Громыко - Святослав Рыбас

В итоге Сталин предпочел отступить, сославшись на условия союзного договора.

30 сентября, после получения условий Мюнхенского соглашения, министр Крофта объявил Ньютону и де Лакруа, что Чехословакия принимает диктат.

В этот же день в Мюнхене Гитлер, Муссолини, Даладье и Чемберлен подписали соглашение, по которому Чехословакию обязывали в период с 1 по 10 октября очистить Судетскую область со всеми укреплениями, сооружениями, путями сообщений, фабриками и запасами оружия, а также в течение трех месяцев удовлетворить территориальные претензии Венгрии и Польши. Оставшаяся часть территории Чехословакии получала гарантию неприкосновенности со стороны четырех держав — участниц Мюнхенского соглашения.

В 2 часа 15 минут свои подписи под соглашением поставили представители Чехословакии.

Теперь об угрозах Чехословакии со стороны Польши. 23 сентября Москва предупредила Варшаву о том, что вступление ее войск в ЧСР приведет к денонсации польско-советского договора 1932 года о ненападении. В тот же день поляки ответили: «Меры, принимаемые в связи с обороной Польского государства, зависят исключительно от правительства Польской республики, которое ни перед кем не обязано давать объяснения».

25 сентября в Париже на встрече послов Польши и США польский дипломат Лукашевич не исключил возможность «русской атаки» на Польшу. Он пообещал, что в течение трех месяцев Германия и Польша обратят Красную армию в «дикое бегство».

30 сентября в 23 часа 40 минут польский посланник в Праге вручил ультиматум министру иностранных дел ЧСР Камилу Крофте. Варшава требовала до полудня 1 октября начать поэтапную передачу Польше Тешинской области и в течение десяти дней завершить ее.

Поляки были готовы к силовой акции. 21 сентября 1938 года маршал Э. Рыдз-Смиглы издал приказ о формировании отдельной оперативной группы «Силезия» («Шльонск»), перед которой ставилась задача достичь состояния боевой готовности к 1 октября. На завершающем этапе формирования в группу входили 28 236 человек рядовых, 6208 младших командиров, 1522 офицера, 112 танков, 707 грузовых автомобилей, 8731 лошадь, 176 радиостанций, 459 мотоциклов.

Параллельно шла подготовка и к проведению диверсий на территории ЧСР. 15 сентября в Катовице для координации действий подпольщиков прибыл чиновник польского МИД В. Залеский. 23 сентября был издан приказ о начале ведения диверсионной деятельности. Схема действий краевых отрядов была следующей: они пересекали границу, нападали на посты чешской армии, жандармерии, школы, вокзалы, почты, а затем возвращались назад. Характер деятельности территориальных групп зависел оттого, получили ли они оружие… Если группа не имела оружия, ее члены громили полицейские участки, школы, взрывали в кинотеатрах петарды и т. д. После получения оружия характер деятельности менялся: совершались нападения на чешских жандармов, военные посты, уничтожались общественные и государственные здания.

Далее события развивались так. 22 сентября польское и венгерское правительства предъявили Праге ультиматум с требованием о передаче Польше и Венгрии территорий, на которых проживали польские и венгерские национальные меньшинства. «Польша с жадностью гиены приняла участие в ограблении и уничтожении Чехословацкого государства», — прокомментировал поведение Варшавы Уинстон Черчилль.

В итоге Польша прирезала к своей территории Тешинскую и Фриштатскую области в Силезии, не подозревая, что вскоре и ее ждет оккупация.

6 ноября часть чехословацкой территории в Закарпатской Украине захватили венгры, опираясь на решение Первого Венского арбитража министров иностранных дел Германии и Италии.

Обратим внимание на такой факт: госсекретарь США Корделл Хэлл заявил, что результаты Мюнхенской конференции вызывают «всеобщее чувство облегчения». В то время руководство США проводило политику изоляционизма, предпочитая не вмешиваться в европейские конфликты. (13 октября было заключено соглашение нефтяной компании «Стандарт ойл» с концерном «И. Г. Фарбенидустри» о создании американо-германского общества по производству синтетического бензина.)

10 декабря, уже после Мюнхена, посланник ЧСР во Франции Штефан Осуский констатировал перемену в позиции гарантов территориальной целостности страны: «Относительно Франции считаю своим долгом обратить внимание на то, что… здесь выработалось такое отношение к Чехословакии, словно она уже стала колонией Германии. Подобные настроения существуют также в Англии и Америке… В этих обстоятельствах самым решительным образом советую, чтобы чехословацкое правительство поторопилось с переговорами с Германией и Италией о гарантии чехословацких границ. Мы уже потеряли много времени, положение для нас ухудшилось и постоянно ухудшается. И теперь стало ясно: если в скором времени не будет организована гарантия чехословацких границ, то вся идея международных гарантий этих границ отпадет».

Идея международных гарантий новых границ республики окончательно отпала очень скоро — в марте 1939 года, когда Гитлер оккупировал оставшуюся часть Чехословакии.

Что же произошло? Почему все же СССР резко изменил свои планы и отказался защищать Чехословакию в новых условиях? И самое главное, располагал ли он иными вариантами действий?

Ответы можно увидеть в следующих документах.

Дневниковая запись, сделанная министром иностранных дел Франции Ж. Боннэ:

«27 сентября 1938 г.

Совет министров, утро 27 сентября. Затяжные прения. Указываю, что, начиная с июня месяца, мы дважды предупреждали чехов, что ни в коем случае не сможем вступить в войну и что поддержим их только дипломатическим путем, самое же большое — мобилизацией нескольких контингентов.

Никогда дипломатическая ситуация не складывалась хуже, чем сейчас, а у нас к тому же нет авиации. На наземном театре военных действий Англия не может оказать нам сейчас сколько-нибудь серьезную помощь; ее авиация едва становится на ноги. Всеобщая мобилизация имела бы смысл только в случае решимости участвовать в военных действиях».

То есть надежд на Францию, сильнейшую военную державу Европы, не осталось ни малейших.

Телеграмма полномочного представителя СССР в Чехословакии С. С. Александровского в Народный комиссариат иностранных дел СССР:

«1 октября 1938 г.

Гусарек сообщил мне дополнительно, что на заседании совета министров было ясно и точно сформулировано также такое утверждение: в Мюнхене Гитлеру удалось убедить Чемберлена и Даладье, что в данной ситуации большую опасность для мира в Европе представляет не он, а СССР, который объективно является большевистским форпостом и может сыграть роковую роль поджигателя новой войны. Следовательно, это убеждение явилось не формальным, но фактическим основанием для создания блока четырех против СССР. Если Чехословакия сегодня будет сопротивляться и из-за этого начнется война, то она сразу превратится в войну СССР со всей Европой. Возможно, что СССР и победит, но Чехословакия так или иначе будет сметена и будет вычеркнута с карты Европы. Эти утверждения сыграли большую роль в деле принятия правительством прямого решения. Массы спонтанно вышли на улицу, однако общее настроение подавленное. Акты сопротивления завтра вполне возможны, но, пожалуй, как акты отчаяния».