Шереметевы. Покровители искусств - Сара Блейк

Младший сын, Александр Шереметев, унаследовал усадьбы Ульянка, Вороново и Александрино.

Сначала, как и большая часть его родственников, Александр избрал военную службу. Он окончил Пажеский Его Императорского Величества корпус и стал адъютантом главнокомандующего войсками гвардии и Петербургского военного округа, затем шталмейстером двора, офицером для особых поручений при Военном министерстве, флигель-адьютантом и майором свиты.

Но истинной его страстью была музыка. Он брал уроки фортепиано у Теодора Лешетицкого и уроки вокала у Ивана Мельникова, а затем основал частный оркестр, который с 1898 года начал давать «народные» – то есть общедоступные – симфонические концерты.

Поскольку Александр принадлежал к состоятельной семье, то он, как и другие Шереметевы, занимался благотворительностью, которая также носила музыкальный характер. В 1908 году пожертвовал 20 000 рублей на учреждение стипендий имени Н. А. Римского-Корсакова в Петербургской консерватории. По его инициативе в Петербурге были установлены мемориальные доски Александру Даргомыжскому, Милию Балакиреву, Александру Серову и Модесту Мусоргскому.

Император, оценив его старания и явные организаторские способности, доверил ему руководство Музыкально-историческим обществом Санкт-Петербурга, концерты которого составляли заметное дополнение к музыкальной жизни российской столицы: благодаря этому обществу, в Петербурге звучали произведения таких авторов, как Ян Сибелиус и Рихард Штраус, а в 1913 году по инициативе Шереметева в город приехала Фелия Литвин, чтобы исполнить партию Кундри в опере Рихарда Вагнера «Парсифаль». Это была премьера оперы в России, и прошла она с большим успехом. Долгое время в свете только и разговоров было о несравненной Литвин и о том, как хороша стала культурная жизнь Петербурга благодаря Шереметеву.

Несомненные таланты Шереметева вскоре позволили ему занять должность начальника Придворной певческой капеллы – старейшей профессиональной музыкальной организации, которая была основана еще Иваном III как Хор Государевых певчих дьяков в Москве.

Александр и сам был выдающимся композитором. Особенной популярностью пользовались херувимские песни – «Милость мира», «Достойно есть», «Ныне силы небесные», а из светских сочинений – «Патетическая фантазия» и похоронный марш для оркестра.

Александр был женат на фрейлине графине Марии Федоровне Гейден, дочери графа Федора Логгиновича Гейдена, генерал-губернатора княжества Финляндского. У них родилось четверо детей – Елизавета, Дмитрий, Александра и Георгий.

Графиня Александра Александровна впоследствии вышла замуж за своего дальнего родственника, Сергея Владимировича Шереметева. Он был из нетитулованной московской ветви Шереметевых и, кроме того, весьма беден. Его мать – графиня Елена Строганова – совершила такой же мезальянс, выйдя замуж за человека без титула. Так же как и его бабушка, Великая княгиня Мария Николаевна, урожденная герцогиня Лейхтенбергская, когда вышла за графа Григория Строганова, которого в свете никто даже не признавал ее мужем.

Что заставило дочь одного из известнейших и богатейших людей того времени выбрать в мужья такого человека? Вероятно, она попросту без памяти влюбилась – Сергей был весьма хорош собой, с особым изяществом носил военную форму и был весьма обходителен, а его сестра Софья была на дружеской ноге со всем императорским двором.

Тем не менее, Сергей Владимирович, помня, что он внук Великой княгини, тяготился своим нетитулованным происхождением, и ему брак с Александрой сулил сплошные выгоды.

Жену он не любил, и уже после революции, находясь в эмиграции и решив именовать себя Шереметевым-Строгановым, развелся с ней и женился на американке. Графиня Александра тоже долго не оставалась одна. У Сергея и Александры Шереметевых родился только один ребенок – сын Никита, который последовал за родителями в эмиграцию.