Тайны Средневековья - Игорь Можейко

Ланкастер был сюзереном графа Уоррена, и поэтому, когда он восстал против Эдуарда II, Роберту Гуду ничего не оставалось, как идти в армию мятежного герцога.

Армия Ланкастера, состоявшая из тысячи лучников и тысячи копейщиков, встретилась в сражении с войсками короля 16 марта 1322 года. Сам герцог попал в плен, и ему отрубили голову. Большинство его сторонников уплыли через пролив во Францию, а все рядовые воины Ланкастера были объявлены вне закона.

Гражданская война ужасна тем, что выхода у семьи Гудов не было. Убежать некуда — семья, дети, хозяйство... Оправдаться невозможно. Кто тебя будет слушать?

И вот в 1322 году пятикомнатный дом лесничего был конфискован, земля и скот взяты в казну. Так в одночасье рухнуло скромное благосостояние лесничего и его сына. Но так как имен владельцев в документах не упоминается, а говорится лишь о «строении из пяти комнат, недавно построенном на холме Вичил близ Уэйкфилда», а ведь именно на строительство этого дома Адам Гуд брал ссуду в два серебряных шиллинга, то нельзя сказать наверняка, был ли еще жив лесничий Адам, или главой семейства стал Роберт Гуд.

Раз дом был конфискован, хозяйство захвачено, то и самому Роберту грозила смерть. Гражданская война — вещь жестокая. И ему ничего не оставалось, как последовать примеру других беглецов и скрыться в лесу. Что же за лес начинался за домом Гудов? Где служил лесничим Адам Гуд?

Этот лес назывался Барнсдейл.

Но причем тут Шервудский лес? — спросите вы.

А при том, что Барнсдейл расположен к северу от большого, длиной в тридцать миль, Шервудского леса и соединен с ним перелеском. То есть от Уэйкфилда можно, не покидая леса, добраться до самого Ноттингема, и займет такое путешествие целый день. Если выехать верхом на рассвете, то лишь к темноте доберешься в крупный город Ноттингем.

Следовательно, мы можем предположить, что наш герой летом 1322 года скрылся в лесу и возглавил там банду подобных себе беглецов и прочих гонимых людей.

В Англии, раздираемой смутой и междоусобицей, было немало бандитов. Все они прятались в лесах и, разумеется, нарушали лесные законы.

Так что местные власти, например представитель короля шериф Ноттингемский, обращались с разбойниками и браконьерами крайне сурово. Их даже не судили: вешали в Ноттингеме — и дело с концом.

Но это не помогало. Разбойники не переводились. Пока сама жизнь плодила несчастных, разоренных беглецов, королевские леса были опасным местом и для людей, и для оленей...

Правивший тогда Англией король Эдуард II, ровесник Роберта Гуда, был младшим сыном Эдуарда I и оказался на троне совершенно неожиданно для себя из-за смерти старшего брата. Он продолжал вести вольную жизнь принца без обязанностей, окружил себя любимцами, которые грабили страну, обожал охоту, играл на лютне, неплохо плавал, но полководцем был никуда не годным. А самый главный недостаток веселого короля заключался в том, что он не учился на ошибках и все время наступал на одни и те же грабли. Наконец его французская жена, вышедшая за него в двенадцать лет, возглавила заговор против Эдуарда и приказала, победив, замучить мужа в тюрьме. За это она на века получила прозвище «французская волчица».

Но это дело будущего, а пока суд да дело, Эдуард веселился, разъезжая по своим владениям. И как-то он решил побывать в северных графствах, где еще оставалось немало сторонников Ланкастера, чтобы посулами и щедростью перетянуть их на свою сторону. В те времена Роберт Гуд был уже широко известен под именем Робина и его боялись настолько, что даже королевские солдаты не смели углубляться в Шервудский лес. Как говорится в рукописи того времени, один из лесничих предложил королю переодеться аббатом, а охрану преобразить в монахов, чтобы пересечь Шервудский лес безбоязненно. Иначе надо было бы вести за собой целую армию.

Королю идея понравилась. К тому же ему хотелось встретиться с разбойником, которого не могли одолеть люди шерифа.

Все получилось, как того хотел король. Разбойники встретили лжемонахов, отвели их к старому дубу, и король познакомился с главарем. Судя по сочинениям того времени, король Англии (но не Ричард Львиное Сердце) провел вечер у костра Робина Гуда, который, видно, сразу узнал короля — вряд ли тому удалось убедительно притвориться аббатом, — но кинулся ему в ноги только после ужина. Роберт раскаялся, молил о прощении, получил это прощение и, более того, точно как в легендах, отправился за королем в Лондон и стал ему там верно служить.

С апреля по ноябрь 1324 года в платежных ведомостях королевского двора (а они в старой доброй Англии сохранились за много веков) удалось отыскать ежемесячное упоминание имени «Робина Гуда», который состоял в личной охране Эдуарда. А в записи от 22 ноября 1324 года говорится: «По повелению Его Величества короля выдать Робину Гуду, бывшему гвардейцу, 5 шиллингов, ввиду того что он более не служит во дворце».

С конца ноября Робин Гуд, который, видно, не выдержал упорядоченной жизни во дворце, исчезает из документов навсегда. Он вернулся в свой лес и через несколько лет умер. Можно поверить балладам, которые утверждают, что настоятельница Кэрклисского монастыря, двоюродная сестра разбойника, когда тот занемог, пустила ему кровь так, что он истек кровью и перед смертью лишь успел в последний раз натянуть тетиву своего знаменитого лука и пустить стрелу. Где она упадет, там его и следовало похоронить. Что его друзья и сделали.

Мне приходилось читать, что смерть разбойника наступила в 1346 году, когда он, по меркам того времени, был уже стариком. Вроде бы об этом есть запись в церкви Кэрклисского монастыря.

Если же обратиться к бесчисленным повестям о Робине Гуде, которые начали появляться уже в XIV веке, то все их авторы сходятся в одном. Робин Гуд был простолюдином, свободным крестьянином и, что очень важно, англичанином, а не норманном. Ведь в то время большинство баронов и герцогов королевства были норманнами по происхождению. Они даже английского языка не знали и презирали англосаксов. К тому же все сочинители, как один, утверждают, что Робин Гуд был лучшим стрелком из лука в графстве, если не во всей Англии. А большой лук был главным оружием английской армии того времени. Лучники родом из охотников, браконьеров и разбойников не раз громили французскую рыцарскую армию. Стрела, выпущенная из такого лука, легко пробивала рыцарские латы.

Английский лучник, поднявший руку на жестокие лесные законы норманнских завоевателей, стал героем Англии.