Женщины Девятой улицы. Том 2 - Мэри Габриэль

Виллем де Кунинг, Элен де Кунинг, Людвиг Сандер, Нэнси Уорд и Франц Клайн приглашают Вас на вечеринку с крокетом в Бриджхемптоне, в «Красном доме» на шоссе Монток, в субботу, 7 августа, с 15:00 до 19:00.

Будут закуски и напитки^[2109].

Но ничто в «Красном доме» не могло быть «простым» и «очередным». К подготовке и организации мероприятия хозяева отнеслись не менее тщательно, нежели к постановке спектакля в «Театре художников» Джонни Майерса и Герберта Мачиза. Режиссером в этом случае была Элен. Она попросила Франца, Билла и Луца сделать сотни больших бумажных цветов, которые расставили по всему участку^[2110]. Де Кунинг покрасил три сиденья в уличном туалете под красный, черный и белый мрамор (спустя несколько десятилетий этот объект был выставлен на аукционе за 60 тысяч долларов, но безуспешно). Там же он повесил полки для свечей^[2111]. Устроители вечеринки закупили алкоголь на 200 долларов; бутылки они выставили на длинном столе (во время гулянья на него усядется полная дама, и дорогая стеклянная тара каскадом повалится на пол). Нэнси приготовила сотню бутербродов с плавленым сыром и огурцом, а Элен — салат из картофеля и тунца. Свежие фрукты лежали в раковине, а яйца, сваренные вкрутую, — на тележках. В утро дня вечеринки Билл подготовил на лужайке поле для крокета, а Нэнси и Элен развесили на кустах и деревьях бумажные цветы. А потом у де Кунинг возникла еще одна идея. Цветы должны благоухать. И она бросилась в город покупать флаконы дешевых духов, которые распылила на бумажные лепестки^[2112]. Наконец, приготовления были закончены. Нэнси в маленьком черном платье и Элен, одетая как провинциальная дамочка, вся в оборках из дешевого магазина и в развевающейся юбке, в середине прекрасного погожего дня ожидали прибытия гостей на лужайке перед домом^[2113].

И вскоре они появились. Автомобили выстроились по обе стороны шоссе Монток. Люди, выходя из них, уже пешком потоками стекались к «Красному дому». Среди них были как приглашенные гости: художники, писатели, критики, коллекционеры, галеристы или друзья хозяев, — так и незнакомцы. Они шли на зов двух перекрикивавших друг друга патефонов (один играл в доме, другой — снаружи). Кроме того, непосвященной публике было интересно, что за массовое мероприятие происходит перед старинным особняком времен Гражданской войны^[2114]. К гостям предъявляли одно-единственное требование — оставить за дверью любые запреты. И все выполняли его с огромной радостью.