Владимир Мономах - Борис Васильев

После неожиданного нападения с тыла, когда предназначенную ему стрелу принял на себя Ратибор, Мономах начал испытывать чувство тревоги и неопределенности. Он повелел остановиться, осмотреться, разослать разведчиков.

Прошли сутки, потом еще полночи — и перед рассветом у мызы неожиданно появились Добрыня и Ратибор.

Неспавшие зашумели, обрадовались, захлопали их по плечам… А Мономах вздохнул с облегчением:

— Слава Тебе…

Обнял своих друзей и личных охранников и удержал Ратибора, который норовил опуститься перед ним на колени.

— Что же вы на дороге торчите? — с неудовольствием заметил Добрыня. — Очередных стрел из кустов ждете, что ли? Всем на мызу! Сейчас охрана подойдет… — командовал новый потомственный дворянин.

Чуть улыбнулась денница, чуть дрогнул рассвет, когда хорошо вооруженный отряд лазутчиков князя кривичей подошел к дороге на Кронборг. Командир отряда приказал всем, кроме Мономаха, уйти на мызу, которую тут же оцепил плотным кольцом своих подчиненных. Подошел к Смоленскому князю, протянул ему свой плащ:

— Надень плащ и накинь капюшон, князь. И выйди на дорогу, где стоял. К тебе подойдут.

— Кто подойдет?

Командир не ответил — только поклонился с почтением.

Владимир был несколько растерян: слишком уж много событий свалилось на него за последние дни. И неожиданная стрела из кустов, и ранение верного Ратибора, и потеря прямой связи с посольским обозом в Копенгаген, и внезапное появление Добрыни и Ратибора, и этот плащ, капюшон, эта таинственность…

Он надел плащ, накинул капюшон и вышел на дорогу.

Рослый мужчина в капюшоне, скрывавшем лицо, вынырнув из кустов, шагнул ему навстречу.

— Здравствуй, побратим.

— Свирид?!

— Обниматься не будем, везде глаза. Главное — слушай. Впереди, в гирле между болотами, тебя ждет засада, в добрую сотню раз превышающая все твои мечи и копья.

— Так. Но…

— Никаких но. Как только засада развернется, ей в тыл ударят всадники кривичей, а с флангов — мои разведчики.

— А я буду сидеть на этой мызе?

— Хорошо, что вовремя напомнил. Я заберу у тебя своего… мне нужен хороший командир одного из флангов…

— Кстати, как его зовут, Свирид? Как все-таки его имя?

— Если кто-нибудь узнает его имя, его очень скоро убьют.

— Кто?.. Я не позволю…

— А тебя никто и не спросит, брат, — вздохнул побратим. — Бывают такие имена, за которые сразу же убивают.

Мономах вздохнул:

— Странно…

— В мире есть много такого, что и не снилось нашим мудрецам, — усмехнулся Свирид. — Когда начнется бой, пошлешь к перешейку меж болотами Добрыню со всеми твоими людьми. Кроме Ратибора.

— Почему же Добрыня, а не я сам?! — обиженно вскинулся Владимир.

— Да потому, что ты, лично ты, Владимир Мономах, должен освободить Английскую королеву Гиту.

Мономах промолчал.

— Так что сиди и не рыпайся, пока за тобой Добрыня не вернется.

Мономах помрачнел, потоптался.

— Я хотел…

— Ступай, побратим.

Мономах вздохнул и послушно поплелся на мызу.

— Мечтатель! — усмехнулся ему вслед Свирид.