Маркус Вольф. "Человек без лица" из Штази - Ноэль Воропаев

Здесь мне придётся возразить уважаемому автору, который, полагаю, просто по журналистской привычке – для красного словца – покрыл разведдеятельность колером «приятного ощущения полного контроля над миром». Конечно, у разведки СССР не было такой неподъёмной задачи – установить контроль над миром: она обеспечивала информацией руководство компартии. «Приятные ощущения» всё же были, когда наша работа объективно оценивалась как нужная и полезная стране. В этом нет ничего удивительного: вряд ли можно встретить человека, лишённого честолюбия.

Другое дело, что при Крючкове В. А. ПГУ как любой другой советский государственный аппарат было в известной мере бюрократизировано, в том числе и КГБ.

Можно привести из книги Леонида Млечина в связи с этим такую характеристику В. А. Крючкова, которая отвечает на вопрос, почему разведка была при нём бюрократизирована:

«Бывший начальник разведки ГДР генерал Маркус Вольф считает, что назначение Крючкова начальником разведки было логичным, но не очень мудрым. С его точки зрения, Крючкову не хватало не столько профессионального опыта, сколько глубины понимания происходящего, да и по натуре он не был лидером. Без непосредственных указаний своего наставника Андропова он терялся».

Если сказать лаконично, дело в том, что у В. А. Крючкова был опыт аппаратной, бюрократической работы – он его и применял в ПГУ, а недостающий опыт разведывательной работы ему заменяла привычная работа с отчётностью. Когда он проводил совещания с руководящим составом, присутствовавшим было иногда непросто вычленить из его выступления указания, подлежавшие исполнению подчинёнными: они, к сожалению, бывали расплывчатыми, что требовало последующих уточнений.

Совсем другой стиль имели его документы и письменные замечания.

Например, вот как определённо и точно В. А. Крючков отметил заслуги и важную роль разведки ГДР во взаимодействии с другими братскими разведслужбами: «Главное управление «А» МГБ ГДР – форпост социалистических разведок… добывал ценную информацию и образцы техники… ведущая разведка по ФРГ…».

Далее Крючков высоко оценил то, что разведка ГДР передала нам в порядке обмена:

«Материалы по фундаментальным исследованиям, новейшие технологии, технологические образцы передавались нам безвозмездно в рамках сотрудничества. За десятки лет сотрудничества, если это можно перевести в денежное измерение, мы получили от друзей ценностей на десятки миллиардов долларов.

От друзей поступала политическая информация. Она учитывалась при разработке важных внешнеполитических мероприятии, в том числе упреждающего характера… Сотрудничество между спецслужбами наших стран носило братский характер… Сколько наших товарищей, попавших в тюремные застенки западных стран, выручали немецкие друзья и, в частности, служба Вольфа! Они были готовы всегда оказать помощь…

…Вольф имеет наши высокие правительственные награды. Он гордился ими».

Крючков В. А. был убеждён в том, что Вольф «остался верен… справедливому делу, которому посвятил всю свою жизнь» и которое было «связано с самым священным – с Родиной», и призвал: «Так проникнемся же благородством, благодарностью и просто человечностью к своим друзьям, таким, как Маркус Вольф, и хотя бы в этом останемся людьми».

Этот очень эмоциональный призыв Крючкова В. А. актуален и сегодня. Мы, как я убеждён, были и остаёмся для немецких друзей их фронтовыми товарищами времён «холодной войны».

Становление личности Маркуса Вольфа имело своё выражение в мотивационной сфере, в которой и стоит искать ключ к пониманию феномена под его именем. Сильнейшими мотивами его действий были в первую очередь внутренняя потребность достичь социальной справедливости и братства людей и ненависть к фашизму.