Рейдер времени (ЛП) - Эдмонд Мур Гамильтон

Ацтек покачал головой и впервые за время все разговора нарушил молчание.

— Это невыполнимо, — произнес он на четком, но при этом странно отрывистом английском языке. — Как-то раз я побывал на храмовой крыше и поэтому знаю, о чем говорю. Единственный путь на крышу, — это узкая лестница, что вьется по внутренним стенам храма. И она проходит прямо через логово Рейдера!

— Что же в таком случае нам делать? — спросил англичанин. — Было бы безумием пытаться похитить одно воздушных судов канларов, поскольку они всегда садятся и взлетают с крыш зданий, а нам ни за что не удастся добраться до них незамеченными.

Лэнтин нарушил повисшее молчание.

— Но допусти, что в холмах за городом спрятано воздушное судно, — сказал он. — Это облегчило бы дело, верно?

Когда четверо воинов согласились с ним, он быстро продолжил:

— У нас с Уилером как раз имеется такая машина, — произнес Лэнтин. — На ней-то мы и прибыли сюда из нашего времени.

Вся четверка обратила к Лэнтину жадные, недоверчивые взгляды.

— Вы хотите сказать, что перенеслись из своего времени в эту эпоху на машине? — спросил Денхэм. — Что явились сюда не по воле Рейдера, как было с каждым из нас, а своим ходом?

Лэнтин утвердительно кивнул, после чего вкратце описал похищение Кэннела, нашу погоню сквозь время и то, как впоследствии, неподалеку от города, мы угодили в плен к стражникам. Четверо воинов зачарованно внимали ему. Когда Лэнтин закончил, д'Алорд с легким благоговением в голосе спросил:

— И вы сами построили сей механизм? Выходит, вам удалось разгадать тайну Рейдера — тайну путешествий во времени?

— Да, именно так, — ответил ему Лэнтин. — Мы построили времямобиль и отправились вслед за Кеннелом.

— Боже! — воскликнул солдат. — Так это же наш шанс! Шанс на свободу! Если всем нам удастся вырваться из этой ямы, сбежать из города и добраться до вашей машины, мы сможем вернуться на ней назад, каждый в свое родное время. Назад во Францию!

— Нет! — решительно произнес Денхэм. — Во-первых, не все мы сможем выбраться из пещеры. У меня есть план, согласно которому уйти удастся лишь некоторым — остальные должны остаться здесь. И еще кое-что, д'Алорд. Даже если каждый из нас возвратится в свое время, как мы можем быть уверенны, что Рейдер не последует за нами и не сцапает нас вновь, как это было с Кеннелом, о котором нам рассказывали Уилер и Лэнтин? Насколько мы знаем, Рейдер мог оставить на нас некий знак или клеймо, посредством которого у него получится выследить нас сквозь столетия. Вот и получается, что, пока Рейдер не будет уничтожен, нам нет никакого смысла возвращаться в родное время.

— Но что же нам тогда делать? — спросил француз.

— А вот что, — сказал Денхэм. — Мы четверо поможем Лэнтину и Уилеру сбежать из пропасти. Согласно моему плану, успешный побег ожидает лишь двоих: более крупный отряд могут заметить в городе наверху. Наша четверка должна будет дать этим двоим возможность начать восхождение по лестнице — я объясню позже, каким образом. А поскольку сбежать могут лишь один или двое, теми двумя, кто предпримет такую попытку, должны стать Лэнтин и Уилер, ведь только они знают, как управлять машиной и где она спрятана.

Если у них выйдет добраться до машины, они через льды помчатся на юг и, предупредив жителей Кома о планах канларов, вернутся с силами, достаточными, чтобы навеки сокрушить Рейдера и канларов. Затем они вытащат нас из пропасти.

— Неплохой план, — одобрил центурион. — Мы четверо должны остаться, а они — уйти. Когда ты думаешь рискнуть? — спросил он англичанина.

— Нужно дождаться наступления безлунной ночи, — ответил Денхэм. — Темнота сыграет на руку нашему предприятию. Восьмая ночь, начиная с сегодняшней, будет в самый раз.

— Погоди-погоди… — нетерпеливо проговорил француз. — А как ты собираешься подняться по лестнице?

— Сейчас расскажу, — произнес англичанин и приступил к объяснениям. — Мы должны изготовить из металла тяжелый абордажный крюк и запастись длинной прочной веревкой. В ночь, избранную для нашей попытки к бегству, мы четверо соберемся у лестничных врат, в то время как Уилер и Лэнтин займут позицию у края площади, прямо под нижним витком винтовой лестницы. Затем, крича и сражаясь, наша четверка устроит возле ворот беспорядки, дабы отвлечь на себя внимание стражников по ту сторону решетки. Когда волнение достигнет наивысшей точки, и люди рядом с позицией Лэнтина и Уилера бросятся в направлении беспорядков, как они всегда здесь и делают, Уилер забросит абордажный крюк на лестничный изгиб у него над головой. Если удача улыбнется нам, крюк зацепится, и Уилер сможет взобраться по веревке на лестницу, после чего втащит туда Лэнтина. Оказавшись выше ворот и стражников, эти двое получат возможность подняться по лестнице.

— А как же стражники наверху? — возразил д'Алорд. — Как их миновать? И что насчет металлического пола, что накрывает шахту? Он ведь будет задвинут. Как они сквозь него пройдут?

— Нет, — сказал Денхэм. — Если мы устроим у входа на лестницу достаточно большой переполох, стража по ту сторону ворот встревожится и вызовет подмогу. У них имеется сигнальная система для связи с поверхностью, и если они решат, что здешняя орава намеревается штурмовать ворота, те, кто наверху, откроют шахту, сдвинув в сторону храмовый пол, и пошлют вниз отряд стражников, чтобы отразить атаку на ворота. Так как шахта будет открыта, а стражники уйдут, Лэнтину и Уилеру не составит труда выбраться на поверхность и пройти через город к своей машине.

— Но мы же столкнемся по пути с теми стражниками, что спустятся по лестнице! — воскликнул я.

— А вот и нет, — заверил меня Денхэм. — Когда их товарищи внизу просят о помощи, стражники наверху не спускаются по лестнице: это заняло бы у них слишком много времени. Стражники разматывают длинные веревки-тросы, сбрасывают их с края шахты, так, чтобы они свешивались точно к подножию лестницы, затем застегивают на себе что-то вроде упряжи, и, закрепив (при помощи особых шкивов) эту упряжь на тросах, за считанные минуты съезжают к основанию лестницы. За то время, что я пробыл здесь, беспорядки возле ворот вспыхивали дважды, и оба раза стражники, воспользовавшись этим способом, со свистом соскальзывали вниз, чтобы усмирить бунтовщиков.

— Стражников можно назвать кем угодно, — добавил