Барклай-де-Толли - Сергей Нечаев

В то время, когда в Санкт-Петербурге праздновали взятие Свеаборга и уже считали Финляндию покоренной, дела реально обстояли самым дурным образом.

Исключая береговую часть от Гамле-Карлеби вниз до русской границы, почти вся Финляндия находилась под контролем шведов. На Аландских островах готовился заговор к изгнанию русских, и когда 24 апреля туда прибыли военные суда из Швеции, островитяне восстали. В результате малочисленный, не более шестисот человек, отряд полковника Н. В. Вуича был вынужден сдаться.

Это очередное поражение почти совпало с конфузом контр-адмирала Н. А. Бодиско, который с отрядом в 1800 человек незадолго до того занял остров Готланд. Три недели русские спокойно здесь простояли, но потом появился шведский флот — пять линейных кораблей с пятью тысячами солдат на борту. К ним тут же присоединились все жители острова, способные носить оружие, и русский контр-адмирал, созвав военный совет, вынужден был 3 мая согласиться на предложенную шведами капитуляцию. В итоге русский отряд, сдав шведам оружие, вернулся в Россию, сохранив свои знамена, но при этом дав честное слово ровно год не воевать против Швеции и ее союзников.

Между тем отряды русских войск, действовавшие на севере Финляндии, были вынуждены отойти к Куопио.

Реакция Санкт-Петербурга была крайне резкой: генерал Н. А. Тучков 1-й за слабые действия против графа Клингспора и отступление и полковник Н. В. Вуич, не защитивший Аландских островов, оказались под следствием; контр-адмирал Н. А. Бодиско, оставивший без боя Готланд, предстал перед военным судом.

Генерал А. И. Михайловский-Данилевский по этому поводу пишет:

«Военный министр граф Аракчеев и морской министр Чичагов, желая каждый оправдать себя в потере Готланда, обвиняли в том друг друга. Чичагов говорил, что отправленное на Готланд войско было ненадежно, состоя большей частью из рекрутов, а граф Аракчеев возражал, что причина неудачи находилась в том, что мы не имели морской силы для воспрепятствования высадки шведов. Кончилось тем, что Бодиско остался жертвой взаимной вражды министров. Он и призванные им на совет офицеры преданы были суду с отнятием шпаг» [93. С. 104].

В конечном итоге Тучков и Вуич были оправданы, а Бодиско разжаловали в матросы; вскоре, однако, он был помилован государем, лично рассмотревшим дело, и ему были возвращены чин и ордена.

У Фаддея Булгарина читаем:

«Кто был виноват во всех наших неудачах? В первых числах апреля, по показанию А. И. Михайловского-Данилевского (писавшего историю войны по официальным документам), всех войск в Финляндии было 23 000 человек. Из этого числа 9054 человека под начальством графа Каменского стояли перед Свеаборгом, занимая уступленные нам острова, в крепостях Гангоуде [Гангут. — С. Н.]. и Свартгольме, а 5845 человек под начальством князя Багратиона расположены были на пространстве 500 верст, от Або до Васы и Тавастгуса. Около 800 человек было на Аландских островах с Вуичем, следовательно, исключая больных, 15 000 человек были в бездействии, и генерал Тучков 1-й с отрядом в 6000 человек (считая в том числе отряд Булатова) должен был вытеснить из Финляндии Клингспора с 13 000 регулярного войска и занять Улеаборг. Таково было предписание, данное главнокомандующим генералу Тучкову, и за неисполнение предписания он был лишен командования отрядом и отдан под военное следствие.