужбы.

Из интервью Г.И. Воронова явствует, что Ю.В. Андропов (который, как мы знаем, накануне считал необходимым смещение Л.И. Брежнева с поста генсека) прямо или через посредников был посвящен Н.В. Подгорным в его намерения…